12 стульев

Несколько раз смотрела видеообзор Доминики прежде, чем приступила к просмотру самого фильма. И... не скажу, что люблю теперь эту экранизацию больше захаровской, но точно она для меня более ценная, чем гайдаевская (благо Гайдай заимствовал кой-какой визуал у Брукса). Прежде всего, давайте обозначу: я сторонник той теории, что на самом деле великую дилогию писал Булгаков, а вовсе не Ильф и Петров, ведь уже точно принадлежащая их перу 'Одноэтажная Америка' не достигает и десятой части той же образности, потрясающего языка, философского наполнения. Но зато дилогия отлично отвечает булгаковской манере вводить яркого персонажа из совсем иного жанра, который, как нож сквозь масло, проходит сквозь серую косность обывателей (Воланд, Милославский). И те, кто ругает Брукса, что он не понял материала, возможно, не замечают, насколько он сохранил ценную мысль, которую не замечают в дилогии поколениями. То, что было очевидно людям двадцатых, но напрочь ускользало уже через тридцать лет, '12 стульев' - это пародия. Именно потому скалятся горгульи на здании Губплана, а за сокровищами также охотится 'таинственный соперник', связанный с церковью. Разумеется, ничего похожего на авантюрные зарубежные романы, наводнившие рынок до революции, в СССР не было, потому нет в наших экранизациях вот этого противостояния быта и ожидаемой романтики. Но зато в захаровской постановке сохранилось противостояние серой массы и яркой личности. Есть это противостояние и в бруксовской постановке. Только он задвинул за кулисы Остапа, сделав его второстепенным персонажем, а центральным стал Киса Воробьянинов. Недаром концовка бруксовской экранизации практически полностью совпадает с финалом мюзикла 'Оливер!', да и Рон Муди, по сути, продолжает отыгрывать того же персонажа - Фейджина. Это приквел к мюзиклу, переход от человека, сопротивляющегося среде, к человеку, который находит себя, а не растворяется в окружающем мраке. Остап является центром обеих книг, и смерть в первой книге более счастливая концовка, чем выживание во второй, так как 'переквалифицировавшийся в управдомы' Остап сломается, станет частью тупой серой массы, мимо которой он когда-то так легко плыл со своим 'белеющим парусом'. Здесь же исследуется Воробьянинов и его схождение с ума после попрошайничества. Если по книге Воробьянинов стал мрачен, то тут агрессия Кисы подана в юмористическом ключе, ведь это всё только этапы превращения гусеницы в бабочку. Надо погрузиться в тьму кокона, чтобы измениться, чтобы суметь порхать над жизнью. В детстве я была потрясена, насколько мрачным является 'Золотой телёнок', а когда выросла, то до сих пор удивляюсь, как люди не замечают, каким ужасом проникнут этот второй роман, повествующий о переходе от разгульного НЭПа к 'развитому социализму'. И лента Брукса - это нечто, наполненное оптимизмом, радостью, что противостоит мрачности оригинального финала. В этой ленте очень мало шуток. Так как Бендер выполняет исключительно функцию сопровождать Кису, то тут практически нет его знаменитых трикстерских проделок. Но тут есть нечто, что напоминает восходящее солнце, озаряющее танцующих Фейджина и Ловкого Плута - мысль, что 'жизнь - это жизнь, прими её, радуйся ей, улыбайся, и ты когда-нибудь получишь улыбку в ответ'.

В 1970 г., ровно за год до выхода всем известной советской экранизации '12 стульев' 1971 г. с Арчилом Гомиашвили и Сергеем Филипповым в главных ролях, был снят американский фильм '12 стульев'. Режиссировал эту ленту легендарный Мэл Брукс и несмотря на то, что в Кинопоиске фильму из вредности влепили всего 5,7 баллов, он достоин просмотра. Американская история о мошеннике Остапе Бендере, объединившемся с бывшим дворянином Ипполитом Воробьяниновым ради поиска драгоценностей, зашитых в один из 12 стульев фамильного гарнитура, очень сильно отличается от литературного источника и известных российских экранизаций. Во-первых, как ни странно, американские '12 стульев' - самый пропитанный советским духом вариант экранизации книги Ильфа и Петрова. В отечественных версиях то обстоятельство, что мы имеем дело со временем, когда совсем недавно произошла революция и бывшие аристократы оказались выброшены из своих домов, преподносится как не особо важный фон, не требующий акцентировать на этом внимание. В американской версии это обстоятельство особо подчеркивается. Более того, мы даже видим зарисовку из прошлой благополучной жизни Ипполита Воробьянинова. Если в отечественных версиях '12 стульев' зрители скорее наблюдают за какой-то отреченной от реальных обстоятельств гиперболизированной притчей, то в этой версии создатели периодически нарочито подкидывают символы Советской власти в виде огромных красных звезд или сменившей множество раз название улицы, превратившись в улицу Ленина и Сталина. Во-вторых, внешность и образы главных героев существенно отличаются от тех, которые мы привыкли видеть. Российский Остап Бендер существенно взрослее своей американской версии. Наш Бендер - это искусный аферист, обладающий острым умом, способный на изощренные махинации, и умеющий найти элегантный выход из любой запутанной ситуации. Американский Бендер - это скорее обычный мелкий обманщик, который способен максимум на то, чтобы выдать себя за другого человека и выпросить милостыню. Да и одет американский Бендер непривычно для нас - на нем что-то похожее на офицерскую дореволюционную униформу. Мне этот герой своим обликом напомнил портреты Михаила Лермонтова. Ипполит Воробьянинов в свою очередь показан американцами как менее статный человек. Он везде - объект жестоких шуток, везде не особо умен и сообразителен. Но если в отечественных версиях мы видим в нем все-же какие-то остатки дворянской стати, то тут он предстает как довольно жалкий человек изначально. А финальные кадры вообще будто упиваются идеей, что бывший богатей может пасть настолько непростительно низко, чтобы стать ничтожным попрошайкой. В-третьих, сама структура фильма '12 стульев' имеет принципиальные отличия. Российские версии - это истории, построенные в первую очередь вокруг ярких персонажей и их забавных диалогов. Изысканный язык Ильфа и Петрова с их оригинальным юмором остается главной движущей силой фильмов. У американцев юмор создается не благодаря игре слов и ярким персонажам, а благодаря череде забавных ситуаций, в которые попадают герои. Если вы знакомы с комедиями Мэла Брукса, то легко увидите, что этот фильм - это в первую очередь один из его фильмов, а затем уже экранизация Ильфа и Петрова. Американские '12 стульев' получились конечно слабее, чем отечественные классические версии 1971 и 1977 года. Но это легкая забавная комедия, которую интересно смотреть и забавно сравнивать. Кстати, экранизаций '12 стульев' и различных отдаленных вариаций, снято во всем мире не мало. Существует почти 20 версий, а первая экранизация появилась еще в 1933 году, в Польше.