Высшее общество

Когда я смотрю кино, я всегда делаю заметки. Фразы, образы, первые реакции, чтобы потом вспомнить, чем приправить текст. А тут ничего. Ноль. Ни строчки. Потому что «Высшее общество» — это не совсем кино. Это что-то вроде сновидения после плохого дня и слишком крепкого кофе. Здесь всё кажется значимым, но ты теряешься, с чего начать. Большинство привычных фильмов идут от сюжета к образам. Однако здесь решаются на радикальный ход и делают образы важнее, чем путь героя, поэтому его формально нет. Но и без маршрута корабль летит, а значит и мы вместе с ним. По условному сюжету группа заключённых отправляется в космос в рамках научного эксперимента. Взамен — шанс на искупление или хотя бы на смерть вдали от земных камер. Среди заключённых Монте (совершенно негероический, но очень живой Паттинсон) и младенец, за которым он ухаживает. Всё остальное — фрагменты из чужих кошмаров или собственных воспоминаний: женщина-учёный, которая экспериментирует с сексуальностью, вспышки насилия, смерть собаки, убийство подруги и чёрная дыра. Как угроза, как надежда и как символ. Всё это раз за разом распадается и снова складывается. Или нет. Этот фильм из тех, где каждый предмет и каждая сцена — знак. Не потому что это артхаус и надо усложнить, а потому что, похоже, у Клер Дени правда болит. И она не рисует боль, а её строит. Буквально. Из коротких стрижек, шприцов, семени, крови и пепла. Из долгих, почти статичных кадров, где за три минуты персонаж просто лежит. Или дышит. Или думает. И ты либо начинаешь думать вместе с ним, либо начинаешь злиться. Потому что ответов тут не будет. Справедливости ради, тут и вопросов нет. Только ситуации, в которых ты либо растёшь, либо сходишь с ума. Можно попробовать развесить ярлыки: «Это же фильм про воздержание! Про цивилизацию, которая подавляет чувства!». Возможно. В целом, предложите любую тему под трактовку и будете почти что правы. Мне ближе другая линия. Для меня это фильм про боль (общества и человека), которая не знает, куда ей деться. И которая, в отчаянной попытке выжить, рождает что-то новое. Более тихое, нежное и, возможно, более человечное. Недавно я посмотрел «Валгаллу» Рёфна с похожим настроением. Там тоже сюжет был скорее фоном, а главным были образ и текстура. «Высшее общество» сделан похоже, но по-другому. Смысл здесь тоже спрятан в образах, но не в том, как они выглядят, а в том, что они значат. Неважно, красиво ли это. Важно зачем. Зачем персонаж дышит. Зачем мы за этим наблюдаем. В общем, это фильм-послевкусие. Он не рассказывает, но отравляет. Или лечит. Переварить его шестерёнки с первого раза не получится. Он требует паузы, сна и тишины. Он раздражает и пугает, он оставляет тебя с вопросами, на которые ты не просил ответа. Но если копнуть глубже, под эту глухую черноту, под слои титана, космической пыли и телесной тоски, там вдруг что-то шевельнётся. Не идея. Даже не эмоция. А… Нечто живое. Потому что, когда мир умирает, кто-то должен тихо держать за руку того, кто родится после. 7 из 10 За то, что даже из мусора, крови и ошибок можно вырастить нового человека. Не лучше нас. Не хуже. Просто другого. И такой «другой» для нас – уже надежда на спасение.

Жить в Раю - это мечта многих людей. Вечный сад. Вечная жизнь. Вечные плоды. А можно ли такое воспроизвести в реальности? Например в реальности космического корабля, который направляется в длительную экспедицию. Пусть с преступниками. Но разве жизнь в Раю может обернуться Адом? - мы падали как сонные мухи. вырубаясь на несколько часов Клер Дени немногословна. В ее метафорической реальности - человеческая жизнь мило сообразуется с бортом космического корабля бороздящего космос. С таким путешествием справляются избранные. Большинство сдается не будучи готово принять на себя испытание неизбежным. Паттинсон замечательно показывает эту усталость от жизни. Момент отчаяния, когда человек сознает бессмысленность окружающего мира, но проявляет стоицизм послушно исполняя свои обязанности - горстка неудачников. Вот Вы кто... - да, дочка. Я чокнутый. Коммуникация между пассажирами корабля - это отдельная история. Все они в прошлом преступники. И все они не могут справиться с собой. Преодолеть свои страхи и страсти - единственное, что требуется от них. Но это так трудно. - ты принес того пёсика? - пришлось его отпустить. Нам нельзя... Ты все понимаешь. Оказавшись на корабле, наполненном собаками, без сожаления расправляющимися друг с другом герой Паттинсона взглянул на все происходящее с ним со стороны. Выходит так, что единственный для него путь искупления, который и возвысил его - был связан с принятием отцовства. Оказывается, что это совсем нелегкая ноша. И дело даже не в ответственности за пропитание. Родительство - это принятие жизни, окружающей нас действительности и во многом - примирение с нею Приятный фильм с минималистичными режиссерскими решениями и посылом, направляющих нас к экзистенциалистам. Роберт Паттинсон необыкновенно хорош. Даже жаль, что по окончании просмотра многие в отзывах отмечают пошлую откровенную сцену самоудовлетворения в исполнении Бинош. Ведь в конце концов, даже там речь была исключительно об одиночестве и сложности осознания радости принятия себя и окружающего мира 7 из 10