Учительница

Начну с того, что прочитала здесь одну, в общем-то, умную рецензию, но единственное, что меня ввело там в тупик - это то, что ученика там называли подростком. По-моему, все забывают, что в американских школах учатся до 21 года, а мужчину в этом возрасте уже очень сложно назвать подростком, даже если он мыслит как незрелый человек, хотя здесь это не было заметно. Потому, что его мыслей здесь практически не было видно. Что касается самой учительницы, то она его старше лет на семь, что не является особой разницей в возрасте, учитывая, например, некоторые российские артистические пары. Единственный аспект - это моральный. Она учительница, и он, вроде бы от нее должен зависеть. Но опять же. Не надо сравнивать с советскими и постсоветскими школами. У нас совершенно разные традиции. В США, да и в европейских школах границы между учеником и учителем довольно размыты. Например, можно спокойно позвонить своему учителю и договориться о встрече, чтобы обсудить какую-нибудь проблему. У нас так не принято. У нас в этом плане большая дистанция. Вспомните замечательный фильм Асановой по сценарию Полонского 'Ключ без права передачи', когда обычные для запада отношения между учительницей и классом (они могли нагрянуть к ней в выходной и обсудить спектакль) вызывали осуждение и непонимание. Но этот фильм, конечно, не об этом, просто я пытаюсь подвести к тому, что не надо мерить американские школы нашими мерками. И, видимо, старшие классы в Америке и свободные отношения учителей к учениками располагают к достаточно несложному переходу на следующую ступень, пусть даже если она и ведет вниз.

Искусственно взращенное ничто. Есть такая категория фильмов, где создатели всячески подчеркивают свою роль как бы 'наблюдателей', призванных просто взять кусок чьей-то жизни и продемонстрировать его в самом его естестве. Но в этой позиции для игрового кино таится огромная доля лицемерия - какое-то патологическое нежелание работать над своим детищем, развивать систему взаимоотношений между персонажами, выстраивать логические последовательности сюжетных поворотов. Фильм 'Учительница' - яркий тому пример. Перед нами не самая оригинальная история 'любовного' мезальянса, приправленного изрядно противоправным соусом из морали и этики. Молодая учительница Диана заводит интрижку, простите, но романом эти 'отношения' назвать язык не поворачивается, со своим учеником Эриком. И тут возникает первый сюжетный вопрос - а откуда у этих, скажем так, симпатий ноги растут? Просто режиссер не потрудилась создать хотя бы видимость некой предыстории, которая бы помогла зрителю ощутить глубину и чувственность отношений между героями. Все начинается настолько быстро и сумбурно, что в какой-том момент меня посетила мысль, а не пропустила ли я ненароком существенный кусок фильма... Нет, не пропустила, действительно, между первыми кадрами на занятиях есть малюсенькая сцена в баре, а затем уже акт соития в преподавательской машине. Парень, верно, местный мастер пикапа, иначе как можно объяснить падение учительских нравов до уровня перепихона на заднем сидении после одной туповатой смс-ки от школяра?? Дальше события фильма лишь набирают оборот сексуальных приключений и сомнительного психопатического подтекста. К сожалению, но в фильме нет ощутимой рефлексии, нет мотивации, нет причинно-следственных связей, которые могли бы послужить хоть какими-то костылями этому парализованному безыдейностью сюжетному организму. Диана спит со своим учеником, впадает в странное болезненное состояние психической зависимости от их 'отношений', которых по сути нет. Есть случайный секс и не более. Ведь на протяжении всего фильма учительница и ее ученик не обменялись ни одной значимой фразой, не поддержали ни одного сколько-нибудь значимого диалога, не рассказали друг друг ничего о себе, о своих чувствах или мыслях. Показательно, что самый длительный монолог Эрика в фильме посвящен собственному члену. Так простите, что связывает этих двоих? Доступность сексуального удовлетворения? Ок, для школьника это бесспорный аргумент, но что делать с учительницей? Ее приятельница, на вечеринке, знакомит ее с неким молодым человеком, который почти что точная копия Эрика лет так через десять, тот же скудный набор с пометкой 'ниже среднего' - интеллект, харизма, воспитание, но уже со своим веб сайтом и без опасности быть выдворенной с работы за аморальное поведение. И наша Диана бежит от него, как ошпаренная. Что не так, деточка, он что слишком стар для тебя?? И вот таких моментов недоумения в фильме набирается до ужаса много. Иногда создается впечатление, что перед нами не парадигма - 'учитель - подросток', а подросток и еще один нестабильный подросток. Сложно объяснить чем вызвана нестабильность Дианы - автор не дает нам пояснений, он даже намека не удосуживается предоставить: просто данность - у нее поехала крыша и она начала вести себя как замкнувший контакт. И если кто-то пытается изловить в этом потоке бессмысленности некую внутреннюю душевную рефлексию, мол, героиня понимает, что поступает плохо, раскаяние одолевает ее все сильнее и она не может совладать с собой, то ее здесь нет. Это просто банальное метание от желания 'иметь Эрика', в том смысле, что единственное, как она может на него влиять, это предоставляя ему свое тело в пользование, и не быть пойманной с поличным, то есть банальное чувство социального самосохранения. Когда зыбкая 'связь' утрачивается, героиня начинает итерировать открыто, чем изрядно напрягает и своего возлюбленного, и зрителя, которому сложно уловить откуда эти стенания взялись и когда они наконец закончатся. Поддерживать иллюзии - ' отношений', 'нормального поведения' - становится сложнее и сложнее, и как следствие все рассыпается, как карточный домик. Более, чем просто ожидаемо. В итоге за 1:15 экранного времени нам показали какую-то ускоренную, наспех смонтированную историю, точнее кусочек из жизни одинокой учительницы и ее амурных дел с незрелым подростком. Глубины в этом фильме нет - просто неоткуда взяться: мотивы не раскрыты, динамика вялая, кульминация и финал скомканы, характеры толком не прописаны. Если быть до конца честным, то это даже не зарисовка 'на тему...'.Вялая и сырая работа, в которой нет места ни симпатиям, ни даже антипатиям, ни переживаний - ничего ровным счетом, просто переливание из пустого в порожнее под видимостью сложного и неоднозначного сплетения жизненных обстоятельств и судеб.