Наука сна

Главный герой – личность творческая, душевная организация тонкая и ранимая… Реальность жизни не столь благосклонна и Стефан всё чаще сталкивается с разочарованием и непониманием окружающего мира… Не сразу и в новой знакомой Он смог разглядеть «родственную Душу», чего не скажешь о самой Стефани. Немного терпения, хитринки, открытости и заинтересованности с Её стороны, и эти две личности – неординарные, креативные – позволят Зрителю войти в их мир бытия и ощущений… мир иллюзий и фантазий, мир красивой сказки… и для Них это настоящая и понятная реальность. У Зрителя будет возможность побывать во Снах Стефана, в которых, по моему мнению, он чувствует себя более уверенно, чем в реальности, и где он обыгрывает и находит верное решение к трудным ситуациям в жизни. Блуждая в лабиринтах своих снов, главный герой, и Зритель вместе с ним, вне времени и не ощущает границ с реальностью. И сон ли это вообще? Придумано, обыграно, снято очень красиво! Отличная работа Гаэль Гарсиа Берналь, не совсем привычный для актера персонаж, но образ Стефана удался! Его герой, в душе которого продолжает жить и творить ребенок, что, собственно, он и продемонстрировал в финале картины – новые эмоции и вопросы Стефани погрузили его в очередной Сон… Сон, который поможет ответить на все вопросы…

В последнее время режиссеры мирового кино приходят из смежных искусств из компьютерных игр (как Майк Ньюэлл), из техник, спецэффектов и клипов (как Гондри), из рекламы. Не исключением стал французский фильм «Наука сна», где задейственны различные спецэффекты и трюки, использованные ранее в музыкальных клипах известных экстраординарных исполнителей (Бьорк), а также в рекламных роликах. В «Науке сна» Гондри показывает нам историю, произошедшую в сером Париже, Стефана, юношу-изобретателя необычных вещей таких, как машина времени, считыватель мыслей, которые могут впечатлить лишь детей. Сам он из-за нежелания взрослеть и некого прослеживаемого аутизма не хочет взрослеть и живет в своих снах, что впоследствии стало его единственным комфортным существованием в этом мире. Сны стали путаться с реальностью. Очевидно, что в фильме прослеживаются традиции фантастичного, потустороннего видения, как у Алена Рене «Прошлым летом в Маргинбаде» и в экспериментальном кино Александра Клюге. Тема аутизма Стефана у Гондри тесно перекликается с героем романа «Над пропастью во ржи» Холденом американского писателя Джерома Селинджера. Поразительны схожи восприятия юношей действительности взрослого мира, у обоих даже были идентичного цвета головные уборы – красные шапки. Не воспринятый всерьез, Стефан ощущает себя потерянным в этом мире, пытается делать что-то на работе, влюбляется детской наивной, придуманной любовью в соседку, в общем, пытается устоять на ногах в нашем мире. Но из этого выходит лишь ирреальный, картонный, бушующий (словно «Адище города» Владимира Маяковского) мир, с его искусственными персонажами. Только в этом мире снов он ощущает себя в своей тарелке. Правда, общество всегда создает условия для выживания в реальном мире; оно всячески вытягивает нас из детства, из мира иллюзий. Так и иллюзии главного героя «разбивались» одни за другими: любящая мама, интересная работа, вместо этого сплошная рутина и моральный урод шеф, любовь к девушке со схожим внутренним миром, вместо этого – реальная парижская девушка, объект для совращений и интриг. Во снах же Стефана идет игра со всем окружающим, будь то природа или животные, звуки или экспрессионистические настроения. Даже трое коллег по работе играют роли сопровождающих в мир аллюзий. И тут мы начинаем понимать, что перед нами разыгрывается клоунада в прямом смысле этого значения. Нельзя не усмотреть наличие цирковой эксцентрики, а также несколько гэгов. Не раз мы видели подобные трюки, например, у Бобкэта Голтуэйта в фильме «Клоун Шейкс», или у голландского кинематографиста Йоса Стеллинга в 'Иллюзионисте', где клоунада подчеркивается аутизмом и отсутствием реальности. В «Науке сна» сразу видны цирковые мотивы. В цирке абсурд еще более абсурден, также и в фильме – абсурдность достигает своего апогея через олицетворения, аллегоричность, гротеск и порой даже грубость в сценах сна нашего героя. Например, когда Стефану снилась обстановка на работе и, представленные с необычным поведением, трое коллег с сущностью клоунов разыгрывали сатирические сцены. У самого же Стефана руки выросли до невероятных размеров, чему он не мог противостоять. Классическая ситуация насмешки коллег, псевдо-друзей над «несчастным» странным парнем. Эксцентрика бьет через край, когда возникают в сценах снов-видений Стефана, помимо гигантских, саркастически изображенных рук, искусственная бумажная буря, что напоминает нам кукольный театр, затопленный город, а также все в гиперболических видах (гигантский паук, послание возлюбленной на огромных бумажных листах, огромные искусственные птицы, оживший самодельный игрушечный конь). Здесь отсутствие реальности и есть главный корень клоунады, и чуть ли не весь фильм пропитан аутизмом. Проводя параллель с цирковым миром и с миром фильма Мишеля Гондри, можно заключить, что взрослая публика воспримет «Науку сна» недоброжелательно, разве что не повзрослевшие дети будут восторге. Это тот же принцип с цирком: дети безумно рады комическим сценкам с клоунами, которые, увы, терпеть порой не могут взрослые люди. Дети еще не понимают трагичность многих ситуаций нашего мира, поэтому иногда и говорят, что дети – жестокие. Клоунский юмор тоже груб и бывает даже жесток. Он демонстрирует нам через нереальные формы вещей абсурдность взрослого мира и поступков в нем, которые многие люди совершают, закрывая глаза на эстетику и мораль, не говоря уже о духовности. Когда все же герой пытается добиться успеха, противореча своему внутреннему «я» и с отсутствием желания взрослеть, сон окончательно путается с реальностью. Вечеринка в честь картин Стефана становится своеобразной данью конформности. Однако расплата неизбежна: возлюбленная раскрывает перед ним свой истинный облик. Стефан снова возвращается в свой мир и решается уехать. И здесь мы видим создание бутафорного мира, наличие эксцентрики. Несомненно, нужно подчеркнуть выраженное в фильме призвание Гондри в творении клипов. Тому пример сцена со Стефаном и его коллегами в костюмах котов, играющими на музыкальных инструментах и поющими песню возлюбленной Стефана – Стефани. Как известно, Мишель Гондри сотрудничал с Чарли Кауффманом, чье влияние несомненно отразилось в «Науке сна». Запутывание сюжетных линий, гэги, несоразмерность происходящего, ощущение «дежавю» у главных героев – все это мы уже видели в картине «Вечное сияние чистого разума». Подводя итоги, можно с уверенностью сказать - ничего нового в этом фильме нет. Стефан – это типичный и привычный для нас с вами образ героя-аутиста, замкнутого, неуверенного в себе юноши, который не может найти свое место в реальной жизни и существует в своем мире воображения. По своей сути, фильм направлен на чувственную молодежь, которая стоит лишь на пороге у взрослой жизни. Взрослый публике он придется не по нраву за счет своей абсурдности и чрезмерной искусственности. Ирреальность мира снов и периодические выступления главного героя, рассказывающего нам интересные факты о снах и работе нашего мозга, могут вогнать в тупик и оставить после себя некомфортные ощущения, пока как дети будут в восторге от подобных трюков. Больше всего может разочаровать любовная сюжетная линия, так как чувства героев оказываются, по большей части, ненастоящими, выдуманными, как и иллюзионистские изобретения. Но все это обычно и давно уже придумано другими людьми. Поэтому и сама картина «Наука сна», увы, вас не удивит. 5 из 10