Жадные до секса

'Les gloutonnes' ('Ненасытные') - первый фильм Джесса Франко о похождениях Мациста aka Карзан в итальянском дубляже (почему Карзан? ну потому что почти Тарзан). Персонаж Мациста появился на заре кинематографа, сгинул, затем бесславно воскрес в 1960х, но Франко, как всегда, камня на камне не оставил от предыдущих прочтений - в его версии это не греческий полубог в духе супермена, а искатель приключений из старушки Европы - смесь вышеупомянутого Тарзана с Доком Сэвэджем и Аланом Квотермейном. Снималось всё это безобразие на архи-скудное финансирование Робера де Несле - французского продюсера, с которым Джесс плодотворно сотрудничал в первой половине 1970х. Вопреки оглушительному провалу 'Замка Фу Манчу' 1969 года, по-видимому, навсегда похоронившего некогда многообещающую франшизу о рослом китайском злопыхателе, Франко продолжал время от времени получать заказы на приключенческое кино. В 1971 году он снял бодренкий 'Рейс Х-312: Полёт в Ад', следом - фривольную пародию 'Робинзон и его дикие рабыни' (между прочим, во многом предвосхитившую итальянскую классику 'Синьор Робинзон' с Паоло Вилладжо), и вот уже год спустя - 'Мацист и ненасытные' (или просто 'Ненасытные'). Фильм скроен по принципу матрешки. Сначала нам показывают девушку (Алиса Арно) - она лежит полуголая в постели, с комнатной пальмой у изголовья и столиком-тамбурином по центру, и читает книгу о чудом спасшихся жительницах Атлантиды, проживающих ныне на таинственном острове (Франко как чувствовал, что ему вскоре предстоит экранизировать прозу Жюля Верна - пусть и не 'Таинственный остров', но всё же), а так как все Атланты сатландидились, то одинокие дамы в буквальном смысле пожирали с потрохами любого представителя сильного пола, нечаянно забредшего в труднодоступный райский уголок, за что собственно говоря и получили прозвище 'ненасытные'. Женская сексуальная неудовлетворенность, что не под силу удовлетворить ни одному земному мужчине, всегда остро волновала Джесса. Но это только первая матрёшка, эротическая. Вторая матрешка - комедийная. Граф Калиостро (Говард Вернон) с неуклюжим слугой-толстяком (Ришар Биготини) отправляют доблестного Мациста к Атлантидианкам, а сами наблюдают за этим делом с помощью волшебного кубка, который не только видео транслирует, но ещё и шутки отмачивает, и юных нимфоманок материализует (если хорошенько попросить). Третья матрёшка - приключенческая. Мацист прибывает на таинственный остров дабы оплодотворить тамошнюю королеву (снова Алиса Арно - та, что книжку в кровати читает) и всех, кто попадётся под руку, а сразу после - спасти милых островитянок от злого духа по имени Парка, принявшего женский облик и намеревающегося заиметь остров в личное пользования. В итоге мы имеем эдакое двойное, а то и тройное подсматривание - Калиостро подсматривает за Мацистом через волшебный кубок - безымянная дама в постели подсматривает через книгу за Калиостро, подсматривающим за Мацистом - а мы (зрители) подсматриваем за безымянной дамой в постели, подсматривающей за Калиостро, подсматривающим за Мацистом. Вуайеризм - стержневая тема всего кинематографа Франко. Камеру он использует как иные, менее изобретательные, используют замочную скважину. Усложненность формы в сочетании с лучезарно-рудиментарным сюжетом внезапно придает картине целостность, а казалось бы несовместимые по стилистике миниатюры вопреки здравому смыслу сливаются в единый рассказ. Экстерьеры таинственного острова подобраны просто шикарные и сняты очень атмосферно (не имея бюджетов для построения декораций, Франко старался использовать реальные места по максимуму - так, будто их строили специально для фильма). Как показать пробуждение духов? А очень просто! Обернуть статистов в белые простыни и пустить в босоногий моцион по ветреному скалистому побережью! Но благодаря тому, что видим мы всё это глазами даже не шутовского Калиостро, а безымянной голозадой читательницы-эротоманки, условности не вызывают отторжения - они работают, потому что Франко сходу и без обиняков заявляет, что это всё понарошку - что это влажный сон одинокой женщины, о том, как белокурый бескорыстный богатырь спас всех, кроме неё. 8 из 10