Забор

Фильм кажется простецким и его название способствует тому, чтобы начать смотреть на расслабоне. Осторожно, это ловушка. Когда опомнишься, то картинка, музыка, игра актеров, атмосфера уже прочно держат тебя внутри сюжета. Лайфхак: посмотрев фильм, можно сразу же посмотреть второй раз. И вы увидите другое! Итак, в родительский дом приезжают братья. Пожилые братья - сказано в анонсе. Два корня одного старого дерева, так точнее. Они начинают жить в своем старом доме и выясняется, что они и родные друг другу и чужие одновременно. Нет силы, чтобы их объединить и нет возможностей разъединиться. За неспешными бытовыми заботами начинает проклевываться история одного и другого, пока, наконец, до старшего брата не доходит нечто очень важное о жизни и себе самом. Этот момент перехода от незнания к знанию, от одного себя к другому себе, режиссеру удалось показать зрителю с помощью такого винтажного хода, как лицо актера, снятое крупным планом. Возникает вопрос: как такое вообще можно сыграть? Ответ: вот так! Отдельный огромный плюс фильма - операторская работа. Да, это тот редкий случай, когда кино можно смотреть без звука, как картину не в переносном, а в прямом значении этого слова. Нет, Анатолий Запруднов не Рерберг, он другой. Но снятые им кадры суть есть движущаяся живопись. Как он изысканно снял каплю, которая падает с вишни! На это можно смотреть бесконечно, как на льющееся молоко из кувшина 'Молочницы' Яна Вермеера. Отдельных похвал заслуживает кадр-триптих: герои разговаривают, разделенные огнем русской печи и каждый говорит про свое. В общем, этот короткометражный игровой фильм нормально смотреть несколько раз, один из которых специально для любования картинкой. Заслуживает внимания сценарий ход с параллельным движением времени, прошлого и настоящего: события полувековой давности цепляют и приводят в движение механизмы, отвечающие за настоящее. И еще в фильме есть запах! Это удивительно, такого быть не может, учитывая специфику представления, основанного на звуковых и визуальных эффектах, но запах дыма в некоторые моменты чувствуется очень явственно.

Забор – очень «ощутимое» кино. Экспозиция кадров выстроена так, что в том материальном мире, который окружает главных героев – заключена драматургиях их судеб. Это мир очень невзрачный: сирый дачный дом в далекой осенней глуши, окруженный деревьями, на которых каким-то чудом из последних сил держаться последние листья – как последняя надежда на будущую весну. Деревянная баня, в которой приглушенный свет утепляет, а камень в своем пару развевает грозы прошедших дней. Печка, огонь которой – свет, озаряющий давно истертые от времени, помнящие все сожаления стены. Но этот мир наполнен внутренней выстраданностью героев, их необходимостью быть рядом. Также в фильме очень красноречивую роль играют выбранные ракурсы. Герои все время находятся немного в отдалении, окруженные орнаментом из деревьев, дверных проемов, уходящих вдаль коридоров, как запечатленные на старой картине, висящей в гостиной. Каждая сцена – это маленький эпизод их жизни, в котором они то отдаляются, то сближаются физически, но при этом неотделимы друг от друга духовно. Некоторые кадры напомнили мне фильм Сергея Параджанова Тени забытых предков, например, когда в воспоминаниях о детстве возникает образ матери в платке, который размыт сквозь пелену снега. Весь фильм пронизан такими кадрами – безмолвными, природными и очень проникновенными. Забор – это фильм, в котором, на самом деле, никаких заборов нет. Только вечная сила человеческого сострадания и прощения.