Киностудия

Сет Роген сорвал блестящую обёртку с индустрии развлечений и заставил нас сожрать то пульсирующее, гниющее корпоративное мясо, которое пряталось внутри. Этот проект — не ода творчеству. Это хроника затяжного падения в чан с кислотой, где вместо спасательного круга тебе кидают квартальный отчёт. Здесь нет места сантиментам. Увольнение обставлено с таким же будничным равнодушием, как поножовщина на сельской дискотеке: кто-то обязательно ляжет на пол, а остальные просто вытрут ботинки и пойдут танцевать дальше. «Бабки крутятся в бюджет — от искусства толку нет» Когда Мэтт Ремик всё-таки дорывается до заветного кресла руководителя студии, его розовая мечта моментально превращается в электрический стул с подогревом. Он искренне хочет делать великие вещи, снимать глубокомысленные шедевры и оставить след в вечности. Но вместо этого ему приходится на полном серьёзе обсуждать блокбастер про красного маскота с кувшином сладкой газировки. Это даже не сделка с дьяволом, это подписание рабского контракта с бухгалтерией преисподней. Мэтт пытается усидеть на двух стульях, жонглируя амбициями творцов и истериками акционеров, пока его собственная кукушка медленно, но верно пакует чемоданы. Вечерами он заворачивается в инфракрасное одеяло для сауны, отчаянно пытаясь выпотеть из себя этот липкий корпоративный стыд, но стыд, зараза такая, абсолютно водонепроницаем. «Съел коллегу на обед — получил крутой проект» Дорога к Олимпу всегда вымощена костями тех, кто неудачно моргнул. Мэтту приходится перешагнуть через карьерный труп своей наставницы Пэтти Ли. Кэтрин О’Хара выдаёт в этом образе грацию свергнутого монарха, которого вывели на эшафот, а он жалуется на плохой свет. Как только трон освобождается, из щелей немедленно выползают акулы рангом пониже. Знакомьтесь: Сэл Саперстейн в исполнении Айк Баринхолц. Этот парень — ходячее нарушение Трудового кодекса, вице-президент по деградации и человек, который продаст родную мать за кассовые сборы первого уик-энда, причём сделает это не отвлекаясь от вечеринки. Он — чистое, незамутнённое животное начало индустрии. На другом фланге окопалась Майа Мейсон (Кэтрин Хан). Этот маркетинговый Цербер без тормозов искренне верит, что творческая свобода — это просто досадная опечатка в смете. Майа не рефлексирует, она вгрызается в глотки и выплёвывает бренды. «Три лимона на стакан — Голливуд сплошной капкан» Чтобы выжить в этом террариуме, нужен надёжный щит из ритуалов и психотропной брони. Местные обитатели глушат стресс так же методично, как грузчики закидывают мешки в кузов. Здесь пьют минералку строго с тремя лимонами, словно это магическое зелье, способное защитить от увольнения во вторник. Где-то на периферии этого безумия барахтается Куинн Хэкетт (Чейз Суи Уондерс) — молодая и наивная кровь, которая всё ещё верит, что в этом бассейне с акулами можно плавать стилем баттерфляй и никого не спровоцировать. Смотреть на её попытки выжить — всё равно что наблюдать за щенком, решившим остановить несущийся товарный поезд. А над всем этим искрящимся цирком уродов возвышается генеральный директор Гриффин Милл (Брайан Крэнстон). Он парит над схваткой и улыбается жуткой, плотоядной улыбкой рептилии, которая только что переварила независимую студию и теперь сыто рыгает дивидендами. «Фарш не провернётся вспять — нужно франшизу снимать» Это шоу не развлекает, оно берёт тебя за шкирку и тыкает носом в то, как именно делается твой любимый контент. Вся эта возня с престижными наградами и высокими смыслами — лишь ширма для бесконечного конвейера по производству интеллектуальной жвачки. Проект источает больную, нервозную энергию человека, который обнаружил гранату без чеки у себя в штанах и теперь делает вид, что это просто новый модный аксессуар. Диалоги бьют наотмашь, как кастет, завёрнутый в бархат. Никаких соплей и философских пауз. Тебе просто показывают изнанку фабрики грёз, где всё держится на соплях, шантаже и лошадиных дозах антидепрессантов. Искусство давно пробило дно, мораль пустили на мерч, но пока из колонок льётся спасительный расслабляющий яхт-рок, мы будем радостно жрать этот выхолощенный суррогат с золотой лопаты и умолять о добавке, потому что альтернатива — очнуться в реальности, а там всё гораздо, гораздо паршивее. 10 из 10

Ржачная и временами горькая, то стебная, то глубокая история про кухню Голливуда, которую никто не видит. Потому что. говоря о кухне, мы обычно имеем в виду актеров или, в лучшем случае, режиссеров. А вот о тех, кто реально делает возможным появление кино в кинотеатрах - о продюсерах - никто не рассказывает. Навскидку вспоминается только фильм 'Достать коротышку' и снятый ооочень по его мотивам одноименный сериал. А тут есть что рассказать Один из сотрудников киностудии Континентал Мэтт Ремик неожиданно получает повышение и становится главой этой компании. Над ним только владелец. Ремик настоящий киноман, он ценит в кино искусство! Эх, вот теперь он развернется на полную катушку и вернет в Голливуд, погрязший в корыстном шлаке, настоящее кино! Ага, щаз! Размечтался! Действительность оказывается шокирующей. Вместо авторского глубокого кино Мэтт должен снимать какой-то дикий кич, где главным героем будет даже не Барби, а прохладительный напиток. Дада, полнометражный блокбастер про ожившую газировку. А для этого придется наступить на горло не только собственной песне. Но и реально душить настоящее кино, которое он так любит. Циничный мир чистогана и жалкий творец в его жерновах. Замечательный сериал про голливудскую «кухню». Сделан он необычно. Это не серьезное или полусерьезное исследование явления. Но это и не легкая комедия на тему. Местами это едкая сатира, местами самоирония, местами самая настоящая боль болючая «какие мы уроды и как мы докатились до жизни такой», местами адский стеб над реальностью и жгучая издевка над нравами, царящими с киносреде, местами дико смешной капустник, местами изящное киноманство (см. серию про то, какое крутой кинотрюк - снять целую серию одним кадром, т.е. на одну камеру ни разу ее не выключив. Причем, серия эта снята именно одним кадром. Настоящее киногурманство). Авторы сериала высмеивают своих коллег и самих себя, высмеивают позитивную дискриминацию, феминизм, еврейское засилье в кино, пожравший кино коммерческий приоритет, наградные церемонии и множество других аспектов. Отдельно надо сказать про актеров. Кроме бригады Ремика тут огромное количество блистательных камео голливудских звезд разной величины, от слегка известных, до мегазвезд типа Шарлиз Терон, которая не погнушалась ролью в три секунды и с единственной репликой «А ну пошли нах..й с моей вечеринки». Но больше всего потрясли роли Мартина Скорсезе и Рона Ховарда, которых сыграли Мартин Скорсезе и Рон Ховард. Оказывается, режиссеры умеют играть получше своих актеров и могут дать им пару сотен очков форы на этом поприще. Рон Ховард позже говорил, что ему в общем-то полагалась небольшая роль с парой реплик, но он увидел в своей роли большой потенциал и заставил ее расширить в полноценную. «И знаете, мне очень понравилось побывать в шкуре настоящего козла и урода», - смеялся автор «Игр разума». Над этим фильмом, кстати, в этой серии знатно поиздевались. На КП поставил 8, у себя в базе - 7,5. Почему 7,5 а не полноценная восьмерка? Потому что пара серий все же выпадает из блестящего ряда по качеству. А еще - видели выше «местами…местами…местами»? Вот именно - серии очень неравнозначные и даже жанры в них разные. Из-за этого не получается поймать один настрой на весь сезон. С одной стороны, каждая серия несет нечто новое. Но с другой - когда ты настраиваешься на одно, а получаешь другое - это порой играет против восприятия этого «другого» и даже может разочаровать. Но все равно, это было круто и я буду с нетерпением ждать второго сезона.