Дикая река

Главная проблема фильма Кёртиса Хэнсона заключается в слишком быстро разворачивающемся действии, намеренно скоростной подаче экспозиции. За первые тридцать минут экранного действия зритель успевает устать от насыщенности и событийности происходящего. Остальные полтора часа режиссеру приходится либо сохранять прежде взятый темп повествования, либо его каким-либо образом изменять. Но изменять так, чтобы картина не потеряла прежде взятого энергетического импульса. За этот самый энергетический импульс отвечают актеры. Но здесь же мы сталкиваемся со второй проблемой: на экране видно только одного актера, вернее, актрису. Все остальные артисты, заявленные в действии (Джон Си Райли, Кевина Бейкон, Дэвид Стрейтерн) значительно уступают миссис Стрип в умении как махать веслом, так и звучать орлом (плохая и неуместная аналогия – ее лучше вырезать). Они не достают до нее. И это вторая проблема фильма. Из Бейкона злодей получился так себе, а ведь на эту роль необходим был человек с широчайшим актерским диапазоном. Вот Николсон отлично подошел бы. В целом же, картина обладает весьма ощутимым достоинством: она сделана на натуре, и именно этот факт создает необходимое впечатление зрительского соучастия в самом действии. Несмотря на очевидные проблемы в режиссуре, «Дикая река» обладает тем обаянием середнячка, перед которым среднестатистическому зрителю устоять можно, но весьма проблематично. Как впрочем, и перед очень красивой здесь Мэрил Стрип.

Когда напряжение действия не совпадает с его оправданностью, а идеальность идеального персонажа сомнительна, это раздражает. Всеми любимая и безупречная М. Стрип настолько безупречна и благонамеренна, что ее персонажи тоже безупречны и благонамеренны, даже если они не такие, потому что они все равно такие и точка. В Дикой реке в каждом месте безупречная жена и мать стала причиной несчастий, но все равно сценарист предъявил ее правоту. Мужа-работягу обвинила в отчуждении от семьи. Сына научила пренебрегать отцом без причины. Только потому, что он не удовлетворял ее представлениям о настоящем муже – большом оптимисте и непоседе. А все претензии, исходящие от нее, и надуманная драма в завязке фильма - лишь из-за того, что муж не любитель экстремально сплавляться по водопадам под стать ее прихоти. Невзирая на крайне рискованный маршрут и присутствие маленького сына в лодке, пускает туда двух случайных попутчиков - подвезти. Проходимцев, которых со второго взгляда видно, что проходимцы, опекает как милых людей. Уместное предостережение мужа считает его очередной дефективностью. Об развязного садиста, одного из этих проходимцев, прямо колотится, когда ласково учит его рыбачить. Сын в ее злосчастной лодке держится как заговоренный от бешеных водоворотов и виражей и по воле сценариста благополучно переживает сверхэкстремальный сплав, поэтому она не выглядит пять раз свалявшей дурака. Туринспектор на маршруте погибает из-за нее и вместо нее, но он фоновый персонаж, поэтому кого он волнует. Даже собака свидетельствует в ее пользу, так сценарист велит. Она сама при таких поворотах этого приключения все время хохочет. Понятно, что сценарист выведет из любой провальной ситуации, зачем горевать. И точно. В итоге одерживает верх над всеми, кто не хотел с ней влезать в эту передрягу. И если муж все же влез, да еще в грязь лицом не ударил (опять сценарист выручил, иначе тот бы ни за что не справился), то она с ним мирится. Даже оставшийся в живых спасатель тронут и прослезился.