Ревность

Я не могу сказать, что досконально знакома с кинематографом Новой волны (хотя смотрела несколько её представителей), но характерные признаки и тенденции этого направления я поняла. Поэтому фильм 'Ревность' ('La jalousie') 2013 г. для меня является своеобразной ностальгией режиссёра (Филипп Гаррель) по 1960-м гг. и киноискусству того времени. Однако ностальгия здесь уходит и на более глубокий, личный уровень: Гаррель экранизирует историю из своего детства, причём делая это напрямую, нисколько не скрываясь. Когда-то его отец (театральный актёр Морис Гаррель) ушёл из семьи, полюбив другую актрису, которая впоследствии бросила его. Режиссёр ничего не меняет в истории жизни отца, лишь заменяя себя самого на девочку. Однако то, что добавляет картине особой чувственности и 'семейности', это тот факт, что Мориса Гарреля играет его реальный внук, сын режиссёра Луи Гаррель, причём под своим собственным именем. Анна Муглалис со своим выразительным, чисто-французским хриплым голосом идеально подходит на роль зрелой женщины Клаудии, не понимающей себя, безработной актрисы, в которую страстно, безгранично влюблён главный герой. Она видит любовь в простом комфорте, в счастье от осознания того, что тебя любят и тебе хорошо. Для неё нет понятия ревности. Он видит любовь в полном погружении и соединении себя с другим человеком, связи с его подсознанием. Ревность для него выступает неразрывным элементом любви. Многие писали, что весь фильм (особенно вторая его часть) пронизан предзнаменованиями смерти, но я этого не заметила. Я видела настоящую, нежную отцовскую любовь Луи к дочери: прогулки в парке, смех, шутки, забота... Я видела и любовь Луи к женщине, любовь чувственную и поглощающую его. Я видела любовь сестры Луи к нему, сопереживание и попытки помочь брату. Любовь матери к дочке, любовь к бросившему её мужу... Вся картина - это сплошная любовь. И нет смерти. Однако одновременно герои и ревнуют: Луи ревнует Клаудию к её другу, дочка ревнует отца, мать ревнует Луи и дочку к Клаудии, сестра ревнует Луи к их умершему давно отцу... Выходит, что только те, кто умеет любить, могут и ревновать, и эти два чувства неразделимы в представлении режиссёра. Т. к. 'Ревность' - это дань Новой волне, то здесь изумительная, характерная операторская работа: не торопливая, расставляющая акценты на руках героев, их лицах, каких-то непримечательных предметах. Иногда кажется, что оператору не хочется двигаться: он просто стоит и наблюдает, а герои живут. И мы сами становимся этими наблюдателями, которым доступны самые личные моменты жизни персонажей. Вообще картина выглядит максимально простой, не наигранной, как будто это не фильм, а тайное окно в чьи-то чужие судьбы. И это заслуга оператора. Луи Гаррель идеально выглядит в чёрно-белом цвете. Мне кажется, ему просто нельзя сниматься в цветных фильмах, потому что эта бледная кожа, руки как у античных статуй, лёгкая щетина, ужасно кудрявые волосы, нос, выразительные глаза... Здесь должен быть только чб, ничем не отвлекающий и позволяющий сконцентрироваться. Музыка занимает совсем немного от общего хронометража, но она так выразительна, меланхолична и всё таки не грустна. Композитор Жан-Луи Обер написал её мотив (Ouvre ton coeur) и некоторые вариации. 'Ревность' это кино, которое нужно смотреть одному, в тишине комнаты, обязательно в оригинале с субтитрами, чтобы слышать французскую речь, и в хорошем качестве. Это кино о любви, о ревности и о том, что хоть, по словам одного из героев, жизнь приятна тем, что её в любой момент можно остановить, но останавливать её не надо. Надо жить и любить, потому что всегда есть те, кому необходима наша любовь. Вот так фильм о смерти превращается в светлую поэзию о жизни. 10 из 10

Предпоследняя работа знаменитого французского режиссера Филиппа Гарреля не была обделена вниманием на 70-м кинофестивале в Венеции. Отказавшись от манифестов и предыдущих жанровых экспериментов, режиссер поведал нам свою самую простую, аскетичную и одновременно интимную историю. Гаррель открыт для диалога: история его «Ревности» уникальна, но до боли знакома каждому. Автор не пытается замаскировать автобиографичность ленты, он помешан на себе, но предлагает зрителю прожить минуты личных взлетов и падений вместе с ним, изредка поглядывая на нас с экрана глазами младшего Гарреля и безмолвно предлагая провести параллели с личным опытом. Кинематограф Гарреля самодостаточен: герои громко любят и кричат, но громче их молчание и взгляды. Долгие крупные планы стремятся подчеркнуть уникальность их личных трагедий среди суеты и рутины бытовой жизни, в которую главные герои отчаянно не вписываются. Широкоформатная монохромная съемка, безупречная операторская работа Вилли Курана впитывает в себя и сохраняет лучшие традиции французской новой школы. Черно-белый очень к лицу картине, тонко гармонируя и сочетаясь с музыкой Жана Луи Обера, он проливает свет на перипетии событий и драм давно минувших и забытых дней. Наверное, «Ревность» — самое безмятежное, доступное и светлое полотно режиссера за много-много лет, и в нем «не будет ни труб, ни барабанов», но оно однозначно заслуживает просмотра, так как является одой меланхолии, оставляющей после себя ощущения личного присутствия в истории. 8,5 из 10