Доктор Мабузе, игрок

Сейчас уже сложно рассматривать этот фильм вне контекста исторического наследия, а вернее как самостоятельное произведение. Не смотря на всю его культурную значимость, он не лишён недостатков, где значительное время отведено сугубо внутренним проблемам Веймарской Германии, утерявшим свою актуальность уже через несколько лет. Но вовсе не отсутствие цвета или звука, является препятствием объективной оценки рядовым зрителем, а темп повествования, не соответствующий современному ритму восприятия. Если сейчас динамичная сцена сменяется напряжённым диалогом, то тут сначала актёры жестами и мимикой выказывают эмоциональное настроение, потом диалог немого лепетания губ, а после - полная остановка на интертитры, которые лишь в общих чертах передают суть сказанных фраз. Не смотря на впечатляющий хронометраж, остаётся много недосказанного, а именно судьба героя вынесенного в названии. Не ища интриги, нам сразу представляют 'нехорошую квартиру' где Мабузе со своей 'свитой' готовит злодеяния. И ничего более мы о нём не узнаем, только как о обладателе невероятного дара внушения (в сиквеле он достигнет уже поистине фантастического размаха), Даже вся преступная организация базируется только на этой его способности и до сих пор не разоблачена, поскольку единственный инспектор которому есть до неё дело, уделяет больше внимания своим амурным делам. В то же время, насколько гениальны преступные задумки, столь же топорны его взаимоотношения с людьми, контролируя разум которых, он столь очерствел, что разучился понимать их чувства. Как например с графиней, где не может, ни вызвать их у неё, ни заставить себя полюбить. Эта беспомощность прослеживается и в его методах гипноза, за которыми он прячет свой страх столкновения с действительностью реального мира. В итоге, оставшись с ним наедине, Ланг срывает последнюю маску Мабузе, показывая истинное лицо его безумных идей. Те кто в музее часами готовы разглядывать картины вблизи и отдалённо, не останутся разочарованы. Тут есть масштаб и внимание к деталям, метафоры иллюзорные и исторические, смешение художественных и литературных жанров. Но нет героя. Кто не смотрел, о Мабузе ничего толком и не знал. Он мало чем отличается от многих других (как и спекулянт Шрамм), жертв того времени. Не смотря на многочисленные продолжения, его земная жизнь закончилась в первом же фильме, а дальше новое время порождало уже своих героев, опасней и безумней.

Германия эпохи Веймарской республики. Мир театров-кабаре, джазовых оркестриков, шикарных отелей, казино, карточных притонов, мир изломанных и нервных дам, психоаналитиков, мир обездоленных людей и биржевых лихорадок... Образы в стиле Тамары Лемпицка. Всё то, что нам пытались показать в таких фильмах, как 'Кабаре', 'Змеиное яйцо', 'Мефисто', 'Хануссен'. Но если Боб Фосс, Ингмар Бергман, Иштван Сабо снимали фильмы о прошлом постфактум, уже зная о том, что произошло с Германией 20-30-х годов, то Фриц Ланг работал на опережение, ощущая дух времени и нерв эпохи. Внешне - детектив в стиле французских романов 1910-х годов о Фантомасе. Злодей, обладающий даром перевоплощения, манипулирует людьми, проникает и в высший свет и в мир биржевых дельцов, и на дно общества, оставаясь при этом неуловимым для слуг закона, хотя зачастую находится буквально в двух шагах от них. Но это внешняя канва. Доктор Мабузе - психоаналитик, гипнотизёр, игрок, знаток человеческой психологии и правил биржевой игры. Мабузе - фигура помасштабнее Фантомаса. Его цель - власть над людьми. Можно сказать, что в образе доктора Мабузе режиссёру удалось предугадать, предвидеть появление Гитлера. Однако, в отличие от диктаторов, Мабузе интересует власть теневая, власть жёсткая и жестокая, но неявная. В этом смысле фильм сохраняет актуальность и для наших дней, когда те, кто на самом деле принимают важные для миллионов людей решения, предпочитают оставаться в тени, вне зоны внимания СМИ. Фильм очень атмосферный, с игрой света и тени. Создавая притягательные для зрителей 20-х образы шикарной и гламурной по тем временам жизни, Фриц Ланг создаёт ощущение какого-то угара, безысходности, пира во время чумы, ощущения 'после нас - хоть потоп' или (говоря словами Маяковского) 'ешь ананасы, рябчиков жуй', ощущения, близкого к тому, что переживала Россия в 90-х годах XX века. Элементы социальной сатиры усиливают впечатление социальной зыбкости буржуазного общества. Шаржированный социально-философский портрет немецкого общества 20-х годов в форме детектива. Фильм, который стоит посмотреть.