Короткая встреча

Британское кино когда-то было великим искусством, а не только филиалом Голливуда как сейчас: сначала Дэвид Лин и Кэрол Рид вознесли его на недосягаемую высоту, потом поколение «молодых рассерженных» внесло в него свежую кровь, наконец Кен Рассел, Дерек Джармен и Питер Гринуэй положили начало британскому маньеризму и заслужили ему мировую славу, а Майк Ли и Кен Лоуч вернули к социальному реализму, обогатив его новым психологизмом. Думаю, не стоит разбирать подробно фильмографии всех названных режиссеров, это повлекло бы за собой создание книги, а не статьи, потому ограничимся разбором лишь знаковых британских фильмов своего времени, дающих возможность последить эволюцию кино Туманного Альбиона почти за полвека. Начать, думаю, надо с «Короткой встречи» Дэвида Лина, первого его бесспорного шедевра и вехи, обозначивший невозможность возврата британского кино к прежним художественным формам. Тонкий, нежный, проникновенный фильм Лина при просмотре вызывает бурю ассоциаций с русской классической литературой, что было отмечено многими зрителями неоднократно. Здесь и дух «Анны Карениной» (одно то, что большая часть действия происходит на железнодорожной станции, чего стоит), и сюжетные коллизии рассказов Чехова «Дама с собачкой» и «О любви», и произведения Тургенева. Второй концерт Рахманинова также создает атмосферу конфликта чувства и долга, чувственные ощущения такой силы, что героям нельзя не сострадать. Вместе с тем комические и драматические акценты, богато рассеянные по нарративной ткани этой ленты, сообщают ей многомерность и объективность во взгляде на человеческую страсть. «Короткая встреча» - подлинный шедевр кино 1940-х: здесь каждая деталь отточена, нет ничего лишнего, события, происходящие с героями, могли бы быть поданы пошло (вроде фильма «Пламя страсти», на которые персонажи идут в кинотеатр), но нет, Дэвид Лин достаточно мудр для того, чтобы показать не легкомысленную влюбленность, а серьезное чувство зрелых людей, которое обличает их совесть. Лично я не знаю примеров такого подхода в современном кино, быть может, лишь за исключением «Любовного настроения» Вонга Кар-Вая, где герои также стоят на грани пропасти, но в итоге все-таки побеждают искушение. Заслуга Дэвида Лина состоит еще и в том, что он не только не осуждает своих героев, но и не становится на их сторону, то есть поступает, как Толстой, Чехов и Тургенев. Что же касается прекрасно выбранных им актерских типажей, то усилиями Селии Джонсон и Тревора Ховарда они превращаются в замечательно проработанные и полноценные человеческие характеры. Можно сказать, что без концептуального влияния «Короткой встречи» не было бы еще одного удивительного английского фильма о любви – «Посредника» Джозефа Лоузи. Также для тех, кто знаком с книгами Джона Голсуорси, будет заметно еще одно измерение фильма – столкновение чопорного и сдержанного английского национального характера и всесокрушающего на своем пути любовного чувства (разве отношения Лоры и Алека не напоминают чем-то страсть Ирэн и Босини?). Одним словом, «Короткая встреча» - первая большая победа британского кино на международной арене, заслуженно положившая начало дальнейшей серии творческий удач в истории этого искусства. Второй в их числе станет победа фильма Кэрола Рида «Третий человек» на одном из крупнейших кинофестивалей.

Режиссер Дэвид Лин говорил, что больше всего он не терпит сентиментальности. Сентиментален ли фильм «Короткая встреча»? Наивен ли он? Сегодня, почти 80 лет спустя, многие скажут «да». Но уже на премьерных показах в некоторых неблагополучных регионах Англии зрители реагировали на картину насмешками и простым гоготанием. Не разрешившаяся страсть между героями озадачивала, конфликт был не ясен. Молчаливое понимание между влюбленными, их желание, не вышедшее за рамки многословных взглядов, непонятно одним, но много говорит другим о творческих принципах Лина и автора пьесы Ноэла Кауарда. Очарование Лина поездами, по его словам, лежит в основе этого фильма. Движение поездов играет важную роль в фильме, становясь подвижным фоном для переживаний героев. Его подход к изображению мелодрамы очень скромен: центральная история начинается как бы «с периферии». Немного выбивается из этого скромного повествования закадровый монолог: игра Селии Джонсон выразительна и без пояснений. У российского зрителя фильм невольно вызовет и дополнительную ассоциацию: что для британца уже затертый в кино саундтрек, то для русского это Второй концерт для фортепиано Рахманинова, незабываемо прозвучавший в другом фильме о любви «Весна на Заречной улице» (что, возможно, вдохновлено «Короткой встречей»). На закате жизни Лин неоднозначно отзывался о своем «первом шедевре», но никогда от него не отказывался: «Незвездный кастинг, несчастливый конец, невзрачный провинциальный сеттинг – мы осознанно нарушали правила». Не принятый поначалу публикой фильм, тем не менее, стал культовым. Он получил награду в Каннах, номинацию на Оскар и любовь критиков. Многие из них прочувствовали в картине эту лирическую грань, присущую художественным произведениям: иногда оценить работу можно, лишь пережив самому подобный опыт во всей его целости. Так в конце 80-х The Daily Telegraph пишет: «В свободолюбивых 60-х было модно высмеивать благовоспитанную тоску героев, их воздержание и заботу о чужих чувствах. Зато в потрясенные ВИЧ-кризисом 80-е конфликт героев между верностью и страстью уже не казался таким древним, фильм вновь обрел актуальность.» И сейчас Brief Encounter равно сохраняет как эмоциональную силу, так и документальный интерес.