Параграф 78: Фильм второй

В этой ленте много противоречий. С одной стороны перед нами — неповоротливый, тяжеловесный, безвкусный и заведомо вторичный боевик. Множество провальных сцен. Отсутствие острых поворотов... Но с другой — все преображает изящный финал. Зрителю ничего не станут разжевывать, лишь покажут на столе шприцы с антидотами и предложат домыслить финал. Тем самым вторая линия ленты связанная с семейной жизнью, влюбленностью и тотальным провалом своей страсти стремительно выйдет на первый план и заполнит собою все пространство. Потому каждая сцена с банальными размышлениями Гоши Куценко о браке получит совсем иное звучание. Даже глупый анекдот о сравнении секса с женой и мертвецом... я так хотел, чтобы она была со мной, а когда добился этого, то получил только секс. Если хочешь знать — это был не просто секс. Это было больно. И вот эта вторая составляющая оказывается достаточно интересной и даже завораживающей. Она поглощает многочисленные несуразности ленты ставя перед зрителем главный вопрос: а ведь выходит, что первая часть картины абсолютно не нужна. Именно во второй появляется настоящий психологический подтекст. Если бы авторы решились скомпоновать все иначе, в более лаконичный хронометраж, то быть может лента выглядела бы динамичным психоделическим боевиком. Но... Увы... Это лишь размышления... Прежде, чем подойти к финалу, мы получаем постмодернистский самурайский по своей сути боевик. Крутые мужчины вынуждены убивать друг друга несмотря на взаимную симпатию и отсутствие неприязни. В этом сокрыт мощный антивоенный заряд. Но... насколько же бесхитростно сняты поединки. Так в одной из дуэлей мы получим эскападу ударов, лишенную как эстетики кулачных боев, так и смысла. Будто авторы стремились заполнить пространство ленты чем-нибудь справедливо осознавая, что развязка будет неимоверно хороша. Однако, для того, чтобы в полной мере эту развязку оценить следует потратить немало усилий на лишенный увлекательности фильм. Не стоит забывать и про оказавшуюся лишней первую часть картины. Признаюсь, что на несколько минут действо меня удивило за счет флешбека. Воспоминания о судебном заседании в котором на стороне Фемиды выступают сразу трое звезд - Сергей Шакуров, Виктор Вержбицкий и Мария Киселева становится оазисом в длинном и безжизненном путешествии. Уже сам выбор актеров на роль судей задает ленте темп. Позабыв об оазисе мы подходим к финалу. Стол с антидотами. Неиспользованный шприц. Взрыв. Открытый финал в котором все уже зловеще предопределено... После этого кажется, что лента заслуживает самых высоких оценок. Но мы же оцениваем целостное впечатление от всей картины, а не прекрасный отточенный финальный поворот. - Брак это то, чем мужчины платят за секс. А секс — это то, чем женщины платят за брак. 4 из 10

Многие думали, что этот фильм станет рассветом российской кинофантастики, покажет ей свет в конце тоннеля, настроит на правильный лад проржавевший механизм СНГ-шного фантастического боевика. 'Параграф 78', созданный пером и языком Ивана Охлобыстина, был их ответом не менее великому и ничтожному якобы кинофильму 'DOOM', и иже с ним. Это была первая серьезная попытка показать великому Голливуду, что Россия умеет снимать не только исторические батальные ленты и всякие полупрофессиональные 'Дозоры'. Это был настоящий, реальный шанс опровергнуть потоки всемирной критики. Жаль, действительно жаль, что он не воплотился в жизнь. А ведь всё начиналось не так то и плохо. Двухсерийный киноэпос сумел заинтересовать и привлечь к себе пристальные взгляды тысячи зрителей с помощью брошенной в массы, довольно неплохой по сути, первой части 'Жребий Брошен'. Посмотреть в ней было на что. Отличная вирусная завязка, неплохое продолжение в виде истории отряда спецназовцев, замешанной на разбитых мечтах, лжи, любви и смерти, а затем эффектный финал с неожиданным слиянием всех заблудших душ на зараженной смертельным вирусом секретной базе. То, что в кино слишком много тупых клише, отвратительных нудных диалогов и кучи откровенной несуразицы в поведении героев, можно списать на обстоятельства и пьяный угар режиссера. Однако с премьерой второй части всё стало гораздо хуже. Непоправимо хуже. Мало того, что сцены откровенной ненависти спецназовцев друг к другу начинают неимоверно частить, так и стандартное положение 'мы в полной жопе' разрешается очень нестандартно. Такой крутой с виду Доктор заканчивает свою жизнь постыдным самоубийством, а бойцы спецотряда, страшно рыча, начинают тыкать друг в друга стволами. В этой ситуации мне непонятны три вещи: первое - если бойцы 'Гудвина' Гоши Куценко так ненавидят друг друга, а своего бывшего старшего особенно, то почему они раньше просто не перестреляли друг друга, тем самым решив все свои личные проблемы? Понятное дело, что тогда не было бы 'кина', но это стало бы логичным завершением триллера - все друг друга ненавидят, кроме Лисы, Скифа и Гудвина, которые друг друга любят до смерти в прямом смысле этого слова. Второе - почему Доктор, после проведения Гудвину детальной экскурсии по лаборатории, в которой уже фактически готов синтез нового антидота, верит на слово персонажу Гоши Куценко? Тот, ни фига не зная, говорит, что кроме бесполезного для Доктора боевого анестезирующего средства (БАС), у них нет никаких других таблеток, содержащих нужную для антидота аминокислоту. Да даже у меня, простого зрителя, в памяти осталось употребление Лисой противозачаточных таблеток, и сохранилась полная уверенность в том, что она взяла их с собой на боевую операцию. А что говорить про Гудвина - лидера спецподразделения, и Доктора - суперпрофессионала-вирусолога. Они же не должны были решать все вопросы только между собой, без элементарного донесения информации до остальных членов отряда. Им надо было сказать о проблеме и путях ее решения всем остальным членам команды. Думаю, что тогда и выяснилось бы наличие у Лисы упаковочки нужного препарата. Хм, может, Куценко настолько ненавидел своих напарником, что боялся им это прямо сказать, прикрываясь грифом секретности? Тогда в силу вступает мое первое утверждение - почему просто не перестрелять друг друга еще в самом начале первой части фильма? Ну, или, на крайняк, в самом ее конце, на вертолетной площадке? И третья непонятная вещь - почему после смерти Доктора, из всех нормальных и логичных способов решения создавшейся ситуации, парни выбрали самый идиотский - красиво убить друг друга? Повторяю еще раз, если была мечта завалить всех, кто рядом, можно было сделать это гораздо раньше. А так сцена взаимного истребления, пусть даже и красиво поставленные, выглядят глупейшим фарсом. Особенно это касается битвы Любы и Спама, типа двух 'голубых', противных солдатиков. Люди, которые, можно сказать, испытывали некое подобие любви один к другому, просто встали и расстреляли друг друга, а потом перед смертью еще выдали такую словесную чушь, что бредовый диалог между слепым Нео и умирающей Тринити отдыхает по полной программе. Особенно мне понравилось про деревню и аллергию на молоко. Супер просто. Сто баллов, и особая благодарность за траву для сценаристов - она, очевидно, была классной. Что получается в итоге? Толпа героических, но абсолютно безвольных бойцов спецназа, которые настолько ненавидят друг друга лютой ненавистью, что готовы в любой момент прикрыть спину товарищу по отряду и даже отдать за него жизнь, в красивой театральной постановке убивают друг друга под неплохую музыку. Что самое интересное - главный злодей Гудвин нарушает установленные им же правила и спасает от смерти Лису и Скифа - самых дорогих ему людей, которым он завидует до потери пульса и которых не прочь порешить. Обалденная фишка, не так ли, - глупые контрасты - это как бородатые анекдоты - только Петросяну от них и смешно. Ну, вот и скажите, где здесь смысл? В чем здесь суть? Честно говоря, уж лучше бы создатели фильма населили заброшенную базу зараженными агрессивными сотрудниками исследовательской лаборатории и подвергли мутации парочку бойцов спецназа, чтобы их товарищи могли без особых угрызений совести завалить тех, кто им всю жизнь поломал. Типа там голубые сиамские близнецы Люба и Спам срослись бы под действием вируса автоматами и охотились на Гудвина с Фестивалем, в то время как Скиф мирно ворковал с Лисой, а Пай оттачивал свое мастерство воина на зараженных ученых. Пропавшее молоко, маленькая собачка и книжка 'Путь самурая' прилагаются. Итак, подведем что-то вроде итога. 'Параграф 78' - это как город контрастов - в нем всё не так, как кажется на первый взгляд. И сверхкрутой Доктор после первой же серьезной проблемы оказывается слабовольным слабаком, и сверхумный Гудвин получается тупым и истеричным, но очень благоразумным сволочем, и даже главный герой со знаком 'плюс', Скиф - обычная бесхарактерная размазня. А ведь их посылали спасать Мир!