Трубадур

В 2012 году мировое оперное сообщество праздновало одно из самых значимых событий нового тысячелетия - 200-летний юбилей итальянского гения Джузеппе Верди. Расположенный на его родине Пармский оперный театр подготовил специальный проект, чествующий богатое творческое наследие композитора - в течение нескольких лет в рамках именного фестиваля Верди были инсценированы все 26 его опер. В 2010 году эту юбилейную коллекцию пополнил Трубадур. Стильная, минималистская постановка с лаконичной статикой декораций маркирует сюжетное развитие крупноформатными визуальными ориентирами: горящие свечи в монастыре, куда на постриг удалилась Леонора, брачная кровать в сцене свадьбы Манрико и Леоноры, и колоссальный лунный диск, словно посланник рока постоянно нависающий над героями, заливаясь кроваво красным цветом в моменты трагических кульминаций. Исторические ассоциации с ранним Средневековьем 13 столетия создают умело стилизованные костюмы. Достойное пение солистов отлично обогащает этот сдержанный лаконизм декораций. В партии Манрико – аргентинец Марсело Альварес, - самый востребованный исполнитель этой роли в данный период. Чувственная красота его темпераментного, яркого тенора рисует сочные, рельефные, но при этом элегантные вокальные линии партии. А лирическая фактура голоса прекрасно резонирует с романтически экспрессивным драматургическим образом Манрико. В образе Леоноры выступила Тереза Романо, которая замещала заболевшую Анну Лизу Распальози. Звучание сопрано технически незрелое, особенно, это ощущается в неуверенном владении верхним регистром. Однако полнокровный, густой тембр отмечен красотой и статью, а старательная проработка сценического характера героини придает образу трепетности и нежности. Мзия Ниорадзе в роли Азучены демонстрирует очень интересное, своеобразное звучание своего опытного меццо-сопрано. Обертонистый, с холодящим контральтовым отливом тембр певицы вполне успешно преодолевает технические сложности партии. Сценическая манера Ниорадзе традиционна сдержанна и даже строга. Итальянец Клаудио Згура в партии Ди Луны в первую очередь впечатляет огромным ростом. Его долговязая фигура возвышается над всеми партнерами по сцене. Голос певца не так масштабен, омрачен горловой манерой звукоизвлечения, однако очень сочен, чувственен, фактурен, гибок и подвижен. Згура подменил ветерана Лео Нуччи, который снялся сразу после премьерного спектакля, став достойным участником ансамбля, отличным представителем нового поколения итальянских баритонов. В целом, отличная постановка, продуманная в каждой детали, одна из лучших записей в юбилейном пармском проекте.