Безумные преподы

Ничего не имею против комедий о преподах, что называется 'оторви да выбрось'. В таких фильмах, как правило, делается ставка на уникальность и чертовское обаяние последних. И пусть что-то и идет по сюжету вразрез с общепринятыми нормами преподавания, только зануда станет рассуждать о том, что такое кино означает неуважение прописных истин педагогики. Качественные фильмы об учителях есть. В них отражен тот самый свежий взгляд на профессию преподавателя: не как на рутинную обязанность дублировать из года в год одни и те же знания подрастающему поколению и стучать указкой по столу, а как на творческую деятельность, интересное общение и сотрудничество с детьми. Препод в таком фильме яркая фигура, своего рода новатор - чем то должен выделяться на фоне 'правильных' коллег. И, в общем-то, от того, насколько он будет симпатичен зрителю, зависит в целом успех картины. Насколько симпатичны вам будут 'безумные преподы' - решать вам. Но по мне, это обыкновенные недоучки-клоуны, вышедшие на школьную арену. И суть даже не в том, что они ничему не были в состоянии научить, а в том, что они сами по себе вовсе не смешные экземпляры, и не вызывают даже улыбки. За что их оправданно окрестили 'безумными', так только за неадекват. И то - не оставляющий после себя никакого ровным счётом впечатления. Ни одной удачной остроты за весь фильм - одна клоунада, на которую якобы потом слетелись поглазеть толпы учеников из других школ. Математик с термосом и личным походным креслом или мулатка-француженка в мини-юбке, светящая голым пупком, - это ведь так эпично. Однако все эти 'причуды' отнюдь не делают героев интересными. Помимо абсолютно посредственных героев 'творение' Пьера-Франсуа Мартен-Лаваля превращает в редкий сорт паршивого 'кинца' и плоский юмор. Что бы ни говорили про народную ментальность и разное видение смешного - здесь, простите, не хватало только закадрового смеха, потому как мне и вправду требовалась подсказка, в каком месте смеяться. С наивной барышни-блондинки, которую родители назвали фруктом? С психически неуравновешенной англичанки с 'выдающейся' пятой точкой и прической-торшером на голове? С фанатика физкультуры, который отжимается от пола будто совокупляется с ним? Или с нелепых попыток тупоголового историка, героя Пьера-Франсуа Мартен-Лаваля (я в этом фильме главный актер, я сценарист и я режиссер), 'склеить' учителку немецкого языка? Конечно, такого ЛОЛа нам точно еще не случалось видеть. Впрочем не только преподы 'блещут' харизмой. Ученики им не уступают: ни одного обаятельного персонажа. Даже предполагаемый рубаха-парень, лидер и главный шутник класса отпускает в течение фильма тухлые однообразные шуточки. О какой симпатии к героям тут может идти речь? Учитывая полный провал в реализации задумки оригинальных персонажей и их искрометного юмора, само содержание и сюжет фильма, как следствие, оставляют желать лучшего. Даже та ирония, которую попытались вложить в фильм сценаристы, заставив преподов красть из министерства образования вопросы по ЕГЭ, не воспринимается как могла бы при другом раскладе. Происходящее на экране вроде бы направлено на то, чтобы вызвать смех, но получается только недоумение. То самое, которое возникает после прочтения 'смищного' анекдота в газете. В самом конце фильма вас ожидает финал с претензией на оригинальность, но вы толком не поймете, зачем сценаристы так насиловали свою бедную фантазию. Хотели изобрести велосипед, а изобрели всего навсего растворяющуюся в воде втулку от туалетной бумаги, если вы поняли, о чем я. 1 из 10

Смотря современные французские комедии на злободневные темы, всегда нужно помнить о том, что идеологически они являются площадкой, в общем и целом аналогичной нашему Валдаю. Ни в одном другом формате не получится более внятно и предметно обрисовать французские духовные скрепы, национальные приоритеты и прочие 'что же будет с Родиной и с нами?' – ибо засмеют и затопчут свои же граждане, напрочь отвыкшие от какой-либо конкретики в официальном дискурсе, смертельно боящиеся любого намека на пафос и не располагающие адекватным понятийным аппаратом для отмывания засаленного выспренного слова (чем-нибудь вроде, например, пьянственных исповедей Венички Ерофеева). Беспрецедентный успех 'Безумных преподов' в домашнем прокате (это был, на минуточку, первый со времен 'Амели' фильм, обошедший по сборам во Франции голливудскую продукцию) сложно объяснить какими-то выдающимися художественными достоинствами - бывший комикс он и есть бывший комикс, из той же обоймы, что и произвольно взятые 'Придурки на экзаменах', целевой своей аудиторией предполагающий местную школоту и совершенно не конвертируемый за пределами страны. Ощутимое достоинство у 'Преподов', собственно, всего одно: фильм и в сюжете своём, и в конфликте, и в ключевым монологе дает настоящие ответы на глобальные национальные вопросы, как-то: 'Кто мы?', 'Откуда мы?', 'Куда мы идем?' и даже 'Что делать?', не впадая, впрочем, в соблазн назначить того, кто во всем этом виноват. Ответы предельно - в рамках французского декорума - честные, то есть практически полностью лишенные записного шестидесятивосьмидесятнического лицемерия, подмены животрепещущего - из пальца высосанным, а интересного массам - интересным узкому кругу бобо. История спасения 'худшего лицея Франции', переползающего из одного учебного года в другой с позорными показателями по сдаче ЕГЭ группой фриковатых персонажей, его преподавателей, без труда встраивается режиссером Мартен-Лавалем в куда более широкий, если не сказать откровенно политический контекст. Мартен-Лаваль недаром берет себе роль недотепы-историка, восемнадцать раз безуспешно сдававшего экзамен на учительский сертификат, недаром делает эту роль главной, недаром наделяет своего героя, тихо помешанного на Наполеоне, более чем заметным внешним сходством с нынешним президентом Франции Франсуа Олландом. Как вдохновляет он коллег и подопечных на великие дела? - 'Вы думаете, вы что-то из себя представляете?! - Нет! - Вы - ничтожества! И я - я тоже ничтожество! Мы - банда ничтожеств!' И crescendo, риторически повышая голос, поправляя зависшую на ушах бонапартовскую треуголку: 'Да, мы - банда ничтожеств! Но мы - банда! Так объединим же наши слабости!!!' И встает страна огромная, встает на смертный бой - за сохранение своих социальных завоеваний то бишь права быть слабаком, тупицей, раздолбаем, лентяем, пройдохой - и вместе с тем считаться достойным членом общества. Право учителя не идти на работу, если неохота вставать к восьми, отсиживаться в сортире, если боишься встретиться лицом к лицу с учениками, давать волю гневу и рукам, чуть что тебе не вкусу, пренебрегать техникой безопасности и продавать из-под полы травку и порнооткрытки. Право ученика врать, списывать, филонить, маяться дурью. Главное - быть вместе, не высовываться и вносить по мере сил и способностей свою лепту в общее дело. Ведь в конце концов, и индивидуальный провал можеть стать определяющим фактором общего успеха, милый лузер рассмешит принцессу и тем завоюет её сердце, ветеран-второгодник будет отчислен и тем выправит статистику лицея, став героем дня. Не так уж он глуп, культ ничтожества. Ибо удобен, терпим, индульгентен. Плохо во Франции одним альфам. Правда, альф там и нет с Первой где-то Мировой...