Черная месса

Бостон семидесятых — это вам не глянцевая витрина с туристических открыток, а промозглая, пропахшая дешевым пивом и застарелой кровью дыра, где закон и беззаконие спят в одной постели, даже не утруждая себя стиркой простыней. Скотт Купер швыряет нас в эту серую жижу без спасательного круга. Никакой романтизации криминала, никаких благородных донов с итальянскими кодексами чести и оперной музыкой на фоне. Только грязный, вязкий симбиоз уличной отмороженности и кабинетной импотенции. Забудьте о пиратах, шляпниках и прочем диснеевском карнавале. Джонни Депп здесь не играет, он мутирует. Его Джеймс «Уайти» Балджер — это рептилоид с залысинами, мертвыми, как у замороженной трески, голубыми глазами и гнилыми зубами, от одного взгляда которого хочется добровольно выйти в окно. Депп сбросил с себя всю голливудскую мишуру и выдал настолько инфернального упыря, что во время его экранных монологов воздух в комнате натурально скисает. Он не просто убивает, он делает это с бухгалтерской холодностью, параллельно обучая вас, как правильно хранить секреты. Главное, помните: если этот парень хвалит ваш семейный рецепт маринада для стейка — самое время писать завещание. Однако король не может править без свиты, а этот конкретный бостонский монарх выстроил свою империю на фундаменте из федеральных значков. Джоэл Эдгертон в роли агента ФБР Джона Коннолли — это просто гимн амбициозной глупости и государственного куколдизма. Его персонаж так отчаянно хочет быть «своим пацаном» для уличных легенд, что не замечает, как сам надевает на себя строгий ошейник. Их взаимодействие — это не сбой системы, это и есть сама система, где грань между информатором и куратором стирается быстрее, чем мел на асфальте под ливнем. «Мы не крысы, мы союзники» — мантру об альянсе они повторяют, пока город захлебывается в криминальных разборках. Сюрреализма этому параду моральных уродов добавляет Бенедикт Камбербэтч, играющий брата нашего психопата — влиятельного сенатора. Один заправляет рэкетом и трупами, другой — бюджетами и законами. Идеальная идиллия, где за столом на День Благодарения встречаются два полюса абсолютной власти, связанные кровью, которая, как известно, не водица, но отлично отстирывается в химчистке за счет налогоплательщиков. Камбербэтч ловко балансирует на канате между родственной преданностью и политическим инстинктом самосохранения, ни разу не сорвавшись в дешевую карикатуру. Возможно, кто-то скажет, что фильму не хватает ярких красок или женского присутствия, но Дакота Джонсон делает ровно то, что требует этот жестокий мужской мир — появляется, чтобы показать единственное слабое место монстра, а затем растворяется, как иллюзия нормальности. Операторская работа заворачивает всё это непотребство в холодные, свинцовые тона. Камера не любуется насилием, она констатирует его как судебно-медицинский эксперт — бесстрастно, детально и от того еще более жутко. Атмосфера давит медленно, методично закручивая гайки паранойи. Джесси Племонс в роли молчаливого мясника-подручного, старательно набирающий вес из чужих тайн, и Кевин Бейкон с Кори Столлом, пытающиеся изображать голос разума в бюрократическом цирке, создают идеальный фон для бенефиса абсолютного зла. Это не криминальный боевик под попкорн, а клиническая картина того, как один хитрый социопат поимел целую государственную структуру, даже не снимая своей уродливой кожаной куртки. Это история о том, что самые страшные монстры не прячутся под кроватью — они сидят с вами за одним столом, вежливо ковыряясь в зубах, пока их руки по локоть в чем-то, что лучше не сдавать на ДНК-тест. Черная месса отслужена, и в ней нет ни одного святого, только грешники, слишком трусливые, чтобы признать свою истинную природу. Итог прост: это инфернальный монумент тому, как государственная машина сама нагнулась перед дьяволом, лишь бы он снисходительно почесал её за ушком. 9 из 10

По части смыслов, передаваемых через диалоги, – «рукалицо». В общем картина рисуется гладко, но в деталях – невероятно бредовые допущения, что мешает вдумчивому просмотру. Супруга фэбээровца спокойно рассуждает о заключённом им соглашении с бандитом, что является основой сложной операции по контролю над преступным миром. Супруг воспринимает это спокойно, не пытается придать этому видимость тайны, потому что – сам ей всё это рассказал. Вместе с тем, эта информация является особо секретной, о чём не должен знать никто, но домохозяйка спокойно говорит об этом, как о новостях из телевизора. Зрителю понятно: об этой важной оперативной информации может рассуждать любой человек – домохозяйки в магазине, школьники в школе, близкие люди за семейным столом... И это не уровень домыслов в стиле «мы же понимаем, откуда у него деньги», это именно твёрдые знания на информации из открытых источников. Супруг-фэбээровец парирует ей заявлением ещё более идиотским: в детстве будущий бандит был к нему очень добр, поэтому он обязан быть верным своим детским друзьям... Т.е. смысл в друзьях, а не в сложной работе, где нужно ломать себя ради достижения результата. В принципе, после этой фразы дальше можно не смотреть, т. к. накал идиотии в этой точке уже достиг своего апогея. В дальнейшем этот персонаж всё больше становится марионеткой бандита и его отрицательная роль мешает пониманию, почему в этой истории всё представлено так просто и примитивно. Сыщики спокойно сдают друг другу существенные секреты по своим делам, что явно незаконно, непрофессионально, как минимум, неблагоразумно. Особенно таким сотрудникам, которые под подозрением в связях с преступностью. Также нет ничего особенного в том, чтобы громко обсуждать оперативные вопросы прямо в баре. Выглядит всё это крайне нелепо. Вообще ситуация преподнесена так, что правоохранители находятся в буквальном смысле на крючке у преступника, его откровенно боятся. Вопрос о самоуважении, чести и долге в этой истории даже не стоит (по счастью, система оказалась более устойчивой и по инерции перемолола всех). К сожалению, картина никак не задевает эмоциональную сферу, потому что ни к одному из действующих лиц не возникает привязанности или невольного сочувствия. Абсолютно до лампочки, что и с кем произойдёт, хотя в идеале хотелось бы, «чтобы все хорошие поубивали всех плохих». Во многом фильм лишён интриги, т. к. весь он является воспоминаниями о прошлом из уст уже допрашиваемых подельников ГГ. Джонни Депп в главной роли отчасти портит картину, чем украшает её. Местами он, безусловно, очень хорош, но чаще ему приходилось лишь «делать загадочное лицо», изображая «сложного персонажа». Некоторые эпизоды обыграны крайне ловко, прям мурашки по коже, когда ГГ «шутит» и другими способами подчиняет своей воле. Однако чаще он утомляет своей нарочитой непонятностью, полунамёками и недосказанностью. В целом, да, образ получился зловещим, хотя и плоским. Особое. Зачем-то Деппу сделали подчёркнуто увеличенные зрачки, так его взгляд искусственно стал более пронзительным и страшным. С таким же успехом ему можно было приделать угрожающие рога или клыки. Эта особенность постоянно мозолила глаза и порядком надоела своей очевидной потужностью ненужностью. Вывод. Полагаю, картина основана на реальных событиях, хотя это не имеет ни малейшего значения для рядового российского зрителя, ввиду малоизвестности у нас главного героя. Организованная преступность, коррумпированные полицейские, жестокие бандиты, наркоторговля, проституция и прочее – всё это уже было в изобилии, но зачем-то достали пыльное дело очередного криминального авторитета, и сняли по нему очередной заурядный кинофильм. Только бизнес, ничего личного. Смотреть или нет? – честное слово, лучше какую-нибудь проверенную криминальную классику пересмотреть. А это – ещё и на 2 часа!