Время первых

Космос. Последний рубеж и по совместительству идеальная песочница для того, чтобы отечественный кинематограф наконец-то перестал клепать унылые ремейки и попытался выдать нечто, за что не хочется немедленно пробить себе лицо фейспалмом. «Время первых» — это не просто вылизанный блокбастер о том, как пара отчаянных парней решили доказать Вселенной, что она им не указ. Это двухчасовая, сочащаяся адреналином ода нашему национальному спорту: созданию фатальных проблем на пустом месте с последующим их героическим преодолением при помощи кувалды, какой-то матери и непоколебимой веры в светлое будущее. Забудьте о стерильных голливудских сказках, где у каждого астронавта зубы белее сверхновой, а скафандры сидят как приталенные смокинги от Тома Форда. Здесь вам щедро нальют концентрированный, густой, как машинное масло, сурвайвал в интерьерах, которые больше напоминают дедушкин гараж, случайно выведенный на околоземную орбиту. Евгений Миронов и Константин Хабенский тащат на своих спинах не только колоссальный вес исторической ответственности, но и весь этот скрипящий, готовый развалиться на молекулы от одного чиха космический пепелац. Наш Евгений Миронов в роли Леонова — это вообще отдельный вид искусства. Эдакий гиперактивный оптимист, которому вместо бегового колеса подсунули центрифугу и прозрачно намекнули, что если он остановится, Партия будет крайне недовольна. Его знаменитый выход в открытый космос — это не глянцевый триумф человеческой расы под пафосную оркестровую музыку, а грязная, первобытная борьба с непослушным, надувшимся от избытка давления куском высокотехнологичной резины. Спойлерить масштаб катастрофы не буду, но скажу так: если вы свято верили, что самое сложное в жизни — это выйти из пресловутой зоны комфорта, попробуйте просто вернуться обратно в шлюз, когда ваш рабочий костюм внезапно увлекся бодипозитивом и стал размером с дирижабль. А вот Константин Хабенский ожидаемо и виртуозно играет человека с глазами очень умного, но сильно побитого жизнью спаниеля. Его командир Беляев уже давно всё понял про этот бренный мир, про ледяной вакуум и про амбиции начальства, но продолжает стоически тянуть лямку. Он — тот самый единственный голос разума в летящей в бездну консервной банке. Пока напарник фонтанирует энтузиазмом и каждую секунду рискует стать самым дорогим куском космического мусора в истории человечества, Беляев с лицом непробиваемого фаталиста пытается сделать так, чтобы они оба не превратились в хорошо прожаренный стейк при входе в плотные слои атмосферы. Химия между ними такая густая, что от этих искр можно было бы прикуривать, не будь вокруг абсолютный вакуум. Кстати, о визуале. Если вы ждете здесь компьютерную графику уровня нолановского эпоса с поющими черными дырами — расслабьтесь и выдохните. Камера работает так, словно оператора самого безжалостно заперли в стиральной машине вместе с космонавтами. Ты физически ощущаешь каждый миллиметр тесного пространства корабля «Восход-2», где нельзя даже почесать нос, не задев тумблер отстрела кабины. Контраст между этой удушающей, потной клаустрофобией внутри и звенящей, бесконечной пустотой снаружи бьет по нервам хлестче любого дешевого скримера. Это не космос для мечтательных романтиков; это космос, который хочет тебя убить, расплющить и заморозить, причем желательно — одновременно. Главный же кукловод этого аттракциона невиданной щедрости на сожженные нервные клетки — Владимир Ильин в роли Сергея Королева. Это вам не благообразный дедушка из учебника истории, это смертельно уставший демиург, у которого сроки горят ярче ракетного топлива, а политбюро дышит в затылок перегаром холодной войны. Владимир Ильин выдает такой запредельный уровень экзистенциальной тоски и одновременно стальной, безжалостной решимости, что каждый раз, когда он хмуро смотрит на экраны радаров, хочется невольно вжаться в кресло и пообещать немедленно перевыполнить план по сбору металлолома. Ирония в том, что самое жуткое в этом фильме — это даже не бесконечная, равнодушная темнота снаружи хлипкого корабля. Настоящий, липкий хоррор начинается там, где заканчивается изначальный план (которого, по ощущениям, и в помине не было) и вступает в свои полные права наша дикая, исконная импровизация. Картина держит за горло так крепко, что к финалу ты сам начинаешь дышать как астматик, забывший ингалятор, а твой пульс нервно отстукивает азбуку Морзе. Режиссер просто берет и мастерски играет на базовых фобиях: клаустрофобия, агорафобия, страх заживо замерзнуть в компании лучшего друга где-то в пермских сугробах, попутно отбиваясь от суровой российской фауны и собственного нарастающего отчаяния. Это кино — роскошный, смачный плевок в лицо физике и здравому смыслу, аккуратно завернутый в обертку суровой исторической правды. Те, кто хоть немного в теме, радостно словят изящные кивки в сторону реальных косяков миссии: тут вам и едкий пот, заливающий глаза так, что хоть выколи, и то самое ручное управление, где точность посадки измерялась исключительно интуицией и лаптем по карте. Создатели не стали лепить гламурный патриотический лубок. Они показали всё без купюр: скрежет гнущегося металла, холодный пот и отчаянный, животный страх, который можно победить только крепкой мужской дружбой и неким незримым, но явно присутствующим за кадром отборным русским матом. В сухом остатке мы имеем не просто стерильный байопик, а чистый адреналиновый концентрат, который впрыскивается прямо в височную долю без анестезии. Это жесткое, неуютное, но чертовски магнетическое зрелище. Этот фильм доказывает лишь одну непреложную истину: если Родина дала тебе пинка для ускорения, ты выживешь даже в вакууме, лишь бы не писать объяснительную по возвращении. 9 из 10

Прежде всего «Время первых» заинтересовало меня не космической тематикой и даже не тем, что это один из первых дорогих российских фильмов подобной категории, а тем, что режиссёр – Дмитрий Киселёв – ранее отметился своим участием в «Ёлках 2». От человека, причастного (пускай и частично) к такому проекту я никак не ожидал серьёзной попытки сравниться с «Гравитацией» и ей подобным лентам. Что-ж, перед нами экранизация реальных событий 1963 года, которые стали безусловной вехой не только в советской инженерии, но и в истории человечества в целом. Главные герои – космонавты Алексей Леонов и Павел Беляев – совершили важный космический полёт, ставший одним из многочисленны достижений, которыми гордилась крупнейшая страна мира. Кстати, интересный факт: в международный прокат «Время первых» вышло под названием The Age of Pioneers – «Время пионеров». Евгений Миронов и Константин Хабенский, выбранные на главные роли, давно заслужили признание как хорошие актёры, поэтому их участие безусловно пошло фильму на пользу. Даже если рассматривать эту ленту чисто как художественное кино, оба постарались на твёрдую пятёрку. Да и в целом, претензий к актёрскому составу у меня не возникло. Никаких неуместных шуток или явных косяков я не увидел. Единственное исключение – Брежнев. Чувствуется, что актёра выбирали главным образом по внешним признакам, из-за чего персонаж получился каким-то пародийным. Но всё-таки: насколько удачна историческая сторона проекта? Поскольку консультантом выступал настоящий Алексей Леонов, то смею предположить, что как историческое кино «Время первых» получилось как минимум неплохим. Костюмы, квартиры, больница, мебель в помещениях прямо-таки излучают аромат середины XX века. Если какие-то неточности и присутствуют, то в мелочах. Насколько точно воссоздан «Восход-2» – тоже не берусь сказать, но выглядит красиво. Визуал – вообще главный плюс «Времени первых». Пожалуй, именно красивыми сценами в космосе и снами главного героя фильм добился от меня той оценки, которую я, согласно правилам, раскрою в конце рецензии. Тёмный космос, прекрасная голубая Земля и летающие в невесомости капельки жидкости и правда способны впечатлить не хуже, чем упомянутая «Гравитация». Можно найти кучу причин для критики российского кинематографа, но чисто визуально к 2017 году он заметно вырос, с этим не поспоришь. Иной вопрос – насколько «Время первых» соответствует ожиданиям в плане сюжета. Тут уже не так всё радостно. Фильм преподносится авторами как триллер и атмосфера напряжения тут действительно есть, но… чего-то не хватает. Вроде бы все нервничают, пытаются успеть вовремя запустить космический корабль, но многие интересные моменты либо недостаточно эмоциональны, либо вообще остаются за кадром. Как, например, испытательный корабль с незавидной участью в космическом пространстве. Уж если бюджета хватило на второстепенный полёт самолёта в самом начале, то и первому кораблику надо было уделить достойное внимание. Впрочем, у фильма есть более серьёзная проблема. Не то чтобы она сильно портит впечатления, но в какой-то момент понимаешь, что всем показанным событиям и многим персонажам, принимающим участие в усиленной подготовке «Восхода-2», сложно сопереживать. Как бы ни выкручивались сценаристы, Советский Союз вошёл в историю как отрицательная сторона в Холодной войне. Тотальное подавление демократии, пренебрежение человеческими ресурсами в попытке перегнать США, зашкаливающая секретность… Всё это, как часть исторических событий, отображено в фильме и вызывает естественное осуждение, иногда даже устами самих персонажей. Однако на фоне того подвига, который Леонов и Беляев совершают скорее не благодаря, а вопреки системе, это осуждение выглядит недостаточно уверенным. Как следствие, «Время первых» наполняется острым дефицитом справедливости, особенно после тех трудностей, которые герои переживают в финале. Хоть это и исторический фильм, но всё же… Как лента на космическую тематику и с космическими сценами, «Время первых» определённо заслуживает внимания, однако по важным деталям содержания фильм не полностью соответствует ожиданиям и, собственно, это всё, что можно сказать в итоге. 6 из 10