Игры разумов

Кроме неплохой актерской игры в фильме мало что вразумительного. Заявленного крепкого сюжета об удивительных перипетиях жизней гениев не будет, точнее, всё это съедет в какие то странные сцены бесконечной череды надрывов и истерик каждым героем по кругу, а потом снова, заново, по очереди и так до конца фильма. Самого составления словаря зритель не увидит; будут много показывать бумагу, книги и чернила на кончиках перьевых ручек, задумчивые ужимки вроде бы спорящих о словах персонажей, а потом всё это раз за разом будет съезжать в пафосные увлекательные истории о том, что мы, мол, создаём смыслы чуть ли не почище самого Бога. Однако никаких процессов создания этих самых смыслов, о которых в фильме так настойчиво будут говорить, нам не покажут, как не покажут самого процесса работы над заявленным делом создания монументального труда всей жизни сэра Джеймса Огастеса Генри Мюррея. Воистину, западные киноделы научились делать идеальный попкорновый продукт из интереснейших биографий, подменяя истерикой настоящие подробности жизни персонажей, о которых идёт речь. Также зритель увидит примерно НИЧЕГО относительно нестандартных лечений расстройства личности в упоминаемые годы, хотя нам в обязательном порядке (в строгом соответствии со временем, само собой) сообщат, что настоящим лекарством обязательно должна быть Любофффъ. На фоне таких вот 'подробностей' какой-нибудь совсем средний 'Внезапно, прошлым летом' 1960 года становится просто монументальным кинополотном с массой деталей и клинических подробностей, даже не претендуя на подобное. Поверхностность и невнятность не обойдёт и элитарное клубное сообщество издателей Оксфорда, которое будет ужом виться вокруг героев, как будто бы строить козни, но потом на закрытое(!) заседание клуба придёт жена протагониста и разгонит их интриганство воззванием к человечности и духоскрепности, и это всё в конце 19 столетия в самом сердце высокомерного патриархально-голубокрового Оксфорда. Надо пояснить восхищенному 'кином' зрителю, плохо учившемуся в школе, что в те годы в Африке, например, еще не остыли трупы после первой англо-бурской войны, всякие лорды и пэры уже задумались о постройках прекрасных концлагерей будущего, простите, 'мест спасений' (ага, так они их называли) для местного населения, Британия и не думает еще отказываться от империалистического господства в мире, высасывая всю кровь из Индии и половины планеты... Я для чего это всё пишу, читатель, вдумайся, какими снобистскими и высокомерными были элиты в те годы на фоне подобного расслоения общества и как нам их в кино преподносят. Я не буду перечислять остальные глупости этого фильма, но их много, практически через сцену: и относительно нереалистичности антуража показанного времени, и в поступках и действиях некоторых персонажей. Особенно на этом фоне выделяются психлечебница с открытым посещением плебейками без какого-либо статуса и образования пациентов-уголовников, прекрасные душки-охранники в этом заведении, самолюбование Гибсона во время трехминутного перечисления языков, которыми овладел его персонаж, и еще куча лютой дичи, которую было бы стыдно показывать, если бы киноделы не разменяли стыд на прокатное удостоверение. Сэр Мэл Гибсон аж из штанов выпрыгивает лишь бы его назвали интеллектуалом и хранителем смыслов, но в итоге снова и снова скатывается в мейнстримный пафос современного кино с его громкими речами, гордо поднятыми подбородками, катарсисами по 15 минут экранного времени (Шон Пенн идеально вписался), сильными независимыми персонажками и т.д. и т.п. И этот проект рождался в муках творческих порывов аж 17(!) лет? Прискорбно, но на уровне драмы ничего кроме 'Человек без лица' далёкого 1993 года Гибсон создать так и не сумел, скатившись в пошлость и статусное высокомерие. Вместо завершения отзыва. Вот прямо сейчас вспомнился японский фильм 'Мы свяжем лодку' 2013 года про группу энтузиастов составителей словаря, лёгкий и интересный, с живыми персонажами и уникальными подробностями в данной сфере, еще и умудрились любовную ниточку вплести. И никакой там нет 'по реальным событиям' биографии, но всё настоящее, живое, без этой вашей шонопенновской оскароносной блевоты крупным планом. 'Мы свяжем лодку' цепляет 'настоящестью' персонажей и увлекательно показывает проделываемую работу над таким грандиозным процессом как создание словаря. Посмотрите лучше его, пусть он не исторический, пускай в нём нет драмы, но хотя бы на контрасте станет понятно насколько чужероден фильм Гибсона теме, о которой он вещает. Возможно, это поможет увидеть фальшивку, выдаваемую за качественное кино.

Поразительно. Это первое слово, которое приходит в голову, когда ты видишь на экране титры, говорящие тебе о том, что кино закончилось. Они буквально вернули меня в реальность. С самых первых минут каким-то магическим образом я полностью погрузился в фильм, Складывалось ощущение, что в каждой сцене я стою рядом с героями и наблюдаю за всем происходящим находясь в непосредственной близости. Не знаю, как это получилось у режиссера этой ленты Фарада Сафиниа. Но, как-то получилось. Поразительна. История, которую нам покажут в этой картине - поразительна. И, что самое главное, она основана на реальных событиях. Я, понятное дело, никогда не слышал про неё, но, когда после просмотра фильма, полез в интернет, залип еще минимум на час, «шерстя» википедию и другие сайты – настолько она показалась мне необычной, интересной, удивительной, трагичной и, в конце концов, какой-то даже умиротворяющей, прощающей, доброй. Если рассказывать о чем она, то без спойлеров не обойтись. Поэтому, вкратце, эта история о том, как в середине XIX века оксфордским профессором создавался первый английский словарь, а помогал ему в этой кропотливой и огромной работе заключенный психиатрической клиники для особо опасных преступников. Если вам покажется это описание скучным или неинтересным, поверьте, это не так. Два часа пролетят незаметно и вы еще долго будете обдумывать то, что увидели на экране. Поразительна игра актеров. Я стал смотреть этот фильм из-за Мэла Гибсона. Он играет роль того самого оксфордского профессора. Играет хорошо, с нужными пафосными речами, взглядом, дарящим добродетель. Но всё это меркнет на фоне игры Шона Пенна, который так проницательно играет отчаяние, безумие, скорбь потерянного, испуганного, смирившегося с неизбежностью безумия, человека, что дух захватывает. Просматривая интернет, я не нашёл никаких упоминаний о наградах или хотя бы номинациях. Чему сильно удивлён. Это потрясающий фильм. И однозначно максимальная оценка. Здесь есть всё для отличного драматического фильма.