Пока не высохнут слёзы

Было время где-то с середины 1990-х до середины нулевых, когда синефилы и фестивальные критики то и дело говорили об азиатском кино, прежде всего о трех его фигурах: Ким Ки Дуке, Такеши Китано и Вонге Кар-Вае. Сейчас все они ушли в тень, пришло и ушло новое поколение азиатского архауса (Мин Лян, Чжанке, Вирасетхакул), однако, пересматривая эти фильмы вновь, многое в них кажется чрезвычайно оригинальным, чарующим, пленительным. Кар-Вай прославил на весь мир родной Гонконг, еще не ставший частью Китая, именно он доказал, что эта страна – не только производительница кунг-фу фильмов и гангстерского ширпотреба в духе Джона Ву. В то же время в своем дебютном полном метре «Пока не высохнут слезы» постановщик мучительно выбирается из экшен-клише именно гонконгского кино. Это почти «Злые улицы» по-азиатски: нескончаемые драки, перестрелки, кровь, крики, бандитские разборки, даже сюжетная линия двух братьев – почти под копирку заимствована из «Злых улиц» (интересно пересматривать эти фильмы друг за другом: многое впервые замечается). В то же время Кар-Вай даже в дебюте ощутимо тяготеет в сторону мелодрамы, чистой лирики и визуальной поэзии: так прославившая его впоследствии работа с цветом и освещением, магия ночного города, переданная за счет изобразительной мобильности камеры, навязчивость музыкального комментария, поданная так, что совершенно не раздражает зрителя, эмоциональные полутона в общении влюбленных, диссонирующая с темпераментностью остальных персонажей, – все, что впоследствии выйдет на первый план в «Любовном настроении» и «2046», в первом фильме режиссера только обозначено, но уже как ощутимая стилевая доминанта. Другое дело, что это концептуальная, художественная и содержательная новизна, прежде немыслимая в рамках гонконгского кино, вступает с ним в бой в пространстве самой картины. Мне представляется, что лирик Кар-Вай уже тогда, в начале своей карьеры, понимал бесплодность и абсурдность штампов азиатского экшен-кино, даже используя их в своем дебюте, не воспринимает их серьезно, хотя иронии в «Пока не высохнут слезы» вроде бы нет. Акустически перед нами – музыкальный контекст конца 1980-х с вечной драм-машиной, техно, диско, сейчас кажется реликтом эпохи. Однако, для Кар-Вая и его главный герой, не вынимающий сигареты изо рта, и его эмоциональный брат (чем не копия Джонни Боя из «Злых улиц»?), и совсем еще молодая Мэгги Чун, играющая наивную простушку, так не похожую на ее поздних персонажей, – лишь элементы визуальной поэзии, любовной лирики, выраженной изобразительно. Такое умелое сочетание звука и изображения, фактически полное устранение из кадра сцен, где нет музыки, почти декларативное использование, как визуальных, так и акустических лейтмотивов (прием, достигающий апофеоза в «Чунгкингском экспрессе»), именно эти стилевые составляющие позже прославят Кар-Вая за пределами его родной страны. Можно, конечно, попенять режиссеру, что на протяжении всей своей карьеры он снимает один и тот же музыкальный клип, то и дело ударяясь в концептуально бедное эстетство. В то же время нельзя не отметить, что мировой кинематограф с середины 1980-х (то есть именно тогда, когда начинал свой путь Кар-Вай) вступил в кардинально новую фазу своего развития, когда оболочка образа (как его не называй, «симулякр» или «означающее») стали важнее смысла, содержания, значения. Сам знак стал самодовлеющим в своей бытийной полноте, красота символа стала важнее его смысла. Не в постулировании ли этой сентенции суть карваевского подхода к кино? И насколько выразительным становится киноязык, когда суггестивной целью своей имеет чистое зрительское наслаждение! Конечно, картина «Пока не высохнут слезы» очень показательна в своей демонстрации нелепости штампов гонконгского масскульта (насколько примитивны все эти драки видно с самого начала) и необходимости выхода любого думающего режиссера к новым эстетическим горизонтам. Кар-Вай сделал выбор в пользу чистой красоты, искусства для искусства, артхаусной аудиовизуальной зрелищности, полностью порывающей все связи с коммерческим кино. Однако, этот шаг в сторону кинематографического космополитизма и налаживания интертекстуальных мостов с европейской поэтикой отчуждения (Антониони, Вендерс) будет сделан только в «Диких днях», в «Пока не высохнут слезы» он лишь намечался, но так и не был совершен.

Бывает так, насмотришься красивых кадров из какого-то фильма, и хочется его посмотреть, даже не читая сюжет. Просто понимаешь: вот оно, резонирует! Включаю! Глаза, конечно, кричат что-то про лютые гонконгские разборки, мужскую дружбу и женщин в пролёте, но чувство прекрасного внутри не обмануть. Давно в моём маст-си списке томился фильм китайского режиссёра Вонга Кар-Вая с нежным названием “Пока не высохнут слёзы” (1988). Вспоминая его полотна “Любовное настроение” и “Чунгкингский экспресс”, я ожидала любовной драмы, однако получила живописный боевик о братской чести. Безбашенные братья-гангстеры шарятся по городу, ввязываясь в криминальные разборки то тут, то там. Главный герой – старший брат, стремительный и умный, постоянно вытаскивает своего непутёвого младшего из передряг. Но может ли поменяться что-то в жизни главного героя с появлением прекрасной девушки? Вонг Кар-Вай написал Гонконг 80-х неоновыми красками: тоскливые оттенки синего, едкий красный и удушающий лиловый. Город сводит с ума кишащей жизнью, при этом сквозящее одиночество чувствуешь сердцем и костями. Здесь мало эротизма, но напряжение между персонажами стискивает горло, а единственный поцелуй в телефонной будке оказывается самой откровенной сценой. Камера проживает с персонажами каждое движение, обожает скользить во вертикалям и быть глазами главного героя в уличных стычках. Не внутри, нет, она оставляет тебя рядом, но физически ты участвуешь в хлёстких драках и потом долго не можешь прийти в себя на мокром ночном асфальте. Непривычная азиатская среда разносит мозги в пух и прах таким неженкам, как я. Хочется залезть пальцами внутрь фильма и трогать каждого героя, потереться в мафиозной кафешке, стоять под дождём на пустом рынке, съесть глупую рыбную котлету прямо на улице. А ещё курить, непрерывно курить в каждом кадре с утра до вечера, даже если потом придётся выплюнуть свои лёгкие в титрах. Здесь тесно, влажно и опасно. Для любви здесь нет места. И одновременно с тем фильм соткан из любви. Из любви страстно желанной, но преступно ускользающей. Смотреть Кар-Вая значит пытаться выйти за пределы своих устоявшихся чувств и размеренной жизни. Это огромный шаг к постижению живого искусства, которое не прячется за картонным отточенным сценарием, а обнажает разрывающееся сердце где-то в переулках между кровным долгом и постелью с любимой женщиной. 8 из 10