Ложь

Режиссёр Майкл Куэста в фильме «Ложь» (L.I.E., 2001) исследует хрупкость и одиночество подросткового мира и предлагает зрителю взглянуть на запретную тему педофилии без осуждения, но и без оправдания, исследуя сложные оттенки серого там, где обычно принято видеть только черное и белое. Тема педофилии настолько табуирована и травматична для общества, что любая попытка «взглянуть без осуждения» или показать преступника «сложным» и «человечным» может восприниматься как попытка оправдать непростительное. Мне этот подход понятен, но я его не принимаю. Смысл его в том, чтобы показать механизм преступления. Фильм демонстрирует, как насильник действует: он не является в кожаной куртке в темном переулке. Он представляется заботливым «наставником», заполняет пустоту в душе брошенного ребенка, становится «другом» там, где родители (отец Хоуи) провалили свою функцию. С этой точки зрения, «взгляд без осуждения» — это попытка показать реальную, а не карикатурную природу этого зла, чтобы зритель понимал, как такая трагедия становится возможной. Но для меня одной демонстрации механизма недостаточно. Фильм снят с точки зрения 15-летнего Хоуи. В этом возрасте жертва далеко не всегда осознает себя жертвой. Хоуи находится в ситуации полной родительской заброшенности, он ищет любую фигуру отца. Фильм не романтизирует отношения педофила и подростка. Если внимательно смотреть на сюжетную линию, фильм не оставляет сомнений в том, что перед нами хищник. Даже если Большой Джон в какой-то момент проявляет сомнения или защищает Хоуи от других опасностей, режиссёр не позволяет зрителю забыть, чем этот человек занимался. Его намерения в отношении Хоуи показаны как травматичные и ужасающие, даже если сам Хоуи в своей растерянности этого до конца не понимает. Несмотря на всю свою претензию на «взгляд без осуждения», в итоге режиссёр отказывается от идеи спасения через хищника. Этот отказ становится важной авторской декларацией: даже в мире тотальной лжи и равнодушия взрослых самостоятельный путь героя оказывается предпочтительнее зависимости от такого «спасителя». Многие зрители и критики указывали на то, что фильм балансирует на грани этической допустимости, рискуя «нормализовать» то, что нормализации не подлежит. Некоторые рецензенты прямо писали, что фильм вызывает отторжение своей попыткой заставить зрителя усомниться в осуждении педофилии, что в нём присутствует жуткий подтекст, близкий к идеологии NAMBLA — организации, выступающей за легализацию педофилии. Такие обвинения звучат жёстко, но они показывают, насколько опасную грань задевает этот фильм. Когда режиссёр настаивает на «взгляде без осуждения» и показывает педофила как человека, которого в окружении уважают, который ведёт обычный быт и не выглядит чудовищем, он неизбежно размывает ту черту, которая должна оставаться неприкосновенной. Я считаю, что это недопустимо, даже если автор уверяет, что не оправдывает, а лишь «исследует». Подобные художественные приемы для меня неприемлемы. И это совершенно нормальная и нравственно оправданная позиция. Я не обязана принимать то, что считаю этически опасным, и мой отказ — это не непонимание искусства, а осознанный выбор.

Очень долго я откладывал просмотр этой картины. Меня пугало начало, в котором упоминается инцест. Такие темы я стараюсь обходить стороной. Как оказалось, боялся я зря. Я бы сказал, что фильм оказался предельно не однозначным, но не могу. Кино слишком прилизано для фильмов на затрагиваемые темы. Это и вопрос и возрасте Хауи, и его ответ, и понимание, что возраста сексуального согласия он достиг... Нет, в фильме нет ничего запрещённого моралью, во всяком случае на момент происходящих в нём событий. Было ли до того, как Хауи познакомился с Большим Джоном - создатели картину решили умолчать, лишь тонко, очень тонко намекая и предоставляя зрителю решать самому. Но к чему тогда был вопрос о возрасте? Вероятно, создатели картины хотели и рыбку съесть и... косточками не подавиться. Желание, чтобы фильм вышел в прокат, ограничило их возможности. Во всяком случае именно такое впечатление кино на меня произвело. И ведь не скажешь, что фильм плохой, но и хорошим его назвать нельзя. Как нельзя назвать и честным. При просмотре я волей-неволей сравнивал 'Ложь' с 'Беспризорником' (Германия, 1991), фильмом о 15-летнем мальчике-проститутке Акселе, проблемы в нём были затронуты те же самые, но воплощение их на экран лучше в разы. Здесь же... И 'не верю' не скажешь, и похвалить фильм в то же время не за что. Тем не менее, фильм мне неожиданно понравился. 8 из 10