Подозрительные лица

Принято считать эту картину священной коровой криминального жанра и абсолютной иконой сценарного мастерства. Но если хорошенько подуть на чужую золотую зажигалку и разогнать напущенный дым, мы увидим лишь виртуозный фокус для людей с острой жаждой быть обманутыми. Это как купить с рук роскошный пиджак от модного кутюрье, прийти домой и обнаружить, что на спине зияет прореха, небрежно зашитая суровыми нитками. Картина держится на одной-единственной железобетонной уловке, и как только вы ее разгадываете, весь этот мрачный пафос начинает отдавать дешевым бульонным кубиком, который вам с умным лицом подали под видом деликатесного трюфеля. На допросе в полицейском участке собирается совершенно отбитая сборная солянка социопатов, больше похожая на парикмахерский квартет, из которого выгнали тенора за хронический алкоголизм. Гэбриел Бирн с лицом побитой собаки отыгрывает коррупционера в завязке, но его душевные терзания вызывают зевоту быстрее, чем прогноз погоды на завтра. Стивен Болдуин надувает щеки и играет мускулами с таким неистовым усердием, что рискует лопнуть прямо в кадре, забрызгав объектив тестостероном. Бенисио Дель Торо выплевывает свои реплики так, будто перед сценой тщательно полоскал горло битым стеклом и промышленным клеем, превращая каждый диалог со своим участием в лингвистическую пытку. На фоне этого бродячего цирка Кевин Поллак покорно исполняет роль мебели, о которую остальные периодически чешут свое эго, а Кевин Спейси ожидаемо тянет одеяло на себя, превращая своего жалкого, искривленного персонажа в главного гипнотизера этого сомнительного шапито. Вся эта магия работает исключительно на топливе вашей собственной доверчивости. Нам скармливают байку про великого и ужасного криминального демона, чье одно только имя заставляет матерых уголовников покрываться холодным потом быстрее, чем мыши при виде кота. Эта городская легенда, с душком чеснока и гватемальских джунглей, небрежно сшита из случайных обрывков, брошенных фраз и мусора с доски объявлений. Создатели просто водят нас за нос, швыряя в лицо красивые, но пустые обертки: эффектно прикуренная сигарета, загадочный юрист с фамилией японского производителя фарфора, эпичные перестрелки в порту. Под этими блестками скрывается довольно рыхлая структура, которая начинает противно трещать по швам, стоит лишь включить критическое мышление до наступления финальных титров. Стиль здесь отчаянно пытается компенсировать зияющую пустоту содержания. Камера скользит по грязным лужам и портовым докам с такой претензией на глубокомысленность, будто фиксирует сотворение мира, а не рядовую криминальную разборку. Вечный полумрак, тени на лицах и насупленные брови — классический набор шулера для маскировки сценарных провалов. Нам щедро льют в глаза стилистику нуара, разбавляя ее показательными казнями, чтобы мы ни на секунду не задумались о том, как дешево нас покупают. И это работает, пока вы безропотно глотаете наживку. Но стоит лишь попытаться проанализировать мотивы, как весь этот карточный домик валится под тяжестью собственного пафоса. Почему же тогда оценка болтается чуть выше ватерлинии? Да потому что как разовая, лошадиная доза адреналина в вену это работает безупречно. Лента стильная, наглая и оставляет послевкусие крепко заваренного, пусть и слегка пережженного кофе, осколки от чашки которого хочется собрать на память. Это гениальный тренажер для иллюзиониста, но абсолютно мертвое кино для повторного погружения. Когда кролик уже вытащен из цилиндра, смотреть на пустую шляпу во второй раз откровенно скучно, ведь кроме этого лопоухого там отродясь ничего не было. Вы думали, что прикоснулись к высокому искусству, а по факту просто поддались гипнозу грязного попрошайки, который элегантно спер ваш кошелек, пока вы завороженно пялились на его уродливую ногу. 6 из 10

Ладно, давайте снимем розовые очки фанатов и посмотрим правде в глаза. Этот фильм — классический пример того, как один более-менее неожиданный сюжетный поворот вытягивает на себе всю картину, маскируя тонны посредственности. Плоские персонажи: Сборище ходячих клише Персонажи здесь — это не люди, это функции. Каждый из них — это набор штампов, собранных из сотни других криминальных фильмов: Рассказчик-калека (Кинт): Ну, конечно, самый невзрачный, забитый и несчастный должен оказаться тем самым гением зла. Банальщина, завернутая в бинты жалости. Он ходит, хромает, и мы, зрители, должны априори ему сочувствовать и не подозревать его. Серьезно? Это же первый кандидат на роль злодея в любом учебнике по сценарному мастерству. Брутальный 'лидер': Обязательный элемент — крутой парень с пушкой и скелетами в шкафу. Ирландский психопат: Агрессивный ирландец, который только и ждет повода кому-нибудь врезать. И так далее. Ни глубины, ни развития. Просто манекены, которые произносят свои реплики и ждут финала. 'Гениальный' твист: Иллюзия ума Ах, этот великий и ужасный финал! Все кричат: 'Вау! Как неожиданно!'. Да ладно. Весь фильм — это, по сути, одна большая манипуляция. Нам просто скармливают информацию, которую мы потом должны считать правдой, потому что так сказал рассказчик. Когда выясняется, что все, что нам показывали, было выдумкой, это не 'гениальный твист', это, извините, дешевый трюк. Это как если бы я рассказывал тебе историю три часа, а в конце сказал: 'А знаешь что? Я все это время врал'. Это не умный сценарий, это просто обман зрителя. Вместо того чтобы построить логичную и захватывающую историю, которая честно приводит к неожиданному выводу, авторы просто выкидывают рояль из кустов (Кейзер Созе — имя, которое взяли с дна кофейной кружки и доски объявлений) и говорят: 'Вот! Вы не догадались!'. В итоге, фильм держится на одном этом моменте, а все остальное — натяжка и посредственность. Это кино, которое притворяется умным, но на самом деле просто по-среднему хитрое. Не оценил ни канонизирование этого трюкачества, ни картонных персонажей. Как-то так..