Кейн и Мейбл

У официантки Мейбл, потерявшей работу из-за неудачника-репортера, вдруг очень качественно поперло на другом поприще – она стала всеамериканской звездой Бродвея. Как стала? Ну как в плохом американском фильме – зашла на прослушивание, поскандалила, станцевала (она ведь никогда раньше не танцевала), и ее тут же утвердили на главную роль в шоу. А дальше была ночная репетиция в номере гостиницы (а где ж еще репетировать?), где Мейбл повздорила с другим светилом, но только спорта – претендентом на чемпионский титул боксером Ларри. Сначала у пары ничего не клеилось, но для продажи билетов как на шоу, так и на боксерские поединки, рекламщики этих звездочек объединились, и устроили в прессе настоящий романтический разгул. А где есть предположение, там появляются и поползновения – вскоре Кейн и Мейбл «западут» друг на друга уже по-настоящему. Сюжет, конечно, у этой дуристической комедии, мягко говоря, не блеск, но для середины 30-х, с ее лубочными комедиями положений, вполне приемлем. Проблема у фильма в другом – музыкальные номера в заявленном «мюзикле» и, собственно, актерское исполнение. Все, что в фильме проходит по линии песен/плясок периодически вызывает только одно чувство – стыд. Вообще непонятно за какой именно танец этот фильм получил единственную оскаровскую номинацию. Здесь они все были одинаково отвратительны. По исполнению. Кларк Гейбл после роли проныры-репортера в «Это случилось однажды ночью», был безоговорочной голливудской звездой №1. А были ведь еще успешные роли в «Манхэттенской мелодраме», «Мятеже на Баунти» и «Сан-Франциско», в которых симпатяга Гейбл уверенно ковал себе статус иконы. И если Гейбл-боксер еще как-то воспринимался (хотя какой из Кларка «боксер» с его смазливой физиономией?), то Гейбл и мюзикл – это было, как минимум, необычно. Однако эту «необычность» очень хорошо прочувствовал и режиссер проекта Ллойд Бэйкон, не став делать из Гейбла посмешище, а потому актер в фильме не поет и не танцует, а только обливает свою пассию водой из ваз и графинов, что по задумке создателей видимо должно было вызвать особый прилив смеха. Но согласно очередности заявленных фамилий, главной звездой проекта была обозначена Мэрион Дэвис – любовница медиамагната Уильяма Херста и вполне (судя по оценкам критиков) успешная актриса немого кинематографа. С появлением звука у Дэйвис были все карты на руках от своего «папика», и она по-прежнему могла получать ведущие роли с ведущими же исполнителями тех лет, вроде Гэри Купера или Кларка Гейбла. Единственное, чего не хватало Мэрион в жизни – это таланта. По тем немногим звуковым лентам, в которых мне довелось увидеть Дэвис, скажу, что актрисой она была бездарной. Единственная ее заслуга по этому фильму – внешне выглядела она куда моложе своих 39 лет, а вот с ролью девушки, в которую «может влюбиться парень с внешностью Кларка Гейбла», она справлялась так же паршиво, как и ее персонаж в этом фильме с работой официантки. Дэйвис «уволилась» из кинематографа уже в следующем 1937 году, и это было очень правильное решение. Вердикт. Не каждый фильм с Кларком Гейблом – золото. Особенно, если в таком проекте появляется золоторастворитель Мэрион Дэвис. 5 из 10