Кливлендские пленницы

...о телевизионном фильме 'Кливлендские пленницы' уже многое расписано в соседних рецензиях. С мыслями многих авторов я согласен, с некоторыми 'диванными военами' нет. Обычно я не оставляю записей при таком количестве исчерпывающих обзоров, но здесь я не могу не оставить без внимания пару моментов в режиссерской работе (не о фильме, а именно о реализации сценария режиссером - это важно). Отстраняясь от документального сюжета - первые три четверти фильма смотрятся, как бы это точнее определить... просто. Словно примерно это я уже видел в других фильмах ранее, например в '3096 дней'. Это добротно, документально, в меру банально обыгранный штамп параллельности сознания жертвы от окружающей реальности. Вызывающая дискуссии тема границ визуализации жестокости в кадре - вижу, многие зрители бы хотели чуть меньше условий и больше жести... В общем и целом качественная работа 'сериального' режиссера Алекс Калимниос, особенно с учетом телевизионного бюджета картины. Неожиданный эмоциональный всплеск я ощутил ближе к финалу картины, в сценах на набережной и ближайших тайминговых эпизодах. Вдруг на минуту остро почувствовалась одиночество, забытость и я бы даже сказал ненужность главной героини в новом, спустя 11 лет после заточения, мире. В мире, столь ожидаемом жертвой, где она оказалась никому не нужна, она вдруг стала каким-то чужеродным элементом, который окружающие предпочли бы вообще не видеть. Где-то на секунду почудились даже мысли героини о том, что там, за решеткой у неё была цель, там в ней нуждались, там она жила. А этот незнакомый мир словно подтвердил все её тюремные страхи о собственной ничтожности, отвернувшись от неё вместе со схлынувшим вниманием журналистов... Воображение зрителя мгновенно прикинуло возможную глубину сюжета. Тот самый момент, довольно редкий к сожалению, когда вдруг открываешь что-то новое. Минутная последовательность эпизодов казалось вдохнула в криминальную драму новую энергию, добавило новые острые грани. Как зритель, в этот момент я ожидал, что это сюжетное решение расцветет и фильм окажется гораздо глубже и многограннее. Но увы, развития этой интересной темы не последовало. Не знаю, эффект от этих эпизодов так и задумывался или это случайная магия на мольберте художника. Но мне, как зрителю, показалось, что тема явно не раскрыта. Режиссер словно на секунду случайно ухватилась за хвост удачной находки, но птица вдохновения выскользнула из рук, оставив творение автора со средней оценкой в 6 из 10 баллов.

Фильм страшный. Несколько раз останавливала просмотр, чтобы понять, хочу я терзать свою душу дальше или нет. Но профессиональный интерес не позволил сдаться. Тем не менее, совершенно не знаю, как оценивать данную кинокартину. С одной стороны, нужно смотреть на художественную форму, смысловое содержание и значимость фильма для кинематографа в целом. С другой стороны, эта история, основанная на реальных событиях, просто душит до слез. И вот тут понимаешь, что к данному фильму нужно подходить лишь с одной стороны. Это как раз тот пример, когда жизненная правда и режиссерский взгляд не противоречат друг другу, а являются равноправными элементами картины. В фильме достаточно много неприятных и жестоких сцен. Не могу сказать, что они были прям «за гранью», все-таки есть фильмы и пожёстче. Но тем не менее, вижу большую заслугу режиссера в том, что он сумел прочувствовать тот момент, когда нужно остановиться. Вы смотрите сцену, как маньяк пытается прервать беременность одной из героинь, еще чуть-чуть и вы захотите отвернуться или закрыть глаза, но действие прекращается и можно немного выдохнуть. Сложно говорить о соблюдении этических рамок в показе насильственных сцен, но в этом фильме эти рамки присутствуют. Именно поэтому я не могу назвать этот фильм чернушным, жестоким, грязным. Сколько бы насилия и бесчинств не присутствовало в данной кинокартине, всё же это побочные подробности. В центре внимания история молодой девушки, которая стала первой жертвой маньяка. В ее жизни и действиях не было провокации, не было протеста, она просто стала жертвой обстоятельств. И эти обстоятельства отняли самое дорогое, что у нее было – маленького сына и свободу. И самый ужас этой ситуации в том, что девушку никто не искал, никто не заклеивал столбы с ее фотографией, никто не зажигал свечей, чтобы почтить ее память. Над этим даже смеется ее истязатель, тыча пальцем в телевизор, где показывают сюжет о других жертвах. Думаете, она сломлена? И вот когда начинаешь понимать внутреннее состояние героини, то мысли о физических муках уходят на второй план, еще раз доказывая, что ничего не может быть сильнее боли душевной. Невольно задумываешься, откуда она черпает силы, чтобы выжить в этой тюрьме? Почему не сдается, ведь она никому не нужна извне?! Сама она стала прошлым для этого мира, но живет и питается надеждой на будущее. Говорит ли это о силе ее духа и твердости характера?! Думаю да, причем все это не врожденное, а приобретенное в стенах мучителя. Проведя несколько лет в заключении, сложно стать частью внешнего мира, сложно оценивать себя и свой выбор. Но если все помыслы героини идут от чистого сердца, разум зрителя должен молчать. Пусть я не согласна с ее некоторыми решениями, вспоминаю, что это был выбор настоящего человека, а не вымышленного персонажа, и все сразу встает на свои места. Да, все действительно понятно, но в то же время страшно от того, что все это было по- настоящему…