Начало

У каждого из нас на свете есть места, Что нам за далью лет всё ближе, всё дороже. Думаю, что со временем многие из нас на себе прочувствуют гениальность автора этих строк Леонида Фадеева, автора музыки Давида Тухманова и не менее гениального исполнителя песни Игоря Талькова (а я большущий поклонник его творчества). Лично для меня таким местом является 1988 год, когда я услышал и увидел на экране телевизора видеоклип «Чистых прудов», в котором стильно одетый бородатый дядя на фоне городских пейзажей разгуливал вдоль водной глади и так душепроникновенно пел о чём-то важном для человека. Это было время таких, ни с чем несравнимых, надежд!!! Причём не только моих наивных детских, но и, не побоюсь пафоса, десятков миллионов взрослых (но тоже, увы, наивных). Боже, как я любил тогда чёрно-белые советские фильмы второй половины 1960-х годов (а сегодня люблю ещё больше!)!!! Скажу конкретнее – на мой личный взгляд (хотя, естественно, всё условно и относительно) пятилетка с 1965 по 1970 годы – самое золотое время советского кинематографа. Господи, как я завидовал редким обладателям детской железной дороги, на которой по кругу носился локомотив с вагончиками!!! А в один прекрасный день близкие родственники подарили мне такую железную дорогу. Правда, она уже была из разряда «бывшая в употреблении» и сломана – локомотив не двигался. Но на фоне моей скудости в игрушках и сломанная железная дорога была «что надо»! И вот когда я в очередной раз выстраивал схему движения (а потенциальная энергия двигает и первоначально недвижимое!) тёмно-коричневых вагонов, сделанных словно из плиток шоколада, по телевизору пошли кадры допроса какой-то странной тёти (судя по голосу) собранием служителей церкви с мрачноватым глухим эхом после каждой произносимой реплики. Как большой любитель науки о прошлом, я, было, настроился на просмотр исторической картины, но… через несколько минут все участники сцены превратились в обычных советских людей, уходящих в столовую на щи и котлетку с картошечкой. Да и фильм оказался совсем про другое – про то, как не очень привлекательная на первый взгляд молодая женщина целенаправленно и настойчиво «кроила» свою жизнь в поисках вполне понятного человеческого счастья. И гениальное «Начало» затянуло меня в свои объятия… А сегодня я пересмотрел его уже не мальчишкой, а почти пожилым взрослым, и… гениальная Инна Чурикова в образе простой фабричной рабочей Паши Строгановой, а потом ещё и в образе легендарной Жанны д’Арк, «вырубает» меня наповал одной левой. Казалось бы, первоначальная череда фотографий главной героини с рождения и до выпускного готовят нас к сюжету об очередном «гадком утёнке», но… … этот «утёнок» на твоих глазах делает то, что ты сам никогда не осмелился сделать – хотя бы попытаться схватить свою судьбу «за рога» и взять от жизни то, что и положено человеку – любовь, семью и реализацию своего творческого потенциала. И главное, с какой заправской хваткой она воспользуется всеми выпавшими на её долю шансами. Нет, ни в коей мере не хочу лить оправдательные дифирамбы в адрес Паши по поводу схемы устроения своей личной жизни, которая в реальности спокойно могла бы привести её не к столу с вином («Ну, же! Ухаживайте, ухаживайте за мной!»), фруктами, конфетами, дичью («Её можно руками… А я Вам помогу!») и прочей вкусной снедью, а в палату отдела травматологии с балансируемой гирей забинтованной ногой. Но… это ведь Аркадий первым к ней «подкатил шары», пригласил на танец под музыку с назойливыми «цыганскими» мотивами и даже бесцеремонно вошёл на ночь глядя в её комнату в общежитии. А мне хотелось бы посмотреть на женщину, которая бы не повелась на внимание душевно-карамельного Леонида Куравлёва в зените своей красоты. И героиня, узнав о жене и дочке Аркадия, даже выдаёт презрительные «Ха-ха!!!», но… как пели в том же 1988 году пираты в мультфильме «Остров сокровищ»: «Шанс – он не получка, не аванс!!! И он даётся только раз! Всего лишь раз!» А когда мармеладно-молодой и обаятельно-гениальный Михаил Кононов произносит «Ох, и стерва же ты!», то вполне заслуженно получает свой «кукиш». (Обожаю этот резко высунувшийся из-за двери «кукиш»!!! Впрочем, обожаю я там очень многое!) Тут же дуплетом оседлавшую волну успеха Пашу неожиданно настигает вторая волна – ей предлагают сыграть в фильме орлеанскую деву. (А сцена этого предложения в гримёрке просто конфетка! Впрочем, там весь фильм конфетка!!!) Первоначально зритель наблюдает фонтанирующую творчеством Пашу в образе разбитной Бабы-Яги на сцене (как я понимаю) ТЮЗа. И у него логично может зародиться сомнение в способности её перевоплощения в икону позднего французского средневековья, но… гениальной актрисе подвластно всё. И если я кого представлял и представляю Жанной д’Арк, то это, безусловно, Инна Чурикова. Верю её образу до кончика пальца руки, сначала грозно поднимающейся в сторону Евгения Лебедева в образе обвиняющего её епископа, а затем в шутку чуть ли не отпиленной режиссёром за начавшуюся истерику во время съёмок. Если же учесть тот факт, что впервые я встретился со спасительницей Франции во времена Столетней войны в чёрно-белом учебнике истории средних веков старшего брата (а я учился уже по цветному), то круг замыкается «по полной». А какой у Паши елейный голос с такими изысканными конструкциями предложений!!! Такое ощущение, что она всю жизнь воспитывалась в Институте благородных девиц, а не в советских яслях, детском саду и школе. Меня удивляет полнейшее отсутствие у главной героини хоть маломальской зацикленности на материальных вопросах, которые практически отсутствуют и у всех других персонажей фильма. Да, Паша живёт (как понимаю) в комнате фабричного общежития, но с какой лёгкостью, щедростью и без видимого соучастия и опекунства со стороны старшего поколения она «накрывает поляну», покупает обновки для своего ненаглядного и подкармливает непоседливого Бориску, конечно, поражает. Забыл, у неё ещё и телевизор (пусть и маленький) в наличии. А какие гениальные авторы сценария фильма (Евгений Габрилович и Глеб Панфилов), так шедеврально соткавшие в 1970 году полотно картины, без слащавой приторности фильмов первой половины 1950-х и чернушного натурализма второй половины 1980-х, что я вдыхаю полной грудью воздух настоящей жизни настоящих людей с их искренними радостями и разочарованиями. И я ловлю себя на мысли, что нестерпимо хочу к ним, таким чистым и невероятно красивым людям (к Тамаре меня просто примагничивает!), встречающим под разливы шампанского героиню оставившей свой гениальный след в кино Инны Михайловны Чуриковой. И я спешу туда, там льётся добрый свет… 10 из 10

Раньше, пока я выходил из дома (правильнее: дома почти не бывал), известных людей или знакомых из разных уголков мира я нередко встречал в самых неожиданных местах. Что мне этим говорит Жизнь, я - в силу своего скудоумия - так и не разгадал, но ощущение того, что “земной шарик - очень тесен” не оставляет меня ни на секунду. Но кого бы и где я не встречал, брать автографы и испрашивать селфи у меня желание никогда не было. Однако, одной случайной встречей я дорожу: с Инной Чуриковой в большом подмосковном гипермаркете. Просто в отделе сухофруктов, фруктов и овощей. Обычная дама в возрасте, но - легенда. Покупатель как остальные, но гений. Встреча на пару минут, но которая останется в памяти навсегда. Это как прикоснуться к Звезде, а не star или superstar - к небесному телу, к чему-то галактическому. Вскоре она ушла, чтобы остаться навечно. Когда театр и кино переходят друг в друга Магия симбиоза актерских школ обеспечена, если в кинокартине участвует театральный актер, но великий. Просто очень хороший актер все свое театральное - камерность, известный пафос, экспрессивность, избыточную для “крупного плана” и “литературность” артикуляции - при(в)несет с собой. И на киноэкране будет смотреться “слишком правильным”, нарочито “актером”. Мало кто умеет не ссорить между собой кино и театра - и среди них моя любимая русская актриса точно она. Чурикова. Дама от начала и до “Начала” (мне очень импонирует, что фильм заканчивается именно этой надписью, а не “конец”), элегантная, изящная, тонкая на уровне ДНК. Настолько талантливая, что она может быть бесконечно красива без макияжа и обладая своеобразными чертами лица. Настолько заоблачная, что не вериться, что она играет: она так живет! Перевоплощаясь в своих героинь (но сомнений нет: она бы сыграла и героев, и предметы, и все что угодно). “Начало” - не первый, но эпохальный То, что “Начало” - не самая первая ее киноработа, я знаю. Но полагаю, что это - веха. Эпохальная, легендарная, историческая. Картина в картине, где главная героиня играет… человека, который играет. Две главные роли на одном полотне. С бесшовными переходами из одной роли в другую. Просто и гениально: и безо всяких монтажных склеек. При этом обе роли более чем серьезные: для молодой, еще начинающей девушки - это не просто заявка, а громкий беззвучный манифест: “Звезда взошла”. На первом плане в картине история провинциальной актрисы любительского детского театра, что волочит свою безвкусную жизнь “дурнушки” в городке, что сейчас бы назвали сплошной “хтонью”. “Бараки-недоростки”(с) и хмурое небо убедительно погружают зрителя в атмосферу безысходности “вдалеке от больших городов”(с). На главном же плане - монументальной роль Жанны д’Арк. Казалось бы: как героине французского народа ужиться внутри провинциальной советской девушки? Оказывается, что между нами больше общего, чем между иными родными сестрами. Обе - чисты, возвышены, бесконечно смелы и преисполнены достоинства. Калейдоскоп характеров Режиссер менее храбрый решил бы, возможно, остальных персонажей “приглушить”, сделать менее броскими - чтобы главная героиня (она же - жена) сверкала. Но, к счастью, здесь случай совершенно иной: отменный вкус не позволил создателям утопить фон в угоду акцентам. Напротив, в фильме присутствует целый ряд сумасшедших, пряных и впечатляющих фигур. Начиная с любви всей жизни главной героини, простого и нерешительного, “очень женатого” и вполне нерешительного “парня заводского”, продолжая крайне талантливо сыгранным соседом по коммуналке (который раз вижу, что актер Кононов - глыба), ну и, конечно же, моим главным любимцем: режиссером с его извечным Санчо Панса и тенью, “Одиноковым”. Самоирония создателя? Автобиографичное с вымыслом пополам? Не знаю и не хотел бы узнать: искусство - это нечто непонятное. Но художественный замысел точно “зашел”: все на своих местах, а в яркой компании Звезда светит только еще ярче. Глазами немца Глаза эти широко раскрываются где-то на первых минутах и больше не расслабляются вплоть до заключительных титров. Это - немыслимо! В широкий формат в стране, о которой бытует мнение, что культура в ней была посвящена одам “рабочему и колхознице” и социалистическим эпосам в исполнении придворных летописцев, выходит картина, которую нынче на Западе точно бы записали в артхаус. Сугубо некоммерческое, интеллектуальное кино для “избранных” - тех, кто способен переваривать пищу метафизическую, для кого сцена молитвы Жанны д’Арк (гениально без преувеличений!) с ее психологическими подтекстами и трансцендентными посылами (а еще критика в адрес схоластиков и фарисеев). С тяжелой, гнетущей атмосферой (на уровне картинки) и умной грустью сквозь полуулыбку. Повесть о таланте, что прорастает сквозь асфальт. О восходе, который так и неизвестно чем продолжится (финал подчеркнуто открыт). О любви “раз и навсегда”, покрывающий и изглаживающий любые “морщинки” и несовершенства любимого, строго в согласии с апостольским “Гимном любви” (1Кор. 13:4-8). О том, как делают Кино с заглавной “К”. И еще бесконечно много о чем… фильм гуще любого крем-супа и тоньше супа грибного. Трюфель - вот его символ в моем ассоциативном ряду: “Если это - люди востока, то кто же мы, считающие себя Западом?” Филипп | Из Германии да в Россию | Чел с Европы