На Золотом пруду

Большое озеро, окруженное великолепием природного ландшафта… деревья, которых коснулись краски золотой осени, но не добралась рука человека… Чистейшая вода водоёма служит добрым приютом для самой разной живности: и для водоплавающих птиц, и для радужной форели… Кто из нас отказался бы очутиться в подобном раю хотя бы на денек-другой? Но нам суждено созерцать эту живопись через экран и лишь порадоваться за других – тех, кто спешит в уютный домик у озера… А спешит сюда семейная пара – так саказать, «молодящиеся трудящиеся»… впрочем, уже давно не трудящиеся, но почтенные пенсионеры… Он – не так, чтобы совсем брюзжащий, но раздражительный и весьма ворчливый дедок под 80 лет, с «возрастным» набором болячек… Она – вот она-то, как раз, и есть молодящаяся пенсионерка… с улыбкой воспринимает любые ворчания дедули, скачет как козочка, трещит без умолку, бегает в лесу по грибы и ягоды, лихо управляет моторным катером – на все руки от скуки! Монотонный ритм ворчливо-болтливой жизни стариков разбавляет мальчик лет двенадцати – пасынок их дочери, которого оставляют им на месяц… С дедулей отношения складываются со скрипом: ворчливость и повышенный тон общения не нравится мальчику… Но регулярные поездки на рыбалку сближают героев, превращая натянутые отношения в теплые и дружеские… Была крайне удивлена ситуации, когда старики позволили мальчику «покататься» на моторном катере… одному… Вы серьёзно? Всё события протекают в одном темпе – не торопясь и однообразно, изо дня в день – на одной ноте… ну почти день сурка… Трескотня, безудержный смех и фееричный позитив героини не раздражают… равно, как сварливость второго героя картины… Досмотрела до конца. В моем лице фильм не нашел «своего зрителя»… Хотя, вектор фильма понятен… он был понятен еще в первые минуты. К финалу ничего не изменилось. Эмоций тоже не появилось. Очень всё идеализированно… не верю.

В основе сценария — известная пьеса Эрнеста Томпсона. В свое время она шла в Театре имени Моссовета, а сейчас играется на сцене санкт-петербургского БДТ. Но, очевидно, что о рассказанной американским драматургом истории отечественные театральные режиссеры узнали благодаря картине Марка Рэйделла, повествующей о пожилой супружеской паре Тэйеров —Этель и Нормане. Об их непростых отношениях со взрослой дочерью Челси, оставившей на попечение родителей сына своего будущего мужа и тем самым невольно подарившей им шанс ощутить в себе эмоции, непроявленные в полной мере тогда, когда она, Челси, была ребенком. Эта важная тема превращает данное кинематографическое действо в настоящую драму, несмотря на свою кажущуюся сюжетную простоту, захватывающую зрительское внимание далеко не сразу. Своеобразному 'подключению' к атмосфере фильма во многом способствуют мастерски снятые оператором Билли Уильямсом кадры удивительно красивой природы, погодные контрасты которой неизменно совпадают с настроением персонажей. И еще очень важно, что Марку Рэйделлу удалось создать слаженный актерский ансамбль, где заметны все его участники. Но ведущие позиции естественно занимают представители артистической династии Фонда — Генри (Норман) и Джейн (Челси) и, конечно, Кэтрин Хепберн (Этель), являющаяся здесь негласным лидером. Актриса наделяет свою героиню уникальными душевными качествами, главными их которых представляются умение признавать свои ошибки, но главное — самоотверженность, готовность подставить стремительно стареющему Норману и находящейся во власти детских комплексов и обид Челси свое плечо. Последнее вызывает особое восхищение. Ведь столь сильные чувства сегодня оказываются в большом дефиците.