Покровские ворота

Мы слушаем концерт, плаваем в бассейне, печатаем на машинке, выходим на балкон, играем в уличные игры, слушаем истории всякие, чувствуем романтику, видим много примечательных актёров и актрис, моемся под душем, наблюдаем кучу артефактов эпохи на стенах и прочих поверхностях, разговариваем часто по телефону, смотрим телевизор, ходим по парку, ездим по городу, пытаемся понять сюжет... Отмечаем Новый год, видим снег после осени и архитектурное наследие Сталина, шутим по разным социальным и даже политическим аспектам (но не слишком явно, чтобы цензура не вцепилась), упоминаем каких-то всемирно известных, коньками режим лёд на катке, видим ёлку, думаем о цирке, посещаем свадьбу, гуляем с любимой в обнимку, попадаем в больницу, поём, танцуем, целуем девушку, сидя под каблуком у женщины. А всё-таки? Где бы вы сейчас хотели бы оказаться? В 50-ые отправились бы? Или в 80-ые (в какую половину?)? Или 20-ые века нынешнего для вас - самое то? Игровое кино, театр. В нём звонкие голоса, почти сюр-манера повествования. Но именно сюжет меня не цепляет. Хотя свои примечательные моменты проскальзывают. Красивая сатира?

Кто-то считает фильм гротескным, без идеи, а игру молодого Меньшикова — даже раздражающей. Но для меня в этом и сила: он не похож ни на одну другую советскую комедию. Михаил Козаков в 1982 году снял не просто лирическую историю по пьесе Зорина, а настоящий водевиль московской жизни, где за коммунальными стенами кипят страсти ничуть не меньше, чем в большой столице. Коммуналка, как Москва в миниатюре. Костик горит жизнью, он флиртует, заводит романы и словно освещает весь фильм своей энергией. Велюров — противоположность: гордый, творческий, но уязвимый и грустный. Его ирония смешит, а внутренняя тоска по ушедшей славе делает его трогательным. А семейство Хоботовых — целая трагикомедия под властью Маргариты Павловны: Лев не может вырваться из-под её опеки, а Савва вынужден присматривать за бывшим мужем жены. И все вместе они создают удивительный ансамбль характеров — смешных, нелепых, но до боли настоящих. Самое волшебное в «Покровских воротах» — это химия актёров. Пусть тут нет привычных «арок персонажей» или грандиозного сюжета, зато есть жизнь. Живая, шумная, полная противоречий, в которой мы узнаём себя и своих соседей. Именно этим фильм цепляет — ты будто заглядываешь в прошлое и вдруг видишь, что люди всегда одинаково любят, ревнуют, ошибаются и надеются. И, конечно, фразы! Даже если вы фильм не смотрели, наверняка слышали их: «Он ломает — я чиню, он ломает — я чиню!» (Савва Игнатьевич). «А кто не пьёт? Назови! Нет, я жду!» (Велюров). «А не хлопнуть ли нам по рюмашке?» (Костик). «Заметьте, не я это предложил!» (Велюров). «Высокие, высокие отношения!» (Нина Андреевна). «Какой чёрт занес вас на эти галеры?» (Костик). «Я вся такая несуразная…» (Анна Адамовна). «Это мой крест! И нести его мне!» (Маргарита Павловна). «Резать к чёртовой матери, не дожидаясь перитонитов! Ты права, моя дорогая, с этим отростком пора кончать!» (Вера Семёновна и Маргарита Павловна). «Одно дело шпицштихель! И совсем другое — больштихель!» (Савва Игнатьевич). «Звякнуть ей что ли на старости лет? А, пусть живёт безмятежно!» (Костик). Каждый раз, включая этот фильм, я будто снова захожу в старую московскую коммуналку, где чужие люди становятся почти семьёй. Хочется задержаться там подольше, наблюдая за такими яркими характерами. В «Покровских воротах» нет громких пафосных монологов и «больших» событий. Но именно в этом их красота: из бытовых мелочей рождается кино про жизнь. Шумную, нелепую, смешную и трогательную. И ради этого фильм стоит посмотреть — чтобы почувствовать, как будто и сам оказался частью этой странной, но очень живой и близкой семьи.