Новые приключения неуловимых

Засуньте латексные трико, унылую мораль и стерильные зеленые экраны в самый дальний и пыльный ящик стола. В 1968 году кинематограф выдал такой заряд концентрированного тестостерона и адреналина, от которого до сих пор бешено фонит счетчик Гейгера. Это не кино, это оголенный высоковольтный провод. И если вы решите за него взяться, вас будет трясти в экстазе вплоть до самых финальных титров. На арене — четверо всадников пролетарского апокалипсиса. Им не нужны гаджеты от Тони Старка и многомиллионные бюджеты на графику, потому что они сами по себе — ходячее оружие массового поражения. Виктор Косых, Михаил Метелкин, Василий Васильев и Валентина Курдюкова не просто играют дерзких подростков в тылу врага. Они выдают чистую, неразбавленную ярость, помноженную на пугающий юношеский максимализм. Эта великолепная четверка врывается в элитные ялтинские заведения, словно стая голодных питбулей на выставку пуделей, оставляя за собой лишь запах жженого пороха, разбитые бильярдные кии и стремительно остывающее эго классовых врагов. Но этот праздник первобытного ультранасилия не работал бы без гениально прописанных мишеней. Белогвардейская элита здесь — это не картонные идиоты из дешевых агиток, подставляющие лбы под пули. Это стильные, невротичные и чертовски харизматичные хищники, которые просто не поняли, что их время вышло. Армен Джигарханян в роли штабс-капитана Кудасова источает такую параноидальную, липкую угрозу, что от одного его тяжелого взгляда в кадре скисает молоко. Его нервные тики, внезапные вспышки гнева и ледяной прищур — это исчерпывающее пособие для всех кинозлодеев на сто лет вперед. А Владимир Ивашов? Его поручик Овечкин настолько эстетичен и безупречен в своем историческом отчаянии, что ему хочется лично налить бокал лучшего бургундского ровно за секунду до того, как отправить в глухой нокаут. И не забываем про монументального Ефима Копеляна, чей атаман Бурнаш выдает циничные панчлайны с грацией уставшего от жизни философа-мясника. И, конечно, над всем этим крымским змеиным клубком парит бесподобный Борис Сичкин. Его Буба Касторский — это ходячий мем из эпохи, когда интернет еще даже не приснился фантастам. Человек, который танцует чечетку на дымящихся руинах империи с таким невыносимым, ослепительным шиком, что от его харизмы можно спокойно прикуривать кубинские сигары. Здесь нет времени на сопли, душевные терзания и утомительные монологи о смысле жизни. Сюжет несется вперед со скоростью груженого бронепоезда, у которого сорвало тормоза, цинично сметая на своем пути логику, законы ньютоновской физики и ваши робкие представления о детском кино. Каскадерские прыжки с отвесных скал без страховки, пулеметные очереди с двух рук в падении, шпионские игры на грани полного провала — этот фильм не просит вашего внимания вежливо, он берет его в заложники, приставляет маузер к виску и держит в напряжении полтора часа. Пока современные зрители послушно жуют попкорн под стерильные пластиковые франшизы эти подростки уже угнали ваш самолет и разнесли в щепки корону Российской империи прямо у вас на глазах. 10 из 10

Любое успешное кино обзаводится и обзаводилось продолжениями, так было даже в Советском Союзе. Если первые «Неуловимые» создавались с опорой на верстерны (при этом вдыхая новую жизнь в жанр истерна), то вторые уже стали скорее шпионским боевиком, где тоже есть стрельба, есть погони, но есть и то, чего не было в первой части — неявное восхищение досоветской эпохой. Все — и положительные, и отрицательные персонажи — теперь показаны хорошо воспитанными людьми, за которыми приятно наблюдать. Акцент в сиквеле сместился на Валерку, и видеть Михаила Метёлкина культурным человеком в соответствующем окружении весьма радостно. Борьба Мстителей с врагами стала более скрытной, но в то же время более масштабной. Привычные для жанра погони теперь происходят с участием продвинутой для 1920-х гг техникой, а особый восторг вызывают сцены с маскировкой. Несмотря на то, что даже по сюжету некоторые разговоры постановочные, к персонажам испытываешь не просто симпатию, а даже привязанность. И тем интереснее наблюдать за развязкой под более внушительную, чем в первой части, музыку из песни «Погоня». И вновь песни становятся приятной дополняющей фильма. Полюбившийся зрителям Буба Касторский появляется в сиквеле чаще и помогает главным героям намного активнее, веселя как зрителей, так и персонажей фильма. Песня «Я одессит», исполненная самим Борисом Сичкином, стала одной из лучших за всё советское время, и лично я, услышав её ещё в детстве, впервые заинтересовался городом Одесса. Менее радостная, но такая же душевная «Русское поле» скрашивает досуг в заведениях наподобие бильярдной. На второй части «Неуловимых» режиссёр Эдмонд Кеосаян разгулялся по полной, пригласив на второстепенные роли знаменитых актёров, среди которых Светлана Светличная, Евгений Весник, Сергей Филиппов, а рядом с Бубой на сцене играет на скрипке и композитор Ян Френкель собственной персоной. В том же зале можно заметить и самого режиссёра. Суеверный Илюха (Савелий Крамаров) тоже возвращается в продолжении и продолжает нас веселить своей мимикой. Мелкий недостаток ленты появляется лишь под конец. Восходящее красное солнце смотрелось уместно в первой части, но этот фильм всё-таки о другом. В любом случае, это по-прежнему советская классика, которую не надоедает пересматривать. 10 из 10