Весёлый год Маяковского

Иногда мне кажется - я петух голландский или я король псковский. А иногда мне больше всего нравится моя собственная фамилия, Владимир Маяковский. На одной из своих фотографий, датированной 1912 годом, Владимир Маяковский поразительно напоминает своего тезку Владимира Высоцкого: выражение лица, взгляд, манера держаться... Не удивлюсь, если это стало одной из причин, натолкнувших Сергея Тютина – режиссера и сценариста документального фильма о поэте - на мысль о том, чтобы положить на свою музыку стихи Маяковского и исполнить их в характерной для Высоцкого раскатистой и отрывистой манере. То, что в итоге получилось, легло в основы монооперы С. Тютина «Владимир Маяковский», а ее фрагменты вошли в звуковое сопровождение его документального фильма «Веселый год Маяковского». Причем уровень исполнения этих зонгов бесспорно заслуживает их увековечения в отдельном издании. Однако возможность услышать песни на стихи Маяковского не только в исполнении А. Васильева далеко не единственный повод для знакомства с «Веселым годом...». На мой субъективный взгляд – это один из лучших документальных фильмов, посвященных творчеству великого поэта за последние годы. В нем нет досужих домыслов о смерти Маяковского, нет революции и комитета безопасности, а есть лишь история становления и молодой задор начинающего поэта. Фильм посвящен первым шагам В. Маяковского на поприще футуризма и подробно рассказывает о турне поэта по городам Украины, Грузии и Азербайджана в компании с братьями по цеху – Давидом Бурлюком и Василием Каменским. Именно с этого начинает С. Тютин повествование о веселом годе из жизни Маяковского, пришедшемся на последний мирный и веселый год вскоре почившей Российской Империи, которая к тому времени еще не имела представления о том, что совсем скоро ей придется хоронить сотни тысяч убитых немцами вечеров. Начав с выступления в Харькове и Полтаве и проследив путь Маяковского до Крыма, куда его привело знакомство с Игорем Северяниным, и дальше на юг, автор описывает отдельные приключения и происшествия, происходящие с поэтом в дороге, отчего повествование немного походит на историю «Троих в лодке, не считая собаки» Джерома К. Джерома. Рассказ перемежается байками про любящего и умеющего пошутить поэта и строками из его стихотворений, благодаря чему перед зрителем вырисовывается образ живой, эпатажной и умной личности, а не глашатая революции или бронзового гиганта, придавленного несчастной любовью к Лиле Брик, и как собака лижущего бьющую руку. Все это будет когда-нибудь потом, а пока он носит ярко-желтую блузу, слывет «психопатом искусства», раскрашивает лицо и носит в петлице редиску вместо цветка. А сердце и мысли поэта занимает первая красавица Одессы Мария Денисова, та самая, которая обещала быть в четыре, но не пришла ни в восемь, ни в девять, ни в десять. Впрочем, будь девушка посговорчивее – не читать бы нам сегодня надрывно-пронзительного «Облака в штанах», первой поэмы «красивого двадцатидвухлетнего» Маяковского, облекшего свой отчаянный и исступленный стон по несчастной любви в бьющие под дых строки «одинокого, как последний глаз, идущего к слепым человека». Не было обойдено стороной в этом турне и рассказе С. Тютина посещение родных мест поэта – деревни Багдати под Кутаиси, где и сейчас в комнате, где в 1893 году он был рожден на свет, стоит его кроватка и лежит рог, из которого родители пили вино в честь новорожденного. Именно эти места позже Маяковский сравнивал с «эдемом и раем», а в 1914 просто с гордостью демонстрировал красоты родных мест сопровождавшему его Каменскому. Потом были теплая встреча в Баку, возвращение домой, изгнание из Училища живописи, ваяния и зодчества и новый путь поэта, теперь уже известного во многих уголках Российской Империи. Поэта еще не существующего государства, чье появление он, футурист и певец будущего, предчувствовал и воспел. Но это была уже другая история и иная эпоха, к которой едва ли применим эпитет «веселая».