Лезвие в ночи

Дом с секретами и медленно сходящий с ума обитатель. Неумолимое ощущение совершенного преступления и полное отсутствие улик. Где-то в этих стенах притаилась опасность, которой невозможно подобрать разумного объяснения, а можно лишь ждать новых проявлений. Это вполне знакомый рецепт для гипнотизирующего сознание фильма ужасов, что был успешно апробирован в дебютном фильме Ламберто Бавы «Макабро». Три года спустя все еще больше сын «того самого Марио», чем самодостаточный хоррормейкер, находит новое обиталище для открытого смертельным приключениям героя. Прихватив с собой из предыдущей картины в качестве талисмана обаятельного Станко Мольнара, Бава не стал развивать тему невротического состояния одинокого человека. В новом фильме Ламберто легко обнаруживаются принципы классических итальянских джалло в новой интерпретации, что свидетельствует о желании молодого постановщика провести собственную игру в серийного убийцу. На роскошной вилле есть все условия для творческой самореализации. Оборудована специальная комната, где композитор может выдавать свои партитуры. Полнейшая тишина вокруг, лишь раздаются щелчки ножниц - садовник подстригает кусты. В кристально чистых водах бассейна видит свое отражение молодой человек по имени Бруно, которого подруга-режиссер попросила написать музыку к ее новому фильму. Это будет не какая-нибудь мелодрама, а леденящая кровь постановка, в которой трое подростков заглядывают туда, куда не следовало бы. Бруно видел лишь отрывок из будущей картины, но нехорошее предчувствие его уже не покидает. Экранная чертовщина парадоксальным образом материализуется в снимаемом доме. Сперва красотка, что выскакивает из шкафа при виде таракана. Затем ее необъяснимое исчезновение. Незапланированный приезд возлюбленной Бруно, ее сбивчивые объяснения. Наконец еще одна девушка – соседка напуганной любительницы игры в прятки. Как пришла, так и испарилась. Девушки объединены нелогичностью их появления. Складывается ощущение, что все они играют в некую игру, где лишь композитор не в курсе правил. Только в этой игре не проигрывают, а погибают. Бруно не видит сцен убийств, но быстро начинает находить им подтверждения по всему дому. Почему серийный убийца непременно должен махать огромным кухонным ножом или мачете? Эти внушительные колюще-режущие предметы пусть ждут неправедных рук Майкла Майерса и Джейсона Вурхиза, а у Ламберто Бавы душегуб запросто орудует обычным канцелярским резаком. Блестящее в лунном свете тонкое лезвие, словно перст самого дьявола, которым тот клеймит своих жертв. Девушек в этом фильме не просто убивают. Их лишают жизни с извращенным смаком, который демонстрируется убийцей. Симптоматика преступлений у Ламберто Бавы особая, его палач преследует некую цель, что отличает его от классического маньяка слэшеров. Убийца на каблуках, с накрахмаленными манжетами женской блузки и с нервным, восприимчивым характером – к такому невозможно быть готовым, даже если чувствуешь смертельную угрозу в своем жилище. Вызывает оторопь сцена, в которой женская рука с алыми ногтями нежно поглаживает орудия страшных дел. Фетишизм – непонятное дополнение к тщательно исполняемому плану преступлений. Душегуб упивается агонией жертв, но еще страшнее выглядит в припадочном заметании следов. Жуткое в своей алогичности убийство второй девушки – картина помешательства человека, которая вызвала бы одобрение самого Альфреда Хичкока. Только что несчастная была варварски задушена полиэтиленовым пакетом и избита головой о столешницу, а убийца плачет от содеянного! В кадр не попадают слезы, но можно не сомневаться: они кровавые. Плачущий палач – достойное творение Бавы, к которому были бы неприменимы все известные трактовки помешательства. Внимательный зритель наверняка сможет разгадать режиссерский ребус с личностью убийцы. Все же Ламберто – далеко не Хичкок, однако итальянцу есть чем козырнуть и помимо психопатии маньяка. Знаменитая макабрическая обстановка подпитывается целым оркестром из таинственных звуков, шумов, стонов и голосов. Загнанному в незримую ловушку композитору не мудрено помешаться, если его проигрыватель будто включается сам по себе, а через пару мгновений предстает с растерзанной магнитной пленкой. Отсутствие трупов при очевидности убийств заставляет человека вести напряженные поиски в непроходящем страхе, что он может стать следующим. Вложив всю энергию в образ необычного маньяка, Бава куда меньше внимания уделил остальным героям. Бесподобно отыгравший в «Макабро» Станко Мольнар на сей раз оказался низведен до роли немногословного садовника с небрежной щетиной, что, впрочем, никак не сказалось на впечатлении от его игры и той роли, что он играет в страшных событиях. А вот очаровательным дамам по воле режиссера не пришлось формировать драматургию. Ламберто явно учитывал лишь внешние данные своих героинь. Красота девушек призвана подчеркнуть бессердечность убийцы, а заодно подкинуть еще одну версию о мотивах совершаемых преступлений. Смотреть на жестоко убиваемых красавиц еще больнее, чем на прочих жертв – и это один из пунктов программы от итальянского постановщика. Загадка плачущего палача должна прожить как можно дольше. «Лезвие в ночи» имеет не так уж много общих черт с «Макабро», но позволило Ламберто Баве сделать еще один шаг в формировании собственного стиля. Не имеет значения, насколько близок этот фильм к лучшим образцам джалло и слэшеров. Важнее другое - законченность истории. В границах дома с временным постояльцем зрителю был предложен отчасти детективный этюд, в котором представлена целая палитра ужасов с человеческим лицом. В нелегком пути к пантеону великих хоррормейкеров Бава-младший сделал еще один уверенный шаг. Огрехи и недоработки, как в случае с нераскрытыми характерами жертв, не имеют особого значения, если роскошная вилла превратилась в цитадель парализующего страха, где сентиментальный убийца с нетерпением ожидает любопытных жертв. Не следует провоцировать его на слезы - они неизбежно упадут на чью-нибудь кровь, оставляя алые разводы. 8 из 10

Второй фильм в карьере неподражаемого Ламберто Бавы. Снова триллер — но уже без мистики и совсем немного остаётся времени до того, как на экраны выйдут шедевральные «Демоны», но пока что режиссёр доказывает, что он может снимать хорошие фильмы без поддержки своего великого отца — и надо сказать, это у него получилось отлично. Сюжет фильма незамысловат — композитор пытается сочинять музыку к фильму, финала которого он не знает, ему постоянно досаждают разные девицы, которых вскоре находят мёртвыми. Подозрение падает на некую женщину, про которую известно многое — и одновременно почти ничего, её никто не видел и зрителю показывают лишь её силуэт — и только в самом финале она явится во всей красе — и увиденное немало удивит. Бытует мнение, что это лучший из триллеров Бавы. А мне отчего-то больше всех понравились «Фотография Джойи» и «Человек, который не хотел умирать» — помидорами не кидаться, в бункер спрячусь. Не хватает напряжения, да ещё эта музыка, которая весьма скоро начинает раздражать, словно заезженная пластинка. Конечно, тем самым показывают все усилия композитора, выверяющего мелодию до малейших нюансов — но на мой взгляд это было излишним и хотелось промотать эти моменты — если бы в это время не происходило то, что слишком важно для сюжета. А происходили они — убийства. Глупые девушки будто бы делали всё, чтобы их прикончили и смерть их не вызывала ни малейших эмоций — они просто расходный материал. Так же, как и другие персонажи — странное дело, редко такое у меня бывает, но отчего тогда чувство, что и главный герой, и второстепенные — они просто есть? Фильм закончился и в памяти как-то не отложились они, будто безликие — ну разве что персонаж Мольнара выбивался из общей когорты — единственный, кто вышел живым и кого было жаль. А когда наступила развязка — то да, она удивила, чем вытянула весь этот показавшийся затянутым фильм. И сразу возникает вопрос — то ли у меня впечатления совершенно отличные от других, то ли ещё что-то — но если бы не перевод Сергея Визгунова, как всегда выполненный качественно, то может быть пошли бы перемотки, чем я обычно не занимаюсь. Кто-то может сказать, что перевод совсем не важен и хорошее кино из-за него не станет ни лучше, ни хуже, так же как и плохое. Как раз важен — для тех, кто не может смотреть в оригинале — и такой, который полностью сохраняет атмосферу фильма, а не выполненный на авось так называемыми профессионалами. Да, странная рецензия вышла. Но что поделать, такое у меня восприятие специфическое — не хватило многого, видимо ещё не набрался Ламберто опыта, чтобы каждого героя сделать личностью, что будет в его более поздних работах — и можно подвести итог 8 из 10 Из которых поровну за перевод, финал и Мольнара