Утомленные солнцем 2: Предстояние

Выход на экраны первой части «Утомленных солнцем 2» стал для Михалкова, быть может, самым серьезным испытанием за всю его режиссерскую карьеру: сколько вылилось на него ненависти, или как говорят сейчас, «хейта», в итоге фильм оказался снят не для кого и фактически до сих пор так и не нашел своего зрителя. Либералы злобствовали, коммунисты возненавидели, православные патриоты, к их стыду, молчали. Однако, «Предстояние», если судить объективно, чрезвычайно мощный фильм в плане и зрелищности, и общего посыла, и конечного результата. Это наши «Прокляты и убиты» от кино о том, что народ победил в войне не благодаря, а вопреки власти. В «Предстоянии» постановщик с чрезвычайной художественной убедительностью демонстрирует хаос начала Великой Отечественной войны, абсурд военных приказов, которые часто сталкивались между собой и взаимно противоречили друг другу, палачество особистов и СМЕРШевцев, упорство простых солдат в достижении победы. Да, безусловно, «Предстояние» лишено целостности, распадается на серию плохо связанных эпизодов, представляя собой скорее мозаику, чем единую, композиционно выдержанную драматургию. Однако, можно ли требовать иного от изображения не просто войны, но самой страшной в истории человечества? «Предстояние» трудно смотреть без надрыва сердца, без слез, без сочувствия персонажам: переправа черед мост, сожжение деревни, ожесточенная защита рубежей штрафбатальоном, злоключения комдива Котова и его дочери и спорный финал – все это остается в памяти, если смотреть фильм непредвзято, без идеологических шор. Кроме того «Предстояние» - еще и о поисках Бога на войне, ведь в одном из самых сильных эпизодов Надю крестит смертельно раненый священник, да еще и посреди воздушного налета. «Утомленные солнцем 2» - кинопроизведение исключительной силы, даже трехчасовой метраж не вредит «Предстоянию», поэтому, на мой взгляд, первый фильм второй части лучше удался Михалкову, чем первая часть, снятая за пятнадцать лет до этого. Здесь не только есть сюжет (да и какой!), но еще и блестящее исполнение, это то случай, когда форма и содержание гармонично сочетаются и дополняют друг друга. К сожалению, пропустил кинопрокат, а когда его демонстрировали по ТВ, также был невнимателен и лишь раз досмотрел его до конца, но и сейчас, когда пересмотрел «Предстояние» полностью, он впечатлил меня не меньше, чем «Апокалипсис сегодня» Копполы. Это действительно великий фильм о великой войне. Когда пересматриваешь второй фильм «Утомленных солнцем 2», а первый раз я смотрел их году в 2012 сразу залпом оба, ибо никак не мог остановиться, режиссер становится тебе настолько родным человеком, что воспринимаешь «Цитадель», как и «Предстояние», в качестве притчи о несокрушимой силе духа русского народа, а отчасти и как притчу почти автобиографическую о том, какие духовные страдания пришлось перенести Никите Сергеевичу в жизни, когда у тебя столько завистников и врагов, жаждущих тебе зла. «Цитадель» стройнее в сюжетном плане, чем «Предстояние», логических неувязок в ней меньше, но едва ли не больше душераздирающих моментов. Как бы мне лично хотелось, чтобы зрители смотрели этот двухчастный эпос о Великой Отечественной без предубеждения, предрассудков и идеологических схем. Это воистину народное кино о чуде Победы, дарованной нам самим Богом, при нашем участии, конечно, но в целом именно Чуде, о чем Михалков не забывает ни разу, ни в одном эпизоде своего почти шестичасового двухчастного шедевра.

Признаюсь, я садился за просмотр «Предстояния» с изрядной долей скепсиса. За плечами был опыт знакомства с оскароносным оригиналом, оставившим, мягко говоря, сугубо отрицательные впечатления. Впереди была репутация сиквела, как «одного из главных провалов отечественного кинематографа». Вопрос стоял ребром: «Как можно было снять что-то хуже?». Оказалось, что никак. Продолжение вышло произведением несравнимо более сложным, глубоким и смелым, чем его обласканный критиками предшественник. Сразу оговорюсь: это не традиционное кино о Великой Отечественной. Михалков говорит со зрителем на языке авторского кинематографа, и язык этот, полный натурализма и гротеска, напоминает антивоенные полотна западных мастеров — Кубрика, Оливера Стоуна и Копполы. Но цель здесь совершенно иная. Это не пацифистская рефлексия о бессмысленности бойни как таковой. Это попытка показать, через какой именно ад пришлось пройти советскому народу, чтобы оттолкнуться от края бездны и начать путь к Победе. Этот фильм не о подвиге, а о его цене; не о славе, а о той кровавой почве, из которой она проросла. Визуально «Предстояние» — это монументальная фреска, написанная с эпическим размахом. Оператор создает потрясающий контраст между почти левитановскими пейзажами русской земли и грубым, механистическим вторжением войны. Танки с развевающимися как пиратские флаги знаменами вспарывают эту гармонию; самолеты хищными птицами кружат над беззащитными людьми. Режиссер намеренно сталкивает вечную красоту природы с сиюминутным уродством человеческой жестокости, и от этого столкновения рождается ощущение подлинной, вселенской катастрофы. Картина сознательно лишена единой сюжетной линии, распадаясь на череду жестоких, сюрреалистичных и трагических эпизодов. Это мозаика судеб, калейдоскоп лиц, опаленных войной. Не плакатных героев, а простых людей, с их слабостями и силой, трусостью и отвагой. Комдив Котов, лишенный званий, власти и иллюзий, превращается в архетипичного русского мужика. Это уже не сталинский сокол, а упрямый, живучий человек, ведомый базовыми инстинктами: выжить, найти дочь, отомстить. Его одиссея — не путь героя в привычном понимании, а скорее стихийного явления, пробивающегося сквозь ад на одной лишь воле к жизни. Помимо Котова, перед нами проходит целая галерея ярчайших эпизодических персонажей: циничный и отчаявшийся командир штрафбата в гениальном исполнении Евгения Миронова; раненый сержант-священник в исполнении Гармаша; оказавшиеся в топке войны кремлевские курсанты. Каждый из этих осколков складывается в огромное, страшное и величественное полотно народного горя и народного сопротивления. Это не привычное и комфортное кино о войне. Это пугающий разговор о том, какой ценой далось выживание. Но сквозь весь этот мрак и ужас красной нитью проходит тема надежды, неслучайно воплощенной в имени дочери главного героя. Смогло ли продолжение в лице «Утомлённые солнцем 2: Цитадель» развить эту тему и стать ещё лучше — это вопрос для другой рецензии. 6 из 10