Кориолан

В Лондонском театре «Donmar Warehouse» пьеса Уильяма нашего Шекспира «Кориолан» в постановке Джози Рурк шла всего пару месяцев – с 6 декабря 2013 года по 13 февраля 2014-го. Но благодаря записи и возможности смотреть спектакль в кинотеатре удалось не просто продолжить его историю, но в очередной раз очевидной стала истина о том, что у искусства нет возраста и актуальности, нет правильного или неправильного общественно-исторического контекста. Истинное искусство не должно подстраиваться под время и его реалии, да оно и не может этого делать. Потому что оно настолько самодостаточно само по себе, что от него зависит только одно: расстановка акцентов. Значимость подлинного высказывания (а «Кориолан», все всяких сомнений, относится к таковым) делает его неуязвимым к повседневной повестке, но человек, находя отражение своих тревог и сомнении в искусстве, пытается с его помощью объяснить себе то, что происходит вокруг него здесь и сейчас. Сценографическое решение «Кориолана», лишенное привычных декораций и намёков на Капитолийский холм, сегодня, пожалуй, актуальнее, чем в 2013-м, когда спектакль готовился к премьере. Хотя, конечно, любые попытки говорить о какой-то своевременности «Кориолана» (и пьесы, и спектакля) разбиваются об абсолютную вневременность любого из шекспировских сюжетов. Способность английского барда находить материал и в прошлом, и в современности, и в реалиях родной страны, и в чужеземных сказаниях сводят на нет любую нашу попытку привязать Шекспира к актуальной повестке. Мы можем лишь в меру своих сил отозваться на поднятые им проблемы, но ведь сами они не принадлежат никакому времени, и единственно возможной хронологической привязкой его образов является вечность. Может быть, именно в этом и заключается притягательность Кориолана как героя, в его способности явиться нам в любое время – историческое, художественной или наше собственное – жизненное, человеческое. Центральная фигура заглавного персонажа еще ярче прорисовывается благодаря исполнителю главной роли Тому Хиддлстону. Почти нарочито демонстрирующий здесь какую-либо звездность, он сохраняет свой магнетизм или даже усиливает его: к нему стягиваются не только характеры и сюжетные линии, но и все задействованные в постановке актеры словно бы вращаются вокруг него – каждый по собственной орбите, определённой силой гравитации, исходящей от Кориолана-Хиддлстона. В самом деле, понять их очень просто, ведь и зрительский взгляд не может оторваться от той точке экрана, где в данный момент находится этот герой. Поэтому количество поцелуев и объятий, которыми одаривают Кориолана буквально все герои, смотрится органично, хотя порой возникает ощущение, что это скорее актерская импровизация, нежели режиссерская задумка… В одном из интервью Том Хиддлстону говорит, что и сам не знает, как относится к своему герою, поскольку его благородство сочетается с таким вопиющим пренебрежение к народу, что сложно сказать, положительный он персонаж или отрицательный. Но пытаться дать такую однозначную оценку ему значило бы максимально упростить этот образ. Возможно, именно Кориолан в галерее шекспировских образов наиболее полно соответствует противоречиям нашего времени (та самая расстановка актуальных акцентов) с его стремлением к единоличному счастью человека с одной стороны, и страхом обидеть множество социальных групп с другой. И во времена войны римлянам с вольсками, и сегодня тот, кто не желает льстить толпе и выставлять ей на обозрение свои шрамы, рискует в одночасье превратиться из героя в изгоя. Но в любые времена истинного героя как раз отличает отсутствие страха перед перспективой такого превращения. Словом, «Кориолан» Джози Рурк – это очень по-шекспировски: с неукротимыми страстями, сверхчеловеческим благородством и обыкновенными людскими страстями. Кай Марций Кориолан, Волумния (Дебора Файндлей), Тулл Авфидий (Хэдли Фрайзер) или Менений Агриппа (Март Гетисс) столь же слабы, сколь и сильны, их уязвимость – в их человечности. И это сочетание в героях Шекспира титанического и земного неизменно одновременно удивляет и делает их близкими и понятными нам.

Легендарный римский полководец Кай Марций Кориолан после сокрушительной победы над вольсками, возвращается в Рим, где его друзья прочат ему должность консула. Однако его невежливое и даже откровенно грубое обращение с плебеями, от чьих голосов зависит назначение Кориолана, приводит к опале — вчерашнего героя и любимца публики изгоняют из города. Затаив обиду, Кай Марций начинает строить планы мести. Можно по-разному относится к современному, массовому Голливуду, ругать за очевидные недостатки и хвалить за не менее очевидные достоинства, но правда, как обычно, окажется где-то посередине, какой аспект не возьми. Сейчас я бы хотел обсудить вот какую вещь: например, кем для широких любительских масс в первую очередь является такой актёр, как Том Хиддлстон? Всё правильно, это же Локи из 'Мстителей'. С одной стороны, конечно, это очень плохо, что одного из самых талантливых, молодых театральных актёров современности все знают исключительно по второстепенной роли в комикс-блокбастере, какого бы он не был запредельного уровня. С другой стороны, может подобная популярность его имени возьмёт да и заставит кого-нибудь посмотреть, например, вот эту театральную постановку по Уильяму, нашему, Шекспиру. Тем более, что гениальный проект 'Theatre HD' любезно предоставляет нам такую возможность (серьёзно, если вы живёте в одном из городов присутствия этого проекта и любите кино, вы не имеете права пропускать сеансы). Так для меня Том Хиддлстон теперь в первую очередь — это Кориолан из спектакля британского театра 'Donmar Warehouse', и, конечно, Генрих V из 'Пустой короны'. А Локи можете оставить себе, мне не жалко. Тоже самое касается и Марка Гэтисса. Да будь он хоть трижды Майкрофт Холмс из 'Шерлока', для меня он теперь только Менений Агриппа. Постановка 'Кориолан' является относительно классической. Никакого современного оружия на сцене, никаких сотовых телефонов или молодёжных походных рюкзаков, как в том же 'Гамлете' с Камбербэтчем. Сама сцена маленького, уютного театра 'Donmar' диктует совершенно 'спартанские' условия постановки — без особого размаха: на маленьком, освещённом лампами, пятачке разыгрывается одна из наиболее недооценённых, на мой взгляд, трагедий Уильяма Шекспира — история о человеке, который обожал свою страну, готов был умереть за неё, но презирал свой народ, его мещанские желания, его тягу к хлебу и зрелищам, его переменчивость в суждениях и слабость к дарам и взяткам. Тот самый народ, который ещё вчера причислял своего героя к лику святых, уже сегодня отверг его и отправил в изгнание. Все эти нюансы в полной мере удалось отразить в этой постановке, во многом, благодаря невероятному актёрскому таланту Тома Хиддлстона. Единственная современная нотка, которую позволили себе создатели спектакля, это пара народных трибунов, Брут и Синиций, один из которых вдруг стал женщиной, а второй оделся в белую, офисную рубашку с закатанными рукавами. Но это лишь подчеркнуло их различия со стойким, несгибаемым Кориоланом в классическим римских одеяниях. Короче говоря, это очень крутой спектакль, и я бесконечно рад, что в наш XXI век технологии шагнули достаточно далеко, чтобы позволить нам любоваться этим зрелищем в HD-качестве, на широком экране, сидя в удобном кресле современного кинотеатра. Не упустите и вы эту возможность, прошу вас. А то ведь так и запомните Хиддлстона, как Локи. А он того, поверьте, не заслуживает. 9 из 10