Убийство в Восточном экспрессе

Знаете, что бывает, когда амбициозный режиссер решает экранизировать классику, зовет на помощь половину голливудского пантеона, а себе берет главную роль и приклеивает на лицо нечто, напоминающее двух спящих на губах белок? Получается «Убийство в Восточном экспрессе» образца 2017 года. Фильм, который буквально сочится визуальным жиром, лоском и театральным снобизмом. И, черт возьми, это работает. Давайте начистоту: все мы знаем, как строятся классические детективы Агаты Кристи. Кучка людей с грязными секретиками оказывается заперта в замкнутом пространстве. Внезапно кто-то отбрасывает коньки самым неприглядным образом, а местный гений дедукции начинает тыкать во всех своей тростью, выводя негодяев на чистую воду. Здесь формула соблюдена до миллиметра, но завернута в такую дорогую обертку, что от нее слепит глаза. Сюжет стартует резво: легендарный сыщик Эркюль Пуаро, человек, который измеряет симметрию вареных яиц линейкой и готов наступить в навоз второй ногой просто ради баланса, садится в элитный поезд. С ним едет разношерстная толпа, состоящая из сливок общества. И тут — сюрприз-сюрприз! — мерзкого и скользкого типа в исполнении Джонни Деппа ночью отправляют на тот свет. Поезд застревает в снегах из-за лавины, копы приехать не могут, а значит, усатый бельгиец берется за дело. Каст фильма — это отдельный вид порнографии для киномана. Мишель Пфайффер давит из себя роскошную стерву, Уиллем Дефо традиционно выглядит так, будто он маньяк (даже когда просто пьет чай), Джуди Денч одним взглядом может заставить вас извиняться за то, что вы родились, а Пенелопа Крус косплеит забитую мышь-фанатичку. Актеров такого калибра сюда напихали так плотно, что им буквально негде развернуться в узких коридорах вагона. И каждый, абсолютно каждый из них, ведет себя настолько подозрительно, будто прячет под пальто еще по одному трупу. Но главная звезда этого балагана — это, конечно, сам Кеннет Брана. Точнее, его усы. Это не просто растительность на лице, это отдельный персонаж с собственной гравитацией. Брана-режиссер явно тащится от Браны-актера: камера то и дело берет его с самых эпичных ракурсов, а временами взмывает под потолок, чтобы мы могли полюбоваться местом преступления с позиции Господа Бога. Да, местами это выглядит как лютые режиссерские понты. Да, компьютерный снег за окном иногда отдает пластиком, а драматичные монологи под конец скатываются в шекспировский театр. Но знаете что? В этом и есть кайф. Этот фильм не пытается быть мрачным тру-краймом, где все реалистично до тошноты, а герои ходят в грязных свитерах. Это гламурный, театральный, изящный аттракцион. Это кино, которое нужно смотреть с бокалом чего-нибудь дорогого, наслаждаясь каждым кадром, каждым сшитым на заказ костюмом и каждой язвительной фразочкой Пуаро. Это идеальное эскапистское развлечение, которое дает ровно то, что обещает: стиль, загадку и кучу красивых людей в замкнутом пространстве. Развязка, даже если вы читали книгу и знаете, в чем соль, подана с таким надрывом и пафосом, что хочется аплодировать. 8 из 10

Признаться, я слишком давно читала Агату Кристи, чтобы помнить детали оригинала. Фильм я смотрела из-за Сергея Полунина и заранее каким-то образом угадала, что он будет играть психически неуравновешенного типа. Я посмотрела один раз, и фильм меня чем-то зацепил, пробудил интерес не только к самому произведению, но и к другим экранизациям. Потом я посмотрела эту картину с мужем, чтобы поинтересоваться его мнением. И — странное дело — чем больше мы обсуждали повторно просмотренный фильм, тем больше у меня возникало к нему претензий. Но даже и с ними я продолжаю утверждать, что стиль Браны показался мне манким, в чём-то даже завораживающим. Он слепил фильм для самого себя, с самим собой — так, как ему хотелось, комический (даже излишне) вначале и драматический в конце, но диссонанса из-за этого я не почувствовала. Брана неплохо сыграл Пуаро и вдобавок затащил в картину целую толпу звёзд, каждую из которых персонально ввёл в сюжет с помощью крошечных, но исчерпывающих мизансцен. И все они достойно отработали хлеб в рамках прописанных для них ролей. Значительная же часть обаяния этой картины, по моему мнению, заключена в операторской работе. Несмотря на повторяющиеся приёмы, она усиливала действие, придавала ему новые грани — как, например, троящиеся отражения. Самым эффектным стал проезд камеры по вагону мимо всех персонажей истории к миссис Хаббард в исполнении Мишель Пфайфер. К этому стоит добавить композицию сцены с длинным столом, напоминающим одновременно о суде присяжных заседателей и о «Тайной вечере» Леонардо да Винчи, параллели с которой можно толковать различно, и это впечатлило меня больше всего. Трещина в стене превратилась в метафору, которую режиссёр пронёс через всю картину, как и разбалансировку изначально чётко разграниченных «плохо» и «хорошо». Ну и, конечно, финальная отсылка к «Смерти на Ниле». Всё это создало впечатление отчасти нарциссического, может быть, взбалмошного и поверхностного, но собственного, индивидуального взгляда. Однако о недочётах. Не совсем понятной стала какая-то болезненная концентрация на национальном вопросе, местами превращающаяся в абсурд. В своих рассуждениях Пуаро доходит до того, что сценический псевдоним непременно должен быть следствием еврейской фамилии. Расследование проведено очень скомканно, и остаётся загадкой, как Пуаро установил личность и детали биографии всех пассажиров, не имея возможности навести справки на стороне. Беглого преступника же он, кажется, узнал с самого начала — и почему на этот счёт мы не услышали никаких выводов? Собирался ли Пуаро просто расстаться с ним по прибытии в пункт назначения? Или всё-таки планировал что-то предпринять? Но главная странность фильма — или, возможно, также оригинала — заключается для меня в том, что центральная интрига кажется... слабой. Я бы поспорила насчёт уместности отдельных персонажей в данной истории. Некоторые из них были откровенно притянуты за уши в силу своей довольно формальной связи с несчастным семейством. И как бы они ни сопереживали семье, не могу поверить, что чувства их просто захлёстывали. Также очень опасной серой моралью является рассуждение о том, что этим людям нужен был просто покой, которого они достигли... неправильным, как мне кажется, способом. Я допускаю, что в фильме выпущены важные акценты, расставленные в книге. Но в данном виде это смотрится почти вопиюще — что не сразу осознаёшь, эмоционально включившись в действие на экране. Да, а ещё усы Пуаро смотрятся очень нелепо. Но можно простить их ему за Полунина, чьё балетное мастерство, видимо, настолько впечатлило режиссёра, что он включил этот штрих в историю персонажа. Одним словом — есть подозрение, что Брана сильно упростил и огрубил первоисточник, из-за чего этический и логический аспекты истории начали шататься во все стороны. Однако визуально фильм сделан интересно, и к актёрам придраться невозможно. За это и за проснувшийся интерес к первоисточнику - зелёный цвет рецензии.