Время развлечений

Опуская лишнее предисловие, начну с того, что в фильм очень положительный, с добрым юмором, фантасмагоричный, футуристичный. Вся картина держится на превосходной, свойской игре Жака Тати (актер и режиссер в одном лице), который изображает в фильме пройдоху, простоватого, неуклюжего добряка. В действительности, в фильме ничего не происходит. Мы видим только то, что все центральные персонажи потерялись в суетном капиталистическом лабиринте, в эфемерном мире, где нет личностей, а есть только люди-функции. Эпизод с рестораном немного разжижает затянутое повествование, и возникает какое-то подобие экшена. В этом ресторане все настолько хлипкое, что даже паркет прилипает к туфлям, а напольные лампы приходится пинать, чтобы они заработали. Здесь как раз вовсю нам предстает прекрасный юмор этой картины. Когда в помещении становится жарко, даже модельная фигурка самолета потеряла свою форму, торты тают на подносах официантов. Когда же все-таки включили кондиционер, он оказался настолько мощным, что даже тот самый самолетик вернулся в исходное положение, а поток воздуха так сильно дул женщине в спину, что кожа на ее спине двигалась подобно волне. Все начинается рушится, искрит проводка, ресторан не выдерживает такого наплыва посетителей, весь сервис летит к чертям, весь фешенебельный лоск таит у нас на глазах. Сцена в ресторане завершается тем, что вся обстановка 'американизируется', становится домашней. Сперва убегает оркестр, и вместо него за пианино садится девушка из зала, внутрь заходят люди простоватого вида, которых можно увидеть только в пресловутых пабах, появляется вышибала как в клубе, потом и он пропадает. Один щедрый мужчина с сигарой, явно американец, угощает всех направо и налево, шутливо называет повара Наполеоном, явный намек на широту американской души. Потом из ниоткуда появляются люди в хипстерской одежде с гитарами, играя какой-нибудь Jefferson Airplane, и на этом моменте мы точно попадаем в Америку. Чуть позже вся процессия плавно перемещается в соседний бар, который уж точно не назовешь фешенебельным и образцовым. Там рабочие отливают из кранов вино, пока бармен отошел. А тот самый щедрый американец, угощавший всех и вся, теперь проворачивает тот же номер, говорит, что платит за всех, но по-быстрому сматывается, так и не рассчитавшись. Досмотря до половины, мне показалось, что фильм о том как французы неказисто копируют американскую культуру. Фильм, вроде как, о Франции, но архитектура совсем не французская, да и Эйфелеву башню мы видим только один раз, и то в отражении стеклянной двери. Это говорит нам о том, что Франция, копируя американскую парадигму, утрачивает свою идентичность. Возможно, что 'Время развлечений' это некий стёб над Америкой, но стёб какой-то простодушный, с умеренными колкостями

Можно ли снять фильм ни о чем? Можно, если ты француз и ненавидишь все американское. А за что его, американское, любить? Фильм «Время развлечений» (1967, режиссер Жак Тати) был рекомендован мне, наряду с другими культовыми фильмами, которые полезно было бы посмотреть начинающему дизайнеру. Ну так о чем же фильм? Как уже было сказано, ни о чем, поэтому не стоит искать в нем смысла. Но зачем тогда смотреть то, что не имеет смысла и не может быть рационализировано? Потому что жизнь состоит и из иррационального, она включает в себя чувствование. Вот это чувствование, эстетическая сторона жизни – об этом фильм. Ну ладно, если коротко, американцы приезжают в Париж, чтобы насладиться атмосферой города, но видят лишь то, что видели и у себя на родине – небоскребы, небоскребы, небоскребы. Особенно настойчивая американка отчаянно пытается найти хоть что-то подлинно французское – и снимает на фотоаппарат пожилую цветочницу, своим анахроническим образом выбивающуюся из пространства стекла и металла. Индустриальный стиль, максимально точно описанный режиссером, и столь нелюбимый мной лично, - вот кто главный герой фильма. Он давит, разрушает, опустошает и как нельзя точно соответствует атмосфере однообразия. Время развлечений – это потерянное время, пустое время. Центральная часть фильма показывает вечеринку в новомодном отеле, которая не очень-то и удается – то блюдо подгорит, то плитка отвалится, то произойдет электрическое замыкание. Этот Карфаген должен быть разрушен, говорит с нами автор. Движения танцующих напоминают пляски с бубном у костра – изысканная часом назад публика теперь превращается в бешеное племя предающихся своим страстям людей. Ну и немного бытовых рекомендаций. Конечно, смотреть подобный арт-хаус нужно в одиночестве, потому что явно фильм не для семейного просмотра.