В постели с Викторией

— Я не знала, что кончится так ужасно. Извини, плохо себя чувствую. Перенесём этот спор? — Видишь, как ты давишь на жалость? Твои поступки говорят сами за себя. Даже когда ты ничего не делаешь, ты нападаешь. Думаешь, что ты крутая, но это самообман. Если примешь свою агрессивность, тебе станет лучше. Не разобьёшься о стену, как сейчас, а оседлаешь эту стену. — А я и не разбиваюсь о стену. Я гибкая, я отскакиваю от стены. © Диалог из фильма. Творческий путь Жюстин Трие на сегодняшний день — череда фестивальных номинаций и нескольких побед. Послужной список при этом совсем небольшой: некоторые недоступные никому документалки и короткометражки (одну из них всё же есть шанс найти на YouTube с английскими субтитрами), в русскоязычном сегменте интернета радующий лишь трейлером «Возраст паники» плюс три работы, находящиеся на виду, в том числе «Виктория». Переводчики, правда, поспешили сесть на любимого конька самодеятельности, добавив отчасти правдивую и при том вовсе необязательную приставку про постель. Впрочем, кому не плевать: зато у ленты есть Премия пальмовой собаки за старания далматинца — награда столь же не вписывающаяся в привычные рамки, как и всё, что тут происходит. Заглядывая за шторку иллюзорного восприятия, порождённого маркетинговым бредом, мы сталкиваемся не с ромкомом, а с трагикомедией (или, если угодно, ироничной драмой) о внутреннем кризисе и внешней среде, основанной на слухах, превратностях и дезинформации, явно на этот кризис влияющей. Позиционирование фильма изначально выстроено в неверном ключе уже за счёт столь невинных факторов, как сочетание русского названия и постера, откровенно намекающее: вы будете иметь контакт с очередной «жвачкой» о неразборчивых интимных гулянках некой легкомысленной француженки, и, конечно, не обойдётся без залихватской доли юмора. Так легче продвинуть продукт в массы, вызвав ложные ожидания: сколько бы ситуаций по ходу ни вспыхивало, многим вкрученная комедийность почудится комковатым сгустком не особо смешных неловкостей — а её здесь и не подразумевалось в избытке. Международный постер ведь совсем другой: молодая дама грустно стоит в позолоченном платье на вечеринке. Любовно-эротический флёр на задворках: будучи адвокатом, она отмазывает друга от мутного дела с изнасилованием на чужой свадьбе; не успевает воспитывать дочерей; терпит от сбежавшего мужа порцию грязной клеветы (частично на основе фантазий), выложенной в блогосфере на всеобщее обозрение. Потерпевшая по всем фронтам, которую будто намеренно выставляют в пикантно-негативном свете — как в сюжете, так и в его отечественной рекламной локализации, и в любительских отзывах, несмотря на то, что мадемуазель Спик, приглашая в дом кавалеров для соитий, не может их толком реализовать: те каждый раз уходят ни с чем. («Смешно получается: все меня считают шлюхой, а у меня полная атрофия желаний») Спустя полчаса мы начинаем углубляться в личность героини, раскрывать её больше через сумбур чувств, чем через чувственность. Секс из давно забытой мании озабоченности превратился в предвестника панических атак и бег по кругу в кабинете психолога: гораздо важнее карьера и разборки с клиентами. Но и тут сущие неприятности: любая непрофессиональная мелочь вроде нарушения субординации несёт серьёзные последствия. С тем же успехом картина претендует на заголовок «Всё против Виктории»: как бы та себя ни вела (хотя ею чаще производится отказ от действия, а не действие), спрос потом в два раза выше, словно за полноценный факап. Только ли причина в пассивной агрессии к окружающему миру? Или мир достиг уровня гротеска? Постепенно сам зритель ощущает себя «в постели с» — но это постель откровений не одного тела, а всего состояния, ибо сложно нащупать «чёрное» и «белое». Неоднозначность конфликтов и поведенческий шторм ведут к тому, что сценарий не сосредотачивается на миссии высказывания цельного месседжа, а иллюстрирует несколько хаотичный срез быта и бытия определённого персонажа. В этом срезе всё доведено до абсурда. Авторский взгляд на отношения между полами сатирически колок: мужчины трусливы и самонадеянны, но в эпицентре обвинительного урагана — женщина, коей приходится спасать одного из них, спасаться от графоманских нападок другого, да и с третьим, безнадёжно влюблённым, гармония весьма нестабильна. Её независимость, сосредоточение на себе и упёртый карьеризм либо бесят мальчишек возрастом за тридцать, либо предстают отличными качествами «братана», готового вытащить из беды в любой момент. Фарс также сквозит в параллельном и одновременном ведении двух судов, где Вики — то защитник, то обвиняемая: перебежки чреваты цейтнотом, а уверенности в скором выигрыше нигде нет. Если вам недостаточно чудаковатости, чуть позже процесс затронет не только людей, но и животных, а детали характеров обретут острые углы, при соприкосновении дающие искорки пламени. К мелодраматическому настроению прибегнут лишь в финале, слегка видоизменив в гендерно-ролевом соотношении основной штамп жанра, хотя и на том спасибо: парад конфузов дошёл до той планки, когда немного здравой банальности ему не могло помешать. Сей аналитический экскурс выглядит неполным без сравнительной ремарки: любопытно учесть, что «Виктория» — в прямом смысле генеральная репетиция «Анатомии падения», фаворита Канн-2023. Уже на данном этапе Жюстин Трие оттачивает умение форсировать в юридическом и правовом поле, препарируя ту или иную проблему на судебном заседании, но и не забывая исследовать жизни участников вне процессуальных разбирательств. Спустя годы из киноязыка уйдут абсурдистские элементы, что несли сугубо развлекательную функцию, и вектор внимания переместится на более простую, но от того не менее загадочную цепочку обстоятельств, кроющуюся в составе преступления, а тема разрушения семьи и брака заменит кризисную интенцию обособленного женского образа. До того скелет второго большого произведения собран из «костей» разного цвета, размера и функционала, однако режиссёрка умудряется вложить столько обаяния в своих подопечных на площадке, что несовершенство формы отходит на десятый план. Казалось бы, на черта полсеанса возить нас мордой по сусекам, не давая фабульной конкретики, а впоследствии гонять из одной кашеварки в другую, пытаясь оправдать, как сказал Борис Иванов в рецензии портала «Film.ru», «нагромождение событий с колоссальным эмоциональным диапазоном»? Так, вопреки стандартам, хулиганит Трие: ей интереснее ухватиться за актёрский талант Вирджинии Эфира в эксцентричном амплуа, сконцентрировавшись на портретном изображении в сердцевине критического водоворота, нежели максимально осторожно расставить и проявить приоритетные точки в истории. «Виктория» — многословное и чрезвычайно симпатичное кино, выдающееся благодаря яркой главной героине и позволяющее побыть в её шкуре посреди сплошного курьёза, чуть не доросшего до карикатурности, но вовремя нащупавшего баланс с реальностью. Тот случай, когда «почему бы и нет» соседствует с «вы все тут с ума посходили» и не подмечает по сему поводу никакого неудобства. Любителям стройного изложения и чёткой структурной мотивации лучше воздержаться от просмотра. Остальным постель Вики покажется чудесной. 7 из 10

Вот так сразу и огорошили: «В постели…»! М-дя… Француженка — постель, француз — не больше, не меньше — суперлюбовник!.. Даже сами хранцузы, наверное, уверились в своей сексуальной исключительности, а уж мы-то — и подавно!.. Режиссёр — женщина… Уже одно это должно было настроить на сУрьёзный лад… «Комедийная мелодрама»! Это вАще что такое? В кои-то веки на французском экране появилась «нормальная», задёрганная жизнью, французская баба! Так — нет же! Сразу её в постель засунули!.. Или по принципу: «у кого, что болит, тот о том и говорит?!» То, что «режиссёриха» — эмансипе, видно невооружённым глазом. Но эта хоть умная! Не смогла, правда, удержаться от штампов: случайные «мужчины-фаллоимитаторы»… мужчины-няньки… мужчины-истерички-жалобщики… и эта стандартная позишен намбэр «девушка сверху»… и, навязшая уже в зубах, история с любовником-«сынишкой»… Проявим толерантность… Ибо в мире, где 40% руководителей высшего звена — это женщины, по-другому уже быть, просто, не может! Можно было без постельных сцен обойтись? Вполне! Но 'натурализьм' - бич нашего времени!.. Чего нельзя отнять, так это исключительной достоверности переживаний главной героини! Это было бесподобно! Виржини Эфира — такая красивая, обольстительная, органично смотрящаяся в дорогих вечерних туалетах… и женщина с безмерной усталостью в глазах от жизни, похожей на бег по кругу. Какую щемящую жалость и нежность одновременно вызывает это лицо без макияжа в минуты, когда Виктории не надо играть роль мамы, адвоката, друга… Какой была правдивой героиня, когда она была отлучена от работы: пустота в душе, пустота вокруг… Безмолвное одиночество, подчёркнутое хорошей музыкой, было исполнено восхитительно!.. Боязнь остановиться заставляет героиню упрощать отношения с окружающими. Сводить их лишь к физическому контакту... Иначе придётся тратить душу на чувства, делать усилие над собой. Преодолевать эгоизм. '…Душа обязана трудиться, И день и ночь, и день и ночь!' А на это нет сил ни у женщин, ни у мужчин… Работа как смысл жизни?! Или имитация жизни?! Не будем пальцем показывать в каких конкретно странах это стало нормой… Во всяких! Точнее — во многих… Страшно это?! На этот вопрос и отвечает своим фильмом Жюстин Трие. И правда художника, как всегда, оказывается правдивее правды философа, ищущего истины. Одержана ли победа («Victoria») героиней над собой, над страхом жить подлинными чувствами? Может пора многоточие ставить?! А то 'скус' пропадёт! Я лично смотрел эту кину по одной простой причине — это Виржини Эфира! Да простят и мне шаблонность выражения эмоций, но… бриллиант, носящий имя 'Невинности' (Virginie), засверкал своими новыми драматическими гранями! А талант помноженный на красоту это страшная — по воздействию на желание жить — сила! По крайней мере для нас, для мужуков!