Шоу Мистико

Для отечественного зрителя картина 2018-го года 'Шоу Мистико' совместного бразило-португало-французского производства ни о чём не скажет. Разве что может заинтересовать тем, что в актёрском составе имеется Венсан Кассель. Но француз давным-давно стал номинальным 'актёром мира', снимаясь довольно много, что даже порой выходит по четыре фильма в год с его участием, и не всегда количество выходит в качество, поэтому только ярые поклонники Венсана не пропускают ни одной из его работ. Хотя, если честно, даже в тех фильмах, которые по своей сути оказываются низкого уровня, Кассель держит марку. Получается, что для массового зрителя 'Шоу Мистико' практически не представляет никакого интереса, но вот киноэстеты и киногурманы по-своему могут полюбопытствовать, что же такого нового создал бразильский режиссёр Карлуш Дьегиш, о котором стоит остановиться немного поподробнее. Карлуш Дьегиш, имя которого, опять же, массовому зрителю мало что скажет, является одним из лидеров так называемого 'нового кино', тесно сотрудничая и дружа с теоретиком и пропагандистом этой волны Глаубером Рошей. Особое влияние на творчество Карлуша Дьегиша повлиял его вынужденный переезд во Францию, когда он бежал от преследования властями. Там и произошло знакомство с представителями и последователями 'французской новой волны'. Так постепенно сформировался особенный стиль и почерк Карлуша Дьегиша, а его работы стали частыми гостями Каннского кинофестиваля (в 80-х годах прошлого столетия) и фестиваля в Сан-Себастьяне (уже в 90-х). Но с узнаваемостью у бразильца с зрителем, а не с критиками и индивидуалистами в плане кинопредпочтений, было всё также тихо. И, пожалуй, что именно 'Шоу Мистико', снятое Дьегишем в возрасте 78 лет, является самой известной его картиной. И всё начинается в 'Шоу Мистико' с того, что в начале XX столетия молодой доктор из очень уважаемой семьи, имеющей в друзьях настоящую наследницу престола, без ума влюбляется в приму-акробатку из цирка. И по стечению драматических обстоятельств он получил возможность купить возлюбленной собственный цирк, который называет 'Гранд Мистико'. Так разворачивается история на целое столетие, где сменяются поколения, сменяются артисты, владельцы, публика, но каким-то мистическим образом каждый раз остаётся один-единственный персонаж по имени Селяви (тут можно уловить метафорическую отсылку, коих Карлуш Дьегиш попытался оставить большое количество). Но надо сказать, что все эти временные пласты очень сложно воспринимаются и понимаются, потому что, такое чувство, что 'Шоу Мистико' - это какое-то скульптурное изваяние, возле которого люди останавливаются и думают, что же этим хотел сказать автор. И ещё, что не особо может понравиться - это пёстрость и аляповость в 'Шоу Мистико'. Конечно, отдадим должное костюмерам, гримёрам и парикмахерам, но столь всё выглядит вычурным, что порой глаза рябит. Возможно, этим самым Карлуш Дьегиш пытался нам сказать, что вся наша жизнь - это цирк со своим бурлеском и со своей драмой, либо же напротив, что и в артистической пестроте случаются трагедии. В общем, только остаётся догадываться, что один из основоположников 'нового кино' хотел рассказать своим фильмом. Поэтому он и остаётся режиссёром для людей с особым взглядом на искусство. Немало в 'Шоу Мистико' и наготы и сцен секса, словно опять же тут демонстрируется это как неизменная часть нашей жизни, но так ли это? То есть, действительно это хотел сказать Дьегиш? Остаётся только догадываться. А вот, что действительно пришлось по вкусу - это замечательные португалоязычные песни, в которых ощущается бравада карнавала, оригинальность капоэйры и лидерство в футболе. В общем, странный, сложный, натужный фильм со своим блеском, который, порой, появляется по месту и нет. Многозначительность 'Шоу Мистико' осознаётся с самого начала, но бурлеск фильма мешает понять его интеллектуальный подтекст. Большое количество действующих лиц, сменяющих друг друга по временным пластам будто бы в новеллированной истории, тоже не дают возможности сконцентрироваться на том, что же на самом деле это 'Шоу Мистико' и о чём и для кого этот цирк (в хорошем смысле этого слова). 4 из 10 P.S.: И, кстати, на постере красуется Венсан Кассель, но хотелось бы сообщить, что он здесь всего с десяток минут, и находится на постере лишь с целью привлечь зрительское внимание.

Много плоти и много сцен для 16+ поэтому рекомендовать этот опус юному зрителю не могу, рука не поднимается. Что касается более взрослой аудитории, она вряд ли соблазнится сомнительной клубничкой помещённой в лоно цирка. Нынешние времена преподносят такие, с позволения сказать, изыски, что данное зрелище своим интимным шлейфом, встроенным в целях экзальтировать публику, не позабавит. Для фильма нужно особое настроение - это первое. Второе - соавторство трёх стран, Бразилии, Португалии и Франции наложили на ленту свой отпечаток и устраиваясь удобнее в кресле для зрелища нужно быть готовым к затянуто-растянутым 'лианам' тропического леса. Режиссёр Карлуш Дьегиш проводник южноамериканского кино. Третье - сюжетная линия касается цирковой династии Шапито. А это достаточно специфичное искусство в наш продвинутый век с телевидением, компьютерами, кинематографом... Детская аудитория могла бы проявить интерес к зрелищу, дошколята и ранние классы начальной школы - люди входящие в мир с волнением взирающие на хищников арены, маскарадные костюмы клоунов, парящих под куполом гимнастов. Родители проявляя участие в развитии отпрысков, в целях ознакомления, два часа сподобились бы подремать рядом - самим то уже картинка не в диковинку. Это, да. Но здесь не совсем то, что принято называть цирком. Точнее цирк, но в закулисье. Пестрота номеров лишь фоном лиц сменяющих под шатром балагана приходящих во след уходящим. Жили, творили, потешали, купались в любви публики, несли себя отдавая и сгорали - дорогу новым поколениям. Фильм о человеческой жизни во всех её проявлениях - любви и ненависти, обретении и потерях, рождении и смерти. И клоунская челядь труппы как наш ближний круг - те, кого мы терпим рядом с собой идя звёздными маршрутами судьбы. В какой то момент воспринимаешь экранную отмашь сказкой, в какой то фарсом. Она и потешает и смешит своей глупостью, комедийной откровенностью. Что здесь бутафория, а что реальность? Се ля ви» (C'est La Vie) - «такова жизнь», - говорит не стареющий конферансье, и с ним трудно не согласиться. 6 из 10