Пиноккио 964

Чего стоит человеческая жизнь? Чего стоит жизнь человека, который живёт лишь выполняя желания людей вокруг? А может он всегда был лишь предметом удовлетворения чужих потребностей? Сможет ли такой «человек» когда-нибудь почувствовать себя живым? Главная героиня Пиноккио - обычная токийская сирота живущая в подземном бункере. Если вы жили в Японии более года, то не однократно бывали в трущобах и городских районах сирот. Те места в которых словно крысы обитают люди, сформировавшие своё параллельное общество по причине смерти близких. Чаще всего дети из таких мест отдают себя во владение якудза (мальчики) либо на панель (девочки). Однако наша героиня не такая, она рисует карты для таких же неуместных обществу монстров как и она сама. Даже не пытайтесь её купить! Однажды ей в руки попадает необычный инструмент, внешне очень напоминающий человека. Интересно, что она готова будет сделать с этим инструментом, чтобы ей стало весело? А тем временем, на поиски чудо прибора отправляются 3 специалиста из компании производящей изделия из плоти... Картина получилась тяжёлой не только в плане визуала, но и в плане морального содержания. Пиноккио - это заданные в грубой форме вопросы, которые режиссёр оставил нам на подумать. Большая часть из них так и останется в головах случайных зрителей вопросами. Те же, кто проберётся сквозь грязь повествования, жестокость режиссёра и существ женского пола, выдающих себя за людей - найдут ответы у себя в голове. На тот случай автор заготовил уже новый ряд вопросов. Люди ли вообще те существа, что по собственной прихоти используют других людей? Есть ли граница дозволенного в садизме? И почему именно те, что постоянно говорят о заботе, поддержке и близости, хотят видеть и слышать рядом, в конце концов выбирают отправить тебя в утиль? Не потому ли, что изначально весь мусор был предназначен ведру, а не жизни на яркой поляне? Грустно и реалистично.

Фукуи снимает так, будто мир уже умер, но тела всё ещё движутся по инерции. Камера липнет к лицам, монтаж дергается, звук скрежещет, а пространство дрожит, как больное тело. Индустриальный шум заменяет дыхание, электрический треск — речь. Так японец рассказывает старую европейскую сказку — перебирая знакомые смыслы, как слипшийся между пальцами рис. Западный зритель, оказавшись на этой территории, может узнать в первых минутах нечто «Линчевское»: обратную перемотку звука, искажённые кадры, сонную логику кошмара. Но ошибается, принимая это за сон. У Фукуи нет снов — только телесный бред, кислотная реальность японской школы боли. 964 Pinocchio — не просто киберпанк-хоррор. Это фильм о власти, теле и памяти. Корпорация стирает сознание созданных ею существ, превращая их в послушных работников, в тела без прошлого. Потеря памяти становится формой контроля, а боль — единственным способом вспомнить, что ты жив. Пиноккио здесь — не деревянный мальчик, а человеко-машина с номером вместо имени. Списанный секс-киборг, выброшенный на улицу, бесполезный товар. Его сексуальная дисфункция — не только индивидуальный недостаток, но и символ социальной оторванности японцев XX века. В мерзких чертах освобождённого секс-раба зеркалятся реальные рабы общества, пресыщенные работой и удовольствиями; их тела кривятся, распадаются на зловещие отражения собственной пустоты. Пиноккио бредёт по серым улицам, возможно в поисках своей Голубой Феи, а возможно просто потому, что не знает других дел, кроме как идти. Когда фея наконец появляется, это не спасительница. Лишь женщина, которая не может отвернуться. Их связь не про любовь, а про взаимное выгорание, про две поломанные системы, пытающиеся согреться трением. Она не утешает его — она разделяет его распад. И в этом распаде, наконец, проявляется память героев, поломанных системой, одиноких и брошенных на обочину верного технократии мегаполиса. Но именно в её руках происходит «чудо», момент его инициации, перерождения, который у Фукуи становится откровением. «Взросление» здесь — не освобождение, а переход в новое состояние перманентной боли, подпитываемой предательством. Завершить его может только абсолютная сепарация: смерть создателей — главы корпорации, как того, кто создал тело, и Химико, как матери мыслей, зрелости и души. 964 Pinocchio — фильм, где страдание не последствие, а форма существования. Кино о том, как детская мечта повзрослеть может обернуться вечной болью. О том, как люди «для утешения», люди-игрушки, меняются, познав бренный смысл бытия. И о том, как важно выпустить пар и выпить в баре после самого дерьмового дня в твоей жизни.