Любовное настроение

«Любовное настроение» Кар-Вай Вонга — один из тех редких фильмов, после которых остаёшься сидеть в темноте и не решаешься выключить бегущие титры. Кар-Вай Вонг снял настоящее, живое воспоминание, точнее то, как память обращается с чувством, которое так и не было прожито до конца. Всё, что мы видим, это реконструкция, которую производит сознание человека у стен Ангкор-Вата в конце жизни, возвращаясь к единственному, что осталось внутри нетронутым. Действие разворачивается в Гонконге 1962 года. Двое соседей, господин Чоу и госпожа Чан, постепенно осознают, что их супруги изменяют друг с другом. Вот и весь сюжет, если говорить формально. Но Вонг Кар-вай никогда не был режиссёром сюжета, он режиссёр состояний. И здесь он достигает абсолютного мастерства в передаче того, что невозможно сформулировать словами, но что каждый человек когда-либо чувствовал: близость, которую нельзя себе позволить. Я смотрел этот фильм много раз, и один из этих просмотров был в Порту, в маленьком кинотеатре, в оригинале на кантонском, с субтитрами на португальском, который я тогда ещё не знал. Чего я ждал, непонятно. Это оказалось неожиданным подарком. Полтора часа я просто смотрел, не цепляясь за слова, и тогда окончательно понял, что Кар-Вай Вонг снял кино, которое существует до языка и после него. Визуальный ряд настолько самодостаточен и физически ощутим, что диалог становится чем-то вроде фона, важным, но необязательным для понимания главного. Кристофер Дойл, оператор Кар-Вая, наполняет кадр с какой-то хирургической нежностью, решётчатые тени, влажный золотистый свет Гонконга. Сидя в том зале и не понимая слов, я физически чувствовал духоту этих коридоров, невозможность развернуться, случайную близость двух людей в пространстве, которое само толкает их друг к другу и одновременно удерживает в рамках приличий. Поэтому платья-ципао на героине меняются прямо внутри сцены, без всякой логики реального времени. Память удерживает форму, облегание ткани, движение плеч, силуэт в дверном проёме, но теряет точность цвета, конкретного дня, конкретного освещения. Отсюда это мерцание, невозможная смена нарядов, которая выглядит как режиссёрский каприз, а на деле оказывается самым честным изображением того, как работает ностальгия. Лица супругов мы не видим ни разу, и это тоже закон памяти. Предавшие стираются, превращаются в контур, в факт, в причину. Память вытесняет боль и оставляет настоящее — а настоящим оказывается именно то, чего они так себе и не позволили. Замедленные проходы героини под «Yumeji's Theme» повторяются снова и снова, потому что так устроена тоска, она прокручивает одно и то же, и с каждым разом непрожитое становится всё более живым внутри, хотя снаружи ничем так и не стало. Вальс возвращается как навязчивая мысль, и в этом повторении вся суть. Гонконг 1962 года здесь существует как пространство несвободы, которое со временем превращается в объяснение. Узкие лестницы, тесные комнаты, всевидящие соседи это аргумент, который человек повторяет себе спустя десятилетия: мы не могли. Мир не позволял. В этом есть одновременно правда и самообман, которые уже невозможно разделить. И тогда сцена в Камбодже перестаёт быть следующей главой и становится точкой отсчёта для всего, что мы видели. Человек у древних камней шепчет в щель то, что так и не было сказано вслух, засыпает её травой и уходит. Это признание себе: было. Было самым настоящим из всего. И всё же не случилось. «Любовное настроение» — фильм о том, как память обращается с невозможным чувством: сохраняет его форму, размывает детали, стирает виновных, замедляет прекрасное и в итоге делает непрожитое более живым, чем всё прожитое. Самое сильное в жизни зачастую оказывается тем, что осталось внутри навсегда, потому что так и не стало реальностью.

Я не понимаю, как Вонг Кар-Вай создаёт настолько чуткие, неосязаемые и красивые картины. Подчас работая лишь атмосферой и минимумом сюжетных действий. 'Любовное настроение' в этом плане достигает апогея всех этих подходов автора. Читая синопсис фильма, ожидаешь невероятно страстную историю. А кино красиво и эстетично обманывает зрителя, но это такой 'плюс', которым хочется восхищаться. Перед нами красное вино. Ты неспеша вкушаешь его, ощущая все нотки аромата каждой частичкой тела. Кар-Вай показывает нам настоящую платоническую любовь, которая выглядит ярче и чувственнее любой другой. Герои на протяжении фильма всего несколько раз касаются друг друга, и то это получается неловко. Но, в каждом кадре ты чувствуешь столько любви между ними. Фильм ли это об изменах, аморальных поступках? Сомневаюсь. По крайней мере не со стороны главных героев. Но, даже если это так, то здесь нет никакого осуждения. Это один из самых нежных фильмов. Удивительно, что за весь просмотр мы ни разу не увидим лиц партнёров наших героев. Вся концентрация только на двух персонажах. И хотя их выражения лиц подчас кажутся такими непроницаемыми, фильму удаётся совершенно иными приёмами работать со зрителем. Мы словно наблюдаем за неким таинством. Даже хочется сказать, что за первой, по-настоящему, любовью. И это так красиво. Кар-Вай как никто другой может постановкой кадра создать некую магию. Приглушённые кадры, размытость, узкие коридорчики. Иногда кажется, что мы подглядываем за действием. Молчаливые, медленные и длинные сцены, которые могут прерываться лишь дождём или невероятно красивой музыкой. К саундтреку и песням в очередной раз нет никаких претензий. Это бесподобно. Постарайтесь окунуться в таинство любви. Где одиночество, невероятные чувства, грусть и воспоминания заполнят вас без остатка. А в финале вы увидите два окончания для каждого из персонажей. И никто не посмеет сказать, что какой-то из них неправильный или правильный. В фильмах Вонга Кар-Вая нет ответа. Есть только чувства. Мэгги Чун просто бесподобна и прекрасна. Глаз от неё не оторвать на протяжении всего фильма.