Дамба

Когда ты фотографируешь, то ты замораживаешь что-то, что на самом деле живо. Чтобы делать это как следует, вам нужно больше, чем во что-либо, верить в жизнь. © Цитата из фильма Экранизация постановки драматурга Эндрю Стивенса, изначально представленной британцам в рамках театрального фестиваля, в своё время получила весомое признание и стала доказательством того, что хорошее сценическое действо легко может вспыхнуть в условиях минимализма, когда зрителю достаточно только человека и камеры перед ним, чтобы установить контакт, коему нет равных. Эндрю Скотт в растянутом на полчаса сумбурном монологе прекрасно манипулирует приёмом психологической замены, подсовывая и перетасовывая якобы собственные воспоминания, добиваясь предельной искренности через визуализацию ярких образов и тем самым подводя к наиболее эмоциональному пласту истории. Контрапункт умилительного и беззаботного изложения, сопровождаемого обильной жестикуляцией, в первые две трети хронометража с тем, что разворачивается впоследствии, создаёт неизбежную партитуру с горькой начинкой, по ходу обволакивая непринуждённой атмосферой документальной исповеди. Нарратив вылепляется из, казалось бы, разрозненных кусочков реальности, где от семейных сцен вроде любования супругой в новом платье повествование без лишних объяснений перепрыгивает на череду особенностей дайвинга или проскакивает в описательные подробности вещей, поездок, характеров и философских поисков Бога, как положено честной разговорной речи. Весь этот маленький информативный хаос ближе к финалу складывается в мозаику нахлынувшей трагедии, и здесь, если отречься от чувств и обратиться к разуму, при блистательном погружении в роль соблюдается также детальная расстановка акцентов, позволяющих максимально интегрироваться в рассказ. Фанаты Скотта, когда-то оценившие его способности в основном благодаря сериалу «Шерлок», безусловно, испытают двойную дозу удовольствия, но и в том случае, если бэкграунд исполнителя прошёл мимо, а скепсис ещё не совсем взял верх над эмпатией, щелчок тумблера сопереживания наверняка обеспечен. Да, перед нами — иллюстрация классического захода издалека и нагромождения ответвлённых пояснений ради ожидаемого взрыва в конце, однако ценность откровения в том, что оно по накатанной всё-таки происходит и меняет правила игры, словно капкан, спрятанный в зарослях вполне комфортных мхов повседневности. Транслируемая мысль постепенно обрастает сакральными оттенками, а метод существования, роющий дорогу к кульминационному катарсису, производит довольно сильный, для многих неизгладимый эффект за счёт экспрессии, не лишённой доли иронии, выдаваемой почти без придыханий и слёз, порой столь опошляющих одиночные этюды. Как будто всех этих стандартных уловок и не требуется, да и паузы в словах могут быть компактными, лаконичными, лишь по строгой необходимости. И вот в какой-то момент то, что видит Алекс, по воле точного воспроизведения предстаёт взору публики — отождествление с персонажем практически перерастает в слияние. Текст пьесы оказывается на удивление подходящим материалом для данного артиста, да и сам по себе пестрит цепляющими крючками, что вкупе перерождается в симфонию боли, отчаяния и досадной потери надежды, которая всё равно как-то неловко и странно пробивается сквозь тьму метафорической дыры внутри его живота. Здесь всё на своём месте. Всё как полагается быть. Великолепный пример актёрского мастерства, при не самом банальном, весьма естественно использованном инструментарии с простейшими вводными превращающийся на глазах в перформативный акт искусства. 9 из 10

Когда я начала смотреть этот короткометражный фильм, у меня возникло ощущение, будто я позвонила старому приятелю по веб-камере и спрашиваю у него: 'Эй,Aлекс, как ты там?мы так давно не виделись. что-то случилось? ' Он улыбается, застегивая внутри себя все молнии, и начинает рассказывать. Я слушаю и не могу произнести ни слова. Я словно тонущий корабль, готовый узнать настоящую глубину моря. Потрясающая игра Эндрю Скотта, его завораживающий голос позволяют раствориться и представить историю жизни Aлекса. Кажется, что к ней даже можно прикоснуться..Может именно поэтому декорация комнаты сведена к минимуму. Ничего лишнего, ничего личного. Только я и ты. Только я и твоя пустота. Работа Эндрю Портера и Саймана Стефенса впечатляет своей простой и многогранностью. Монолог хочется разорвать на афоризмы, обняв каждую точку боли, каждую затронутую тему. На протяжении всего фильма я не могла отличить актерскую игру от настоящей жизни Aлекса. Всё настолько естественно. Эмоции, речь, жесты...Посмотрите, как он рассказывает о жене, о ее отце, о своем ребенке, как он затрагивает темы любви, счастья, Бога.Aлекс дает нам лишь детали описаний, но мы уже представляем всю картину. Казалось бы, в повседневной жизни так часто обсуждаются все эти темы, но в 'Дамбе' они будто открываются с другой стороны. Очень тяжело человеку, который столько потерял, признать Бога и раскрыть свое понимание другим. Aлекс остался по ту сторону стены, но что находится на изнанке его пустоты? 'Дамба' - это тот короткометражный фильм, который стоит посмотреть после глубокого отчаяния. Если соленые слезы-частички пазла, то собранная мозаика-море. Спокойное море. P.S: ' Only because we do not know, does not mean that we know.' - Alex. 10 из 10