Брат 2

После Питера Данила Багров направился в Москву, где он встретил боевых товарищей и влюбил в себя поп-певицу. Его друга убивает мафия из-за того, что тот отстаивал интересы своего брата – успешного спортсмена. По следам убийц Данила с братом отправляются в Америку, где у каждого из них будет свой ответ на вопрос: «в чём сила?» Это последние приключения Данилы Багрова. И неизвестно планировались ли новые картины, потому что Сергей Бодров – исполнитель главной роли погиб на съёмках собственного фильма. Намеренно или нет – финал истории главного героя остался открытым. Наверное, для истории это и хорошо. Алексея Балабанова я не назвал бы гениальным режиссёром, и плохой сценарий ещё одного продолжения мог бы испортить впечатление. Но если продолжение и не планировалось, то у меня есть вопросы по сценарию. Сюжетная линия злодея – Белкина осталась неоконченной, единственный оставшийся в живых друг Данилы сыграл слишком второстепенную роль, и остаётся впечатление, что интересная история у него должна была быть в будущем. Ещё одна претензия по сюжету у меня такая: главному герою слишком сильно везёт. Русская мафия вместе с американцами и украинцами путаются у себя под ногами из-за случайного решения вылететь в Америку не на одном самолёте. Братья даже не поняли, что им повезло. И сами они засады не ожидали. Но это та же претензия, которую я предъявлял последнему «Джону Уику», которого я считаю лучшим современным боевиком. Да, есть вот какая- то большая условность. Но причина, по которой я так зацепился за это здесь, в том, что первый «Брат» был очень реалистичной картиной. По крайней мере, главный герой совсем не полагался на удачу. Нередко встречаю в интернете людей, которые этот фильм воспринимают, как рок-концерт. Посмотрели раз-два, а дальше просто слушают фоном саундтрек. После первого «Брата» музыкальное сопровождение обогатилось большим количеством исполнителей. В то время, как первая часть полностью состояла из произведений рок-группы Nautilus Pompilus. На мой взгляд лучшие композиции были именно у них. Но то, что любимых композиций из второй части я вычленил для себя гораздо меньше, совсем не значит, что решение по саундтреку было плохим. Напротив – «Брат 2» выглядит и звучит очень свежо, по-новому. Нет Питера, нет Наутилусов, но по ним не успеваешь заскучать, поскольку «Брат 2» предлагает очень динамичное приключение по Москве и Америке и совершенно новые впечатления по старым мотивам. Брат 2 очень красив. И Алексей Балабанов проявил свою возможность делать красивые вещи, и это замечательно. Он показал, что неважно что ты снимаешь, а важно, как ты это снимаешь, как показываешь своё отношение. Обе части «Брата» - это ода главному герою. До встречи с Сергеем Бодровым первый «Брат» планировался совершенно другим, и картина была написана так, чтобы описать прежде всего главного героя. Сам Балабанов, насколько я знаю, не называл его положительным персонажем и не хотел делать из Данилы пример для подражания. Но история в фильмах показала, как этот бойкий парень проявляет доброту, отвагу, стремление к справедливости и простоту души. Преступник он или нет – лично для меня это уже вторично. Я знаю точно, что человек он хороший, а компания хорошего человека для меня всегда в радость. И радости при просмотре «Брата 2» у меня было много. Главный герой и в большей степени исполнитель роли делают этот фильм таким классным. Если бы не было его и героя Сухорукова все достоинства фильма можно было бы делить на 2, настолько они хороши. Хотел сказать, в чём этот фильм лучший, почему он получил такую высокую оценку при всех своих недостатках, но без всякого лукавства надо сказать, что это кино отзывается в моём сердце только благодаря главному герою. И его бэкграунд с погибшим исполнителем роли играет немалую роль. И Сергей Бодров, и Данила остались вечно молодыми героями на все времена. 9 из 10

Балабанов был достаточно чуток к духу времени, чтобы выразить происходившее в российском обществе рубежа 1990-2000-х в намеренно окарикатуренном виде патриотического комикса, которым стал «Брат 2», также как и первый «Брат», не столь прямолинейный в своих этических оценках, как принято считать теми, кто сделал из него еще больший культ, чем из фильма 1997 года. Сейчас, в эпоху цивилизационной конфронтации России и Запада «Брат 2» воспринимается едва ли не как плакат, однако, условность происходящего бросается в глаза буквально с первых же кадров. Данила Багров стал достоянием медийной культуры: вновь, как и в первом «Брате», он попадает на съемки некоего действа, где на этот раз настоящий бандит читает Лермонтова («Нет, я – не Байрон»). Слова стихотворения фактически являются ироничным режиссерским комментарием к той истории, которая будет рассказана в дальнейшем. Вновь герой Сухорукова становится двойником-антиподом Данилы и абсорбцией его отрицательных черт: любовь к деньгам и «глянцевой» жизни, небрежное отношение к человеческой жизни. Данилу, как подлинного героя комикса, влечет гламур и его симулякры (этим объясняется его страсть к Ирине Салтыковой). Более того, он слушает уже не Бутусова, а мелодии русского поп-рока рубежа столетий, ведь он опопсел, забронзовел и превратился в супергероя. «Брат 2» четко делится Балабановым на две части: до отъезда в США и после, и, что удивительно, даже чисто визуально жизнь в России и жизнь в США показаны в «Брате 2» мало отличающимися друг от друга. Те же нищие кварталы с беднотой чередуются с роскошными зданиями, где заправляют бандиты: Белкин олицетворяет собой русскую мафию, прикидывающуюся бизнесом, Менес – американскую, и их отличает лишь масштаб. Конечно, их связывает дружба и коммерческие интересы. Данила легко находит общий язык с простым американским шофером (оба народа по сути братаются). «Враги» Багрова обозначены четко: русские и американские бандиты, евреи, украинцы и афроамериканцы. В этом отношении Балабанов предельно неполиткорректен, однако, еще раз подчеркну, он не относится к этому всерьез, визуализируя самые низменные мечты о реванше, гнездящиеся в глубинах русского бессознательного. Иначе он бы не снял впоследствии «Груз 200», вызвавший такой гнев «ватников». Балабанов будто говорит своей целевой аудитории: «Вы обожествили Данилу Багрова, вот вам логические последствия этого». В «Брате 2» коренится особая логика, следующая за мифом о «сильной руке», которую исследует первый «Брат»: войны «народного мстителя» со всем остальным миром не избежать, и она будет огламурена, сглажена в медийной подаче участием «звезд». Ведь неслучайно, «штаб» «народных героев» в «Брате 2» располагается в бывшем музее Ленина, где развешены красные знамена и портрет Сталина, оружие им недвусмысленно предоставляет одетый в нацистскую форму персонаж по кличке «Фашист», расстрел преследующей машины производится из старого советского пулемета под песню «Вечно молодой, вечно пьяный» (опьяненный идеологией?). Не слишком ли много откровенных клише и идейных маркеров? Ведь есть и то, что трудно не заметить: то, как эти «народные герои» «экспроприируют» деньги уничтоженных ими врагов, притом делая это столь систематически, что впору задуматься о серьезном режиссерском указании на данную деталь. Данила вновь раздает деньги направо и налево, попутно восстанавливая справедливость (он и его брат убивают столько народу, что поневоле увидишь в происходящем черты кровавого спектакля). Как и первый «Брат», «Брат 2» - пророчество, которое сбылось на наших глазах. В одной из сцен, когда Данила идет по дневному Чикаго, звучит песня «Агаты Кристи» «Секрет», в самом тексте которой прямо звучит зловещая угроза. В этой сцене образ «народного мстителя» приобретает черты сумасшедшего маньяка: «Лучше ты молись, ведь это я, это я уже иду к тебе». Когда же Данила расстреливает людей в баре, сцена неслучайно снята от первого лица, будто компьютерный шутер: именно у моего поколения, первого из подсевших на компьютерные игры, лента Балабанова вызывала почти садистское удовольствие своей болезненной концентрацией насилия (помню обсуждения в школе среди сверстников, ведь когда фильм вышел, мне было всего четырнадцать). Подводя итоги этого несколько нестандартного анализа дилогии о Даниле Багрове, можно смело заявить, что в ней не все так просто, как кажется на первый взгляд, иначе Балабанов не был бы главным кинохудожником своего времени. Как первым, так и вторым «Братом», он попал в одну из главных болевых точек нашего коллективного бессознательного, где соединяется садистское наслаждение от пароксизма тотального разрушения, облекаемого в форму мести за перенесенные исторические фрустрации, с мазохистским терпением властного насилия, оправдываемое верой в справедливость ее действий. Нет ничего удивительного в том, что спустя буквально несколько лет Балабанов разовьет в «Войне» и «Жмурках» свои режиссерские интенции, которые, как мы видели, во всех его фильмах соединяются в нечто единое, в некую однородную философию.