Сиеста

Когда я впервые и в последний раз смотрел эту мистическую драму? До армии или уже после? В начале 90-х? Но фильм был у меня на видеокассете, а это уже 93-й. Но я явно смотрел его раньше, иначе чего бы мне его записывать в свою «золотую коллекцию»? Не важно, все равно первый раз я посмотрел Сиесту лет 30 назад. Странно, что фильм не снискал лавров и имеет чрезвычайно низкий рейтинг кинокритиков. Хотя фильм для 87-го года очень неплох. Даже несмотря на то, что это всего лишь дебют новомодной клипмейкерши, несмотря на типичный для того времени и столь же новомодный и уже широко представленный жанр эротического мистического триллера. Эдакий явный клипмейкерский замес Сердца ангела и Лестницы Якоба с 9 1/2 недель и Дикой орхидеей. Хотя половина из перечисленных фильмов были сняты уже позже Сиесты. А Сердце ангела – практически одновременно. Поэтому говорить о заимствовании спорно. Видимо, что-то тогда витало в воздухе: мистическое, запретное и фатальное. Двигавшее художников в одном направлении. Кстати, в продюсерах фильма засветился культовый для данного жанра персонаж, он же автор Слияний лун и Диких орхидей, и он же продюсер культовых 9 ½ недель – Залман Кинг. И ещё одно замечание в копилку: Эдриан Лайн – режиссер вышеупомянутых 9 ½ недель и Лестницы Якоба. Да, холодный рассудок и тридцать лет неизлечимой киномании не могли не обратить внимание на огрехи в монтаже, на рваную, разбалансированную, сырую структуру фильма, с явными провисами и нестыковками в отдельных сценах. И все же фильм очень неплох даже для 2020 года. Чего уж говорить про 80-90-е. И это при смешном по нынешним эпично-блокбастерным меркам хронометраже в полтора часа экранного времени. Зато один звездный состав уже чего только стоит: несравненная, но так и недооцененная Эллен Баркин, Габриэль Бирн, Изабелла Росселини, Джулиан Сэндс, Джоди Фостер, Мартин Шин, даже Грейс Джонс… Первая линия кинематографа той эпохи! А в авторах одной из величайших звуковых дорожек Маркус Миллер с Майлзом Дэвисом. Вершины! Еще не родился тот Нолан с его Помни, а тут тебе уже во всей красе две схлопывающихся параллельных временных шкалы, ведущие к столь же неожиданному, но неизменно трагическому финалу. И свет в конце тоннеля, точней свет, льющийся из пыльного закоулка набожного испанского захолустья, отсылающий нас к лифту, проваливающемуся во тьму преисподней Алана Паркера и к лестнице в Небо Эдриана Лайна. Грязного закоулка на задворках вселенной, но неизменно льющего свет во все пределы. Закоулка, мимо которого идут тенями, нескончаемым потоком зеваки, пилигримы и странники между мирами. Мимо ристалищ и капищ, мимо храмов и баров… И борющиеся внутри растерзанной плоти две непримиримые армии: армии Света и Тьмы. Гламурный, непризнанный гений фотохудожник в белом, читающий скабрезности и таксист-имбецил с вставной челюстью, страждущий того самого растерзанного тела, на котором чудесным образом заживают раны и исчезает кровь. Охотница за мужскими кошельками и случайный потерпевший в автоаварии, истекающий кровью, но до своего последнего вздоха сопровождающий героиню к развязке старик. Словно Харон. Кто из них на стороне Света или Тьмы? Кому достанется душа девушки, готовой легко рисковать своей жизнью ради золотого тельца, но не готовой расстаться со своей любовью? Ради любви готовой убить, но не готовой умереть… Такая оголтелая коэльевщина! Многое со времени первого просмотра подзабылось, но осталось главное: ощущение, что этот фильм оставил неизгладимое впечатление тогда и очень сильно повлиял на мировоззрение в будущем. Фильм потряс. Даже тогда, когда я не знал ни про каких Миллеров и Майлзов, ни про жанры и рейтинги кинокритиков. Просто как губка впитывал новые впечатления, новую пищу для ума и все новые прорвы постижения глубин экзистенциальности. Пока окончательно в них не погряз. И вот новый просмотр, буквально, с чистого листа, оставил все то же ощущение — потрясения. Но уже на новом витке развития… Baddy Riggo, 09.10.2020

Новенькая колода карт освобождена от упаковки и перетасовывается ловкими женскими руками. За импровизированным игровым столом начинающая постановщица Мэри Ламберт. Она делает классический расклад для преферанса и быстро оценивает свои карты: сколько взяток они способны принести? Где же соперники леди-режиссера? О, они непременно подойдут с минуты на минуту, а пока Мэри едва сдерживает торжествующий клич. Ей выпала дама червей! Пусть козырь еще не объявлен, но мадам Ламберт знает, что этот кон останется за ней, особенно если она правильно распорядится остальными картами и главное: вовремя разыграет пикового туза. Хозяйка не может больше ждать, и делает заход. Карточка с буквой Q и сердечком брошена на стол. Игра началась. Дама червей нуждается в достойном сопровождении, но где его найти, если она не помнит себя, не понимает, как оказалась на поле, где с немилосердным ревом проносятся самолеты. Обжигающе-красное платье с кровавыми пятнами, растрепанные светлые волосы, все тело в ссадинах и абсолютный туман в голове, но женщина хороша и в таком виде, она просто создана приковывать мужские взоры. Словно нимфа, которую чувствуешь, но не видишь. Гул недовольных старух, назойливое внимание похотливого таксиста немного приводят ее в чувство. Она вспоминает свое имя - Клэр, но оно ей не принадлежит как прежде, она теперь лишь карта в руках игрока, и все вокруг подчиняется законам, не походящим на традиционные. Настал черед разыграть одного за другим двух валетов, а за ними ждет часа и король треф. Мэри Ламберт немного хмурится, ведь нужно четко подгадать момент, когда ее карты принесут максимальную выгоду. Изображения на пластике материализуются на экране мужскими образами, что неотступно начинают следовать за Клэр. Память и туманная реальность вращаются со скоростью центрифуги, и червовая дама все больше начинает походить на эффектную особу, которой не место на пыльной траве. Женщина не находит ответа, почему оказалась в другой стране, почему не сдержала слово мужу и не совершила опасный прыжок. Неожиданно она начинает выбирать, какой же из кавалеров-валетов ей больше подойдет. Азартный муж или таинственный художник? А может и ни один из них? Ведь дама заслуживает короля, и она вспоминает о нем чаще, чем сама бы того желала. Горькое сожаление о совершенной когда-то ошибке не позволяет Клэр понять сюрреалистичность окружающей обстановки. Червовая дама в одиночку не выиграет партию, особенно если у кого-то из соперников на руках будет пиковая дама. Но Мэри Ламберт и здесь повезло с раскладом: на стол отправлена дама треф. Блуждающая по закоулкам своей памяти Клэр способна отличить союзницу от безусловной противницы. В мгновение ока три карты сменяются тремя актрисами. Виновница режиссерской партии Эллен Баркин в унисон мыслит с избалованной светской львицей Джоди Фостер, и обменивается искрящимися взглядами с Изабеллой Росселлини. Абсурдный мир, где даму в красном почти не замечают, сменяется полной хорошо знакомой картиной, где две женщины сражаются за любовь одного мужчины. Игра Мэри Ламберт оказывается сложнее самой жизни, в ней непонятно, в какую сторону шагнуть и что предпринять, только бы прошлое перестало терзать душу, а в настоящем - рассеялся туман. Дама червей, Эллен Баркин, Клэр – единая фигура странницы, которой не найти приюта. Ей не нужны те, кто кому нужна она. Ее единственная любовь, трефовый король, мелькает с быстротой летящих на стол карт и заставляет отчаянно цепляться за сладкие воспоминания, которые не перенести в будущее. Кино с обманчиво-безмятежным названием окутано дымкой вечного искания себя в других и других в себе. Мэри Ламберт близка к закономерному выигрышу, но он не состоится, пока на руках остается туз пик, и вот он брошен на стол. Некогда отважная парашютистка, а ныне женщина без памяти – персонаж мистическим образом связанный с роковой красавицей Дороти из «Синего бархата». «Сиеста» - картина, снятая по лекалам Дэвида Линча. Пиковый туз открывает свою суть, и пусть нет его в кадре, но это он обволакивает несчастную путницу клейкой паутиной безнадежности. Парадоксальным образом, козырная карта не оставляет после себя ощущения успешно выполненного дела. Ламберт безупречно отыграла партию, но выиграть у самой себя невозможно. «Сиесту» не распробовали по-настоящему, хотя волшебные звуки трубы Майлза Дэвиса придали незабываемый шарм исканиям дамы в красном. Усилия постановщицы не смогли сбросить с ее фильма синий бархат, а сумели лишь открыть фрагмент. Партия окончена. На карточном столе теперь лишь пластиковая стопка рубашками вверх. Хозяйка так и провела вечер за карточным столом в одиночестве. Никто не составил Мэри Ламберт компанию, и это вынудило ее обратиться к творчеству Стивена Кинга, чтобы заявить о себе во весь голос. Расклад червовой дамы остался уникальным, также как и кино под Эллен Баркин, фильм, где все вокруг нее и даже жаркое испанское солнце стремится попасть лучами именно в ее лицо. Она снова женщина, а не игральная карта, и роль Клэр останется для нее знаковой в неторопливом фильме с ленивым названием. 8 из 10