Чёрная магия, или Свидание с дьяволом

У меня сложилось впечатление, что в далеком 1980 году Борис Дуров сказал далеко не все в своей ленте о послевоенном детстве 'Родила меня мать счастливым...'. Многие нюансы в восьмидесятые было просто не раскрыть. Поэтому, как я полагая и вышла 'Черная магия'. Мальчишка переживает об убитой овце... Несколько селян задумываются о сделке со злыми силами, обсуждая свои желания... Подросток увидев полуобнаженную взрослую даму обнимает ее... Это, без сомнения, автобиографичное кино. Такие детали просто невозможно выдумать. Повествование тут мозаично. Сюжет выстраивается вокруг нехитрой завязки и множества ярких сцен. Каждая из них самодостаточна. Итак, мы перемещаемся в молдавское село. Война вроде позади, но все еще царствуют голод и разруха. В центре внимания дети. Они находят книгу черной магии и пытаются применить ее на практике. Не нужно смущаться тому, что действие даст крен в сторону мистики. Тут будут круги, коллективные вызовы злых сил, передвигающиеся стаканы и проклятия. Авторы не станут углубляться в оккультную семантику ограничиваясь лишь зловещей фиксацией безмолвной природы и жестокости. Как итог мы получаем полуторачасовое погружение в послевоенные непростые годы. Скромный быт и невзгоды тяжелым грузом ложатся на простые человеческие чувства. Борис Дуров без тени смущения погружает зрителя в мир жестокости и насилия. Здесь кажется всем правит зло, но... если всмотреться в детали, то шанс на выбор между добром и злом тут есть у каждого. И это непростое испытание 7 из 10

Пост перестроечное кино это отдельный под-жанр. Ему не будет аналогов, ему не будет продолжений. Отрезок времени. Отрезок работы без средств на чистом энтузиазме и желании. Внезапно стало можно снимать все но не на что снимать Такая вот уместная, для того времени фабула с примесью тавтологии. Режиссеры того времени, не упирались лбом, а раскладывали как чистейшее полотно, на котором внезапно, стало МОЖНО творить. Можно затрагивать, доселе закрытые темы. Энтузиазм и рвение словно наконец вырвались из душных клеток. Сами клетки ушли не в утиль, а в дело. На едва оклемавшийся от всяких оттепелей и путчей свет кинематографисты выпускали, держа за ручку как дитя, изрыгали как последствия банкета в доме литераторов,-свои мысли получившие воплощения, зачастую ужасающие неподготовленного зрителя. Но без сомнения, имеющие культурную ценность как объект изучения. Некто сравнил эту картину с подобием симбиоза гоголевского Вия и Балабановским «Груз 200». Согласиться не могу, ибо градус черни на порядок ниже, хотя и ненавязчиво подступает. Этот фильм, и отрезок времени, обыгранный в нем - спектакль отчаяния, стон разочарованной эпохи которая зашла в тупик. Как идущее на убой животное,- мечется, стараясь посеять иллюзию покоя, стабильности. Одинокий хутор, одинокий, обезумевший немец Тудор, как главный зритель из-за ширмы смотрит на потуги людей жить. Просто Жить. Оставь нас в покое советская власть, оставь нас товарищ Сталин, мы хотим есть, у нас дети, мы не можем питаться твоими бюстами, мы не можем есть фарфор на завтрак. Мы устали. Неужели ты не видишь Товарищ Сталин? Где ты, любимый, Бог? На кого уповать? Оставьте горстку несчастных в одном ограниченным временем, пищей, и культом личности месте, и они вымолят нового идола. Рогатого. Сулящего золотые блага, жирную пищу. Заплесневелый том из старого сундука с каждым днем голода и мерзкого холода обретает очертания спасательного круга, обрастает иллюзиями, и все большим, количеством надежд. Если Бог, этот добрый бог, нас оставил, то, в чем грех просить о помощи инстанции другого рода? Типажи выписаны безупречно, как и декорации, создается впечатление, что действительно снимали в натурных съемках, ибо очень реалистично выглядят обветренные холодом стены, плесень и паутина, остатки некогда шикарных хором. Но и люди.. совершенно обычные люди. Старик, со старухой, семейство цыган, горе-фокусник.. Подросток, под чье, влияние, по средствам гримуара попадает основная часть действующих лиц. Надежда пьянит. Дьявол, где то рядом, с интересом наблюдает, подрагивая концами рта. Карканье ворон как погребальный аккомпанемент. Фильм пронизан атмосферой безысходности более чем полностью, здесь даже юмор вывернут наизнанку. Дух времени, господа. Достигнуть саспенса через отчаяние, уметь надо. Учитывая отсутствие эффектов, в защиту скажу, отчасти они присутствуют в ленте, но именно «мало-мальски», по сути, тут специальные эффекты не нужны. Борис Дуров и Юрий Музыка сумели, благо время было такое, время надвигающихся больших возможностей, раскрытых на коленке потенциалов да минимальных средств. Работа на чистом энтузиазме. Браво.