Пёс-призрак: Путь самурая

Условная экшен-трилогия Джармуша, в которую, помимо «Мертвеца» можно включить «Пса-призрака» и «Пределы контроля», - работа мэтра с большими (для него, конечно) бюджетами и как следствие – тотальное торжество голливудских шаблонов над независимым и авторским подходом к режиссерской профессии. В сравнении с несколько визионерским и медитативным «Мертвецом» «Пес-призрак» - путь к еще большему компромиссу с Голливудом: здесь и цветное изображение, и перестрелки с кучей трупов, и суперменская крутость главного героя. Как бы Джармуш не хотел придать картине глубокомысленности за счет цитат из «Хагакурэ» и разговоров о литературе, это выглядит напыщенно-простецком способом выдать желаемое за действительное, коммерческое за авторское. Как бы колоритно не выглядел Уайтекер в роли «самурая»-афроамериканца, лучшую роль на тот момент он уже сыграл (это был Чарли Паркер в «Птице» Иствуда), а его сдержанность и безэмоциональность лишь раздражают. Несколько комичным, а, быть может, и просчитанным постановщиком выглядит противостояние киллера, похожего на медведя, с престарелыми и толстыми гангстерами, смотрящими мультфильмы. Джармуш, видимо, этим хотел сказать, что люди, читающие книги, все равно одолеют телевизионное поколение, потому что они умнее. В «Псе-призраке» даже нечего собственно анализировать, это типичный боевик для подростков с несколько трогательными эпизодами с участием ребенка и продавца-француза (именно он сыграет главную роль в «Пределах контроля»). Экшен и зрелищность никогда не шли на пользу лентам Джармуша, но поскольку Тарантино прав, утверждая, что насилие очень фотогенично, режиссер «Пса-призрака», видимо, прельстился возможностью расширить аудиторию и снять коммерцию (правда, фильм так ничего почти и не собрал – это был год «Матрицы»). Вообще «Мертвец» и «Пес-призрак» очень хорошо показывают, за что некоторые картины Джармуша нравятся подросткам, меломанам и представителям молодежных субкультур: все это очень стильно и аутентично для той или иной субкультуры (в случае «Пса-призрака» афроамериканской, здесь и рэп звучит вместо привычного Джармушу рока). Жаль только, что погружаясь в этот типичный голливудский инфантилизм зрелищности и крутости, постановщик жертвует самым главным – тем, что было присуще только ему одному на тот момент, тем, что и сформулировать-то трудно, но что делало Джармуша Джармушем.

Просмотр ленты оставляет крайне смешанные ощущения. С технической точки зрения – это практически эталон драматургии, действие в котором развивается строго в соответствии с законами жанра и если понимать, как и на что смотреть, то к концу не остается никаких вопросов на тему «что имел в виду автор?». Однако если к качеству вопросов нет, то вот к эмуляции пути самурая есть и очень большие. Дело в том, что в основе сюжета лежит трактат Хагакурэ, который является сборником комментариев к самурайскому кодексу Бусидо. Сам кодекс – это по сути аналог любого локального исторического труда, который популярно объяснял актуальные правила игры на конкретной территории. Самурай (прямой перевод «служивый человек») в системе феодальной Японии в первую очередь был винтиком бюрократической машины, основой которой всегда был принцип линейного подчинения. У этой системы 2 важных для понимания нелепости данной истории нюанса: - «Левых» людей в ней нет и по желанию стать самураем, а уж тем более назначить себе господина невозможно. - Фундаментом феодальной системы является тот факт, что буквально все и всё на контролируемой территории является собственностью того, кто реально держит власть. Соответственно конфликты в феодальной системе могут происходить между феодалами, а не внутри феодального клана. Исходя из вышесказанного получается, что при переносе самурайской модели на мафиозный мир, «разборки» должны были происходить между разными мафиозными кланами и не как тут «выбрал господина в уведомительном порядке, ему подчиняюсь, а его руководство для меня ничто». Автор же, судя во всему не удосужился себя изучением базы, а писал сценарий по каким-то своим представлениям, натянув на них цитаты из умной книжки, природу которой, он не понимал. В результате получился продукт, который можно сравнить с тем, как очень опытный художник решил бы нарисовать льва, про которого много слышал, но никогда не видел. Результат подобной работы, в силу мастерства автора, бесспорно будет хорош с технической точки зрения и наверняка будет производить впечатление на тех, кто так же как автор только слышал о львах, но у тех, кто этого самого льва видел такой «портрет» будет вызывать разве что умиление. 7 из 10