Песнь слона

Второсортно и очень. Идея не такая уж и оригинальная, но воплощена она еще хуже. Актерская игра оставляет желать лучшего, переигрывают, хуже всех главный герой. Фильм нацелен на всякие игры разума, но их нет. Персонажи просто несут бред на протяжении всего фильма, Майкл Алин в целом вызывает отвращение из-за того, как Ксавье показал его образ. Я люблю Ксавье, но как режиссёра, либо как актера, но только в его собственных картинах, там он точно знает чего хочет, а тут он пляшет под чью-то дудку и получается герой клоун. Никакой загадочной пелены не присутствует, концовка не очень предсказуемая, но все же выглядит жуть как нелепо, может если бы режиссёр расширил диапазон и не действовал в одном направлении, получилось бы более утонченно…

Неслучайно действие фильма происходит в 60-е годы XX века, в то самое время, когда зарождалось и набирало обороты движение антипсихиатрии. В «песне слона» отчётливо прослеживается соответствующий пафос, основанный на критическом сомнении и переосмыслении эффективности традиционного психиатрического подхода. Внимание зрителя акцентируют на недопустимых формах взаимоотношений между врачами и пациентами. Например, упоминаются сексуальные скандалы, моральная неоднозначность отношений (может ли врач хранить фотографии голого пациента?). Управляющий больницей (!) доктор Тоби Грин позволяет себе отвесить пощёчину пациенту Майклу Алину. Доктор Грин и его коллега признаются друг другу, что никогда не бывают в палатах пациентов. Тот же доктор Грин, несмотря на предупреждения о «сложности» пациента, не утруждает себя прочтением его личной карточки, что будет иметь определённые последствия в дальнейшем. Помимо всего прочего, нам демонстрируют личную жизнь Тоби Грина, в которой много нерешённых психологических проблем. Накануне Рождества он уходит из дома на работу и не торопится обратно, сбегая тем самым от семейных конфликтов. Доктор Грин слеп и глух, он даже не способен заметить, что нравится молодой симпатичной медсестре, или откровенно поговорить с бывшей женой. Сам собою напрашивается вопрос – как человек неспособный разобраться в своей личной жизни и взаимоотношениях с близкими людьми, способен помочь кому-то постороннему? Ярко проступает профессиональная некомпетентность доктора Грина – он даёт втягивать себя в игру пациента, неспособен проанализировать и разгадать его, поддаётся манипуляциям, пассивен, не может вести беседу в нужном русле, совершенно не контролирует происходящее. Майкл настолько доминирует с ним в диалоге, что в какой-то момент они буквально меняются местами! Если доктор Грин подчёркнуто некомпетентен, то его визави Майкл Алин подчёркнуто не похож на психически неполноценного человека. Да он пережил определённые травмирующие события в раннем детстве, которые отложили серьёзный отпечаток на его характере, и также склонен к играм и манипуляциям. Но все это ещё не делает его психически нездоровым. Майкл обладает неординарным умом, способен к сопереживанию, психически чуток, понимает других людей значительно лучше, чем дипломированный врач-психиатр. Алин также обладает глубокой сенситивностью и чувством собственного достоинства, именно это и делает его пребывание в психиатрической больнице мучительно невыносимым. Место, где установлен репрессивный распорядок, совершается надзор за каждым действием (вплоть до посещения туалета), где игнорируется и подавляется личность человека, где работают непрофессиональные и невнимательные врачи, не может служить цели излечения пациента. Напротив, в таком месте нормальный человек может быть только ненормальным. Майкл играет с Грином, последовательно вскрывая психиатрические клише и предубеждения, тем самым демонстрируя их несостоятельность. Он предлагает метафору для их терапевтических отношений: Белый слон - Экзистенциальный кризис. Белый слон – английская идиома, означающая нечто затратное для содержания, но не приносящее реальной пользы. Вполне очевидно, что здесь подразумевается психиатрическая система в целом, дорого обходящаяся государству и душевному здоровью своих пациентов, но не имеющая при этом действительной пользы, кроме как исполнения репрессивной функции в отношении незаурядных или неугодных людей, не вписывающихся в очень условные навязанные извне рамки нормальности. Экзистенциальный кризис, представителем которого является Майкл, свойственен человеку как таковому. Экзистенциальная и невротическая тревоги не одно и то же. Первая свойственна всем людям и обязана своим происхождением самому факту конечного человеческого существования в мире. Вторая является следствием невозможности найти в себе мужество и основание для того, чтобы принять экзистенциальную тревогу на себя. Различение одного вида кризиса от другого не было свойственно психиатрии того времени, ориентированной на механически-фармакалогический подход к лечению пациентов. Таким образом, деконструируя форму психотерапевтических отношений Майкл является агенсом, в то время как доктор Грин – пациенс. Перевернутая форма взаимоотношений отражает положение дел в действительности, за дверями кабинета. Важным лейтмотивом всего повествования становится невнимательность – родителей к сыну, мужа к жене, врачей к пациентам, человека к человеку в целом. Этот фильм художественным образом призывает переосмыслить механистические формы взаимоотношений между людьми по типу: субъект - объект, изменить их на подлинно человеческую форму взаимоотношений: Я - Ты. 8 из 10