Кадет

«Кадет» (2024), реж. Адильхан Ержанов Через знакомые образы мы создаём смысл, а Ержанов дирижирует ими ловко, манипулирует зрителями, говоря — верить тому, что ты признал истинным, заставляя нас сомневаться в том, что мы видим, постоянно ставя под сомнение видения — сон или наяву, бред героини или всё взаправду. Поэтому в поиске рационализации мы сталкиваемся со своей неспособностью либо признать, либо отречься. Что для нас правда, а что нет, где границы разумного и безумия, где иллюзия, а где настоящее. Режиссёр апеллирует к знакомым образам — жестокость старших, издевательство сверстников, система, пожирающая слабых, культ насилия и половая дискриминация — и Ержанов мастерски воплощает эти образы, чтобы создать чувство тревоги и страха, чувство удушья на протяжении киноленты. Что для нас есть зло? Любовь и жертвенность как акт добра? Зло принимает обличья кого угодно — матери, соседа, директора школы. Носим ли мы его с рождения, или это окружающие переносят нам эту заразу? Выступает ли добро как антидот? Почему зло выше закона, если оно для блага людей? Что если наша логика сталкивается с чем-то необъяснимым? Сможем ли мы дальше держаться этих правил? Ержанов и заставляет нас задаваться этими вопросами на протяжении всего фильма. Ержанов хочет, чтобы зритель деконструировал реальность, задавая вопросы себе — а что правда, а что нет. Как зритель, я хотел убежать от этих образов, спрятаться, но не смог — зло сковало меня, поэтому я считаю, что это пока самая лучшая работа Ержанова в его фильмографии.

Меня сразу впечатлил саундтрек. Он звучит не как украшение, а как сигнал тревоги, который включили заранее. И я быстро почувствовал, что дальше будет не про героизм и дисциплину, а про давление, контроль и страх, замаскированные под порядок. Меня жёстко зацепили первые сцены в военной школе. Сексизм, дискриминация и привычная жестокость среды показаны так буднично, что от этого становится только хуже. Особенно мне запомнился эпизод с матерью. Её наезд на ребёнка я считал как домашнюю версию той же диктатуры, только без формы и погон. Я отдельно отметил, что режиссёр и сценарист здесь Адильхан Ержанов. Это объясняет смесь социальной сатиры, паранойи и мистического оттенка. Он любит доводить бюрократию до гротеска и превращать реальность в странный, почти гипнотический кошмар, где смешное и страшное стоят рядом. Визуально фильм меня периодически радовал. Я ловил удовольствие от симметрии, фронтальных построений и выверенной геометрии кадра. Оператор Еркинбек Птуралиев часто снимает так, что пространство выглядит как клетка, а герои будто приколочены к правилам. Серые весенние пейзажи и индустриальные пустоты дали мне ощущение постсоветской будничности. В какой то момент у меня всплыла ассоциация с атмосферой российского кино 2000-х, где холодная палитра работает как эмоциональная температура. Цвет здесь для меня отдельный инструмент давления. Палитра тусклая, с грязноватыми холодными тонами, и её время от времени пробивают резкие тревожные вставки. Эти вставки я воспринимал как вспышки паники, когда реальность начинает трещать. Сценарно меня больше всего цепляла тема травли. Тут не только буллинг со стороны сверстников, тут и боссинг, и системная травля со стороны взрослых. В некоторых сценах я чувствовал почти экспрессионистскую логику. Монотонность, тусклые цвета, ощущение изоляции, будто мир нарочно сделан плоским и безвоздушным. Главное для меня в этом фильме это отсутствие эмпатии как нормы. Персонажи существуют в системе, где сочувствие трактуется как слабость, а жестокость как метод воспитания. От этого фильм ощущается не просто жёстким, а морально ледяным. Во второй половине меня удивило, как Ержанов играет с жанром. Я на секунду подумал, что история проваливается в предсказуемый хоррор, но затем понял, что это насмешка над ожиданием. Чёрный юмор и гротеск здесь работают как психологическая ловушка. Ты смеёшься и тут же ловишь себя на неприятном ощущении, что смеяться не должно хотеться. Некоторые эпизоды мне показались выдернутыми из контекста, но при этом они визуально сильные. Я запомнил фильм не как цельную ровную линию, а как набор сцен, которые цепляют именно подачей и стилем. По техчасти у фильма чувствуется фестивальная сборка. Монтаж делал Ариф Тлеужанов, и я заметил ритм, где паузы иногда важнее событий. Музыку написал Сандро Ди Стефано, и она поддерживает тревожную интонацию без навязчивости. Производством занималась Tiger Films. Хронометраж 126 минут. Язык фильма казахский и русский. Фестивальная судьба тоже говорит о статусе. Мировая премьера прошла в основном конкурсе Токийского международного кинофестиваля 1 ноября 2024 года. Позже фильм показывали в секции Forum на Берлинале в феврале 2025, а также в программах других крупных фестивалей, включая Карловы Вары. Фильм номинировали в конкурсе Токио на главный приз, а звук получил номинацию на Asian Film Awards. Казахстан выдвигал «Кадет» в международной категории премии Оскар, но фильм не попал в финальный список допущенных. Про бюджет и точные цифры просмотров на стримингах я ничего надёжного не видел. Такие данные обычно не публикуют, особенно по фестивальным релизам. Но по траектории фестивалей видно, что фильм заметили. В итоге у меня осталось двойственное впечатление. Я вижу неровность и местами хаотичность, но я также чувствую потенциал и авторский почерк. Меня удержали визуальные решения, жанровая насмешка и тот самый холодный психологический прессинг, который остаётся в голове дольше, чем хотелось бы. За дальнейшими работами режиссёра мне реально интересно следить.