Здравствуй, грусть

Драма “Здравствуй, грусть” – это дебют журналистки канадского происхождения Дурги Чю-Бозе (Durga Chew-Bose) в полнометражном кино. Она писала для The Guardian, BuzzFeed, Rolling Stone, GQ, Interview Magazine и Paper. Своими текстами она заслужила репутацию одаренного и проницательного эссеиста и критика, который пишет вдумчивые размышления об идентичности и культуре. Премьера ее дебютной драмы “Здравствуй, грусть” состоялась в 2024 году на кинофестивале в Торонто. Критики дали смешанные отклики – поxвалили за прекрасную операторскую работу Максимилиана Питтнера, но некоторыx не устроил слишком медленный темп и как раз-таки излишняя созерцательность. Поскольку Дурга Чю-Бозе прекрасно владеет письменным словом, сценарий она писала сама. За основу она взяла дебютный роман 1954 года Франсуазы Саган. Ее экранизация стала третьей – после версии Отто Премингера 1958 года и Петера Кассовица 1995 года. Это история взросления, когда девушка Сесиль впервые сталкивается с чем-то страшным в своей жизни. Вот она проводит лето в благости и беззаботности, но случается нечто и она, поддавшись импульсу и ревности, совершает очень жестокий поступок. Для меня в этом фильме самой его выдающейся частью является его визуал и гардероб (его разработала Мияко Белицци). Посмотрев фильм, я подумала, понравился бы он мне, если бы не его гипнотическая красота в цветовой палитре, декорациях и костюмах. Попробовала отбросить ‘украшения’, чтобы увидеть саму историю. Думаю, нет. Она бы забылась, как и роман. Помню, с прозой Франсуазы Саган у меня не сложилось. Вот на ‘украшениях’ все и держится (плохо это или хорошо, как оценить?) Но они создают единую картину, на которой запечатлена жизнь привилегированного класса. Эти люди, к своему счастью, лишены необходимости думать о завтрашнем дне – как зарабатывать, чтобы не потерять квартиру и не оставить детей без еды и крыши над головой. Их подобное ‘лишение’ не тяготит, конечно. Они наслаждаются солнцем, тостами, ломтиками ананасов, мороженым, чтением книг и песнями на виниле. Дурга Чю-Бозе о созданном мире так говорит: “Я всегда хотела, чтобы мир в драме “Здравствуй, грусть” казался знакомым, но в то же время дезориентирующим. Когда вы думаете, что знаете, в каком мире мы живем, в нем все же что-то не так – или диалоги немного манерные, или костюмы кажутся из другого времени. Просто неустойчивый, герметично закрытый мир”. Если представить, что драма “Здравствуй, грусть” – это холст, то в целом сюжет на нем ‘собран’ очень дотошно и информативно. По тому, как медленно плывет действие, в целом представить, что это слегка анимированная картина несложно. В фильме, в котором в центре внимания находятся богатые люди, чья жизнь не требует от них отваги, борьбы и мужества в процессе выживания, такое внимание к мелочам кажется очень уместным. Когда Анна приезжает на виллу, она полушутливо делится с Сесиль, что это преступление – отдыхать в одиночку среди такой красоты. Для них даже самым активным действием стало именно обсуждение приезда Анны – сама ли она напросилась или приняла приглашение Раймонда. В таком богемном Il Dolce far Niente что-то есть – занятно было понаблюдать за этим неспешным течением красивой жизни. Словно за экзотическими бабочками под стеклянным куполом.

На мой взгляд, этот фильм открывает новый жанр - декоративного кино. Визуальные цитаты из фильма разошлись очень быстро. Действительно, эстетика в этом фильме возведена на пьедестал. Повествование красивое, неторопливое. Зритель ощущает атмосферу летнего отдыха, курорта, моря, дома на побережье, и связанное с этим настроение беспечности, а порой и безответственности. В фильме много диалогов между героями, которые по большому счету кажутся поверхностными, и хотя они на удивление не вызывают скуки, постепенно они приводят зрителя к нарастающему возмущению. Оно и контрастирует с нарочито флегматичным изображением сцен в фильме. Ведь в конечном счете, фильм приводит к мысли о том, что все действия имеют последствия, даже на целые судьбы. На мой взгляд, кино получилось бы глубже, если бы эстетическая форма в финале была бы переосмыслена. Но, пожалуй, и в существующем виде вопрос «кто прав, кто виноват» в фильме перед зрителем не стоит. Пару слов и о книге. Хоть я и читала ее давно, но по смутным воспоминаниям, мне показалось, что тональность Франсуазы Саган в фильме выдержана. Будто бы тот же дуэт легкости и горечи, но в форме, в которую их облекли реалии современности. Как итог, если Вас не пугает меланхоличное настроение после просмотра, то фильм посмотреть стоит. 6 из 10