Анна Каренина

Самая прекрасная и трогательная история, снятая с большой любовью к России. У американца Бернарда Роуза стоит поучиться воспевать Родину современным киноделам. Эту картину можно поставить в один ряд с шедеврами Бондарчука. А теперь собственно к картине. Это РОМАН, чувство, вспыхивающее как пламя, уводящее куда-то за горизонт вопреки всему. Софи Марсо - идеальная Анна, одновременно чувствительная и гордая. В других экранизациях был неудачный подбор актеров на роль Вронского, из-за чего все превращалось в банальный адюльтер, а образ Анны становился трагикомическим. Вспомните-ка, сколько анекдотов сложено про поезд и Анну Каренину? Взрослая женщина повелась на светского хлыща, была им брошена и в результате наказана. А Шон Бин - настоящий мужчина, да и волею Бернарда Роуза не ходит вокруг до около, томно вздыхая, а просто приходит и берет все, что хочет. Когда смотришь, как в пронзительных глазах Вронского блестит влага, понимаешь - устоять невозможно. Это любовь с первого взгляда для двоих, созданных друг для друга. Рассказчик в лице Левина, alter ego Leo Tolstoi, краснощекий Альфред Молина был немного зануден, но философское морализаторство Толстого также было бережно перенесено на экран, без ущерба основному действию. Роман был прочитан еще в младшей школе. Прочитан позже, поэтому я могу беспристрастно оценить, как словоблудие Толстого красиво было переложено в съемки на натуре, бережный подход к историческому фону, красоте костюмов. Есть небольшая порция клюквы, но она относится к сценам балов, неизменно проходящим по меньшей мере в одном и том же зале Зимнего (поправьте, если я ошибаюсь), а также анахронизмам в виде упоминания угрозы от коммунистов. Еще резало слух двуязычие. Понятно, что съемки были совместные, заняты русские актеры, но зачем заставлять иностранцев переходить на русский в отдельных сценах.

Эта экранизация традиционно считается слабой, и критиками, и зрителями. Раньше и я расценивала её так же. Но недавно случайно пересмотрела её, и вдруг захотелось заступиться. Вдруг растрогала меня до слёз эта глупенькая малышка, совсем не толстовская Анна. Не сильная и страстная женщина, осознанно и гордо - как знамя! - несущая бремя своих запретных чувств, а испуганная и неопытная девчушка, едва ли не против воли попавшая под колёса любви, общественного ханжества и, в конечном итоге, поезда. Жалко её прямо по-матерински. Совершенно прекрасный Альфред Молина уже не режет мне глаз своей ближневосточной внешностью, но греет мою душу своим глубоким, осмысленным взглядом и богатым внутренним миром своего персонажа. Вообще, трепетное отношение создателей фильма к образам Левина и Кити (а через них и к русской культуре, природе, к православию) умиляло меня и раньше. Но, отдавая должное стремлению авторов проникнуться 'русским духом', я всё-таки считала этот фильм скучноватым и каким-то ученическим, что ли. 'Словно разыгранный Фрейшиц перстами робких учениц'. И вдруг что-то изменилось. А изменился за последние 20 лет кинематограф (как и его 'натурщица' - жизнь). Внутренний мир персонажей оскудел и стал картонно-плоским. Да и как его раскрыть в стремительно скачущих картинках компьютерных спецэффектов? Мелькают в искусственных интерьерах искусственные люди, совершенно не задевая ни сердце зрителя, ни его ум. На этом фоне фильм Бернарда Роуза уже выглядит старой доброй классикой с её чутким интересом к человеку, к его переживаниям, с добросовестным воссозданием среды обитания, формирующей и питающей этого человека. Той самой классикой, что учила нас думать и чувствовать. Тем более трогательно, что это НАША классика. Шедевр не шедевр, но добротно сделанный фильм - это добротно сделанный мост между двумя мирами. 7 из 10