Ярость

'Ярость' - прекрасная судебная драма, увлекающая даже сейчас. Очень классно поставлена сцена распространения слухов по городу, буквально в одно мгновение наш герой из человека, возможно что-то знающего о похищении, превращается в опасного члена банды непосредственно причастной к преступления. После этого следует напряжённый момент, когда гнев народа растёт, люди теряют свою индивидуальность в толпе и идут вершить самосуд. Фриц Ланг делает картину максимально реалистичной и показывает, что у толпы нет внутреннего стопора, полиция беспомощна, а ввод нацгвардии задерживают лицемерные политики. Во время суда в качестве улики используется кинохроника журналистов (после фильма такой способ нашёл место и в реальной судебной практики, до картины доказательств использования не было). В картине довольно много доказательств циничного взгляда Ланга на человечество, ярким примером становится переход из сцены распространения слухов в сцену кудахчущих цыплят или крупные планы людей с детьми на руках у горящего здания, как будто они показывают им вблизи. 9 из 10

Отображая собой злободневную тему тех лет в виде Фашизма в родной для Фрица Ланга Германии, фильм, являя собой произведение на века, освещает актуальные и по сей день тематики людской недобросовестности, дикости, желчи и исконно звериного нутра. Впервые ставя киноленту за пределами своей родной страны, из которой Ланг был вынужден бежать ввиду развернувшейся там политики НСНРП, - то есть партии, что пришла ко власти, - Фриц буквально сразу же создал себе имя на Западе, что гласило об одном: он - истинный мастер своего дела и отличный кинематографист. Сегодня это можно узнать и по прошлым его работам в виде 'Метрополиса' или 'М убийца', однако тогда сие шедевры мировой фильмографии ещё не были столь сильно распространены по миру. Однако Лангу это не помешало снять картину, что столь выдержана и притягательна спустя долгие и долгие десятилетия из-за той темы, что была поставлена в центр сюжета, а также превосходной съёмки да первоклассной актёрской игры, которую обеспечили уже на тот момент подающие огромные надежды Сильвия Сидни да неподражаемый Спенсер Трэйси. 'Ярость' смело можно называть лентой, выдержанной в жанре нуара ввиду её неторопливого темпа, серой атмосферы, особенно чувствующейся во второй половине хронометража, а также частыми событиями, происходящими в декорациях небольших залов да комнатушек, где герои взаимодействуют по средствам диалогов, которые здесь не просто прописаны тщательнейшим образом - уверен, что именно подобными речевыми сценами вдохновлялся Квентин Тарантино в своё время, формируя свой собственный стиль, чьей отличительной особенностью являются как раз разговоры. Если первая половина фильма смотрится довольно просто и даже демонстрирует зрителю юмористические моменты, за чью изобретательность также хочется похвалить, то вторая половина полностью отдаёт себя тягучей, тяжелой атмосфере судебного процесса не только общепринятого, но и индивидуального - того, где человек окутывается ворохом рефлексий, пытаясь осознать правильность своих действий или же наоборот их темнейшую подоплеку. Потому в фильме часты нервные срывы, разговоры на повышенных тонах и прочие атрибуты драматической киноленты, абажуром которой является превосходная актёрская игра. Фильм повествует нам о том, как человек способен перестать быть человеком. Как толпа, завираясь в своих ложных и лживых доводах да выдумках, способна обозлиться на свои же фантазии и, выдав их за неоспоримую правду, своей непостижимой силой способна задавить, уничтожить других людей, которые были случайно, - из-за не зная или не ведения, однако по вине доработки безызвестной информации глупыми догадками, - выбраны целью их линчевания. Это история смерти и перерождения человека, которой своей смелостью, своей искренне человечной натурой и естеством доказывает, что не всё так печально, что есть ещё Люди, с большой буквы, на Земле. Это трогательная, крайне сентенциозная картина чья заглавная проблема будет оставаться людской головной болью ещё необычайно долгое время. Почему? Потому что пока есть сам человек, останется и неразгаданный вопрос его антигуманистического настроя, что прячется внутри, будучи всегда готовым вырваться наружу. P.S. Спасибо за внимание.