Благие намерения

У кого есть возможность, лучше ознакомиться с вариантом фильма, который был сокращен для каннского фестиваля, потому что телевизионный ровный формат предназначен для совсем уж нетребовательных к динамике зрителей. Главный фокус и каркас картины связан с рефлексией Бергмана на тему того, как многое сошлось, чтобы он родился именно в такой семье, что была у него. Додумывая историю встречи родителей, в духе чуть ли не саспенса нагнетает он моменты, при которых родители могли бы расстаться. Таким моментов получилось немало, но, понятно, все таки случилось 'как в реальности'. Режиссер снимал максимально зависимо от сценария Бергмана, в медитативном темпе. Очень скудный второй план, скромно представлены помимо членов семей яркие и значимые персонажи. Надо сказать, Бергман в сценарии вполне себе комплиментарен по отношению к родителям, отнюдь не в духе 'Сцен из супружеской жизни'. Очевидно, что мать он любил больше, но и отец получился вполне себе достойным человеком, с принципами, только что Бог его не поцеловал. Уже и в ''Фанни и Александре' черты смягчения авторской манеры были очевидны, а уж в этом предсмертном сценарии швед определенно отдает какие-то моральные долги в максимально мягкой для него форме. Смотреть местами откровенно скучно, ударным сценам все одно драматизма не достает, а актер Фрелер проходил всю картину с одним выражением лица. Не испытывающим интереса с киновселенной Бергмана эта картина, вероятно, должна казаться совершенно архаичной и маловразумительной. 7 из 10

Да, снимал Аугуст, но, так как сценаристом выступал Бергман, вы можете сразу примерно предположить и стилистику, и смысловую нагрузку. Тем более что это - поздний Бергман. Сюжетная линия, в общем-то, не слишком-то уж и нова в принципе, но определённо нова для самого Бергмана, потому как, за исключением 'Фанни и Александра' он тему жизни священников с примитивно мирской точки зрения рассматривать не слишком-то пытался (да, несмотря на то, что в 'Фанни и Александре' священник выступает в роли антигероя, мы всё равно её тут упомянем). В чём суть: юноша, по воле и изъявлению матери, обучается в духовной семинарии, планирует получить сан, далеко не с первого раза, но всё же сдаёт экзамены, и вот тут-то и всплывает эдакая глубинная подоплёка практически на двадцатой минуте ленты - сразу же просит, чтобы его определили на работу не в какой-нибудь там местный приход, а туда, где он реально нужен. Да, желание абсолютно не банальное, потому как -- ну, вы сами-то подумайте, кто в здравом уме от тёпленького местечка будет отказываться во имя, скажем так, тотального желания проповедовать и нести добро людям? Да ну понятное дело, что и тогда, и сейчас - ну один человек тысяч на десять, наверное, если не меньше. Вот и экзаменаторы удивились не меньше, чем и все остальные герои ленты. Дальше - больше. Потому как да, действительно, определяют главного героя работать не куда-нибудь, а в шахты, где он - да, действительно нужен, потому как простым трудягам действительно вера и в лучшее, и в собственную необходимость на этом свете нужна ничуть не меньше, чем и самому главному герою, однако же спать приходится во времянке и на матрасике голом, да и вообще - ну, такая жизнь, обычная, без каких-то там почестей особых. И, разумеется, и друзьям его выбор непонятен. И избраннице его (а да, и она наличествует) он тоже, в общем-то, неясен, несмотря на то, что, скрепя сердце, она его всё-таки принимает. И на том всём конфликт постепенно и выстраивается: с одной стороны - абсолютно искреннее желание главного героя делать только лишь то, что он считает нужным и приносить тем самым максимальную пользу, а с другой же - нежелание самого общества попросту понять то, что его в его собственной жизни всё устраивает и перестать, что называется, вставлять палки ему в колёса. Ну и да - всё более и более зашкаливающий материализм в абсолютно всех, кто окружает главного героя (семья, друзья, наставники), разумеется, дополняет картину. И вот, казалось бы, в данном истории перед самим героем вообще не стоит какой-то там, даже минимальный, вопрос выбора - для него-то всё предельно ясно и просто. И даже то, что, в конечном счёте, жена его всё же не разделяет его убеждений и покидает его, и даже то, что сам процесс становления себя именно как личности в духовенстве проходит у него вообще не гладко, по сути, на протяжении всего его жизненного пути никакого существенного влияния на него не оказывает. Но конфликт-то всё-таки есть, совершенно банальный при том - упирается он всё в то же разочарование. Причём какое-то тотально повсестороннее. Ждали-то от него иного совершенно - что он будет именно тем священником, как в 'Фанни и Александре' - корыстолюбивым, чопорным, в принципе, не без сластолюбия и чванливой донельзя спеси. Ну - обычным нормальным священником. А получилось - а получился прекраснейший человек, но, что называется, не для постоянной добычи дензнаков совершенно. И, по всей логике, ну можно было бы от него и отступиться - но нет, тут общество куда более заинтересованным в переделывании его оказалось. Что характерно - ни черта не вышло. И вот действительно - в данном случае, слава всему, что именно так. И да - правда, есть из-за чего эту ленту любить. Хорошо мотивирует, прямо скажем. И именно в том направлении, в котором нужно.