Соседка

Студия 20th Century Fox заказывала стерильный клон «Американского пирога», наивно ожидая получить конвейерную жвачку с шутками про пиво в красных стаканчиках и неловкую мастурбацию. Вместо этого режиссёр Люк Гринфилд взял этот корпоративный бриф, посмотрел на него с нескрываемым презрением и выкатил на стол неонуарный психологический триллер, наспех замаскированный под подростковую комедию. Комиссия MPAA билась в истерике, пытаясь влепить картине расстрельный рейтинг NC-17 за то, что фильм отказывался играть по правилам пуританского жанра. Создателям пришлось резать картину по живому, чтобы протащить её в кинотеатры. И именно этот производственный ад сформировал ту самую грязную, пульсирующую фактуру, которая отделяет этот шедевр от легиона проходных молодёжных поделок. Завязка бьёт наотмашь своей беспросветной обыденностью. Стартовый тупик главного героя — это не бедность и не болезнь, это тотальная, удушающая безопасность. Мэттью Киддман в исполнении Эмиля Хирша — это ходячий эксель-файл. Он президент школьного совета, идеальный стипендиат, мальчик с выглаженным воротничком, чья жизнь расписана на тридцать лет вперёд. Он мёртв ещё до того, как начал жить. Его реальность — это бесконечная подготовка к существованию, которое никогда не наступит. Точка невозврата пробивает эту стеклянную колбу с грацией кувалды. В дом напротив переезжает Даниэль. Элиша Катберт врывается в сюжет не просто как катализатор гормонального взрыва, а как ядерная боеголовка, сносящая подчистую всю моральную архитектуру главного героя. Она бросает одежду, он теряет дар речи, и на этом его безопасный маршрут сгорает дотла. Иллюзия контроля уничтожена. Герой заглатывает наживку вместе с крючком, леской и удилищем, даже не подозревая, в какую мясорубку он только что шагнул по собственной воле. Дальше начинается территория хищников. «Два дебила — это сила, если юность их накрыла» Свита главного героя заслуживает отдельного вскрытия. Второстепенные персонажи здесь — это не просто фоновые клоуны для заполнения хронометража, а ходячие диагнозы подростковой деградации. Клитц, которого блестяще отыгрывает Пол Дано, представляет собой абсолютный социальный вакуум. Это потеющий невротик, неоформившийся эмбрион человека, чья единственная функция в обществе — поглощать стресс и генерировать панику. Он боится собственной тени и дышит так, словно кислород выдают по талонам. С другой стороны баррикад находится Илай в исполнении Криса Маркетта. Этот малолетний порнограф-любитель с видеокамерой наперевес — чистый, неразбавленный хаос пубертата. Он питается чужими гормонами и лезет в объектив с такой животной наглостью, что вызывает одновременно брезгливость и извращённое уважение. Эти двое работают как тяжёлые якоря, удерживающие Мэттью в его жалком прошлом. Они блестяще контрастируют с надвигающимся взрослым пеклом, демонстрируя разницу между школьными шалостями и реальным уголовным кодексом. «Суть фильма — это столкновение парня, который никогда в жизни не рисковал, и девушки, которая рисковала слишком часто» © Люк Гринфилд — Режиссёр Сутенёр в костюме лорда — это вам не просто морда Анатомия местного зла требует хирургической точности. Келли, сыгранный Тимоти Олифантом, не укладывается в прокрустово ложе картонных злодеев. Он не носит чёрный плащ и не смеётся злодейским смехом. Он — капитализм в чистом виде, одетый в идеально скроенный костюм. Олифант выдаёт перформанс хищной акулы, элегантно скользящей в детском бассейне. Его мотивация — это контроль над активами. Он не хочет уничтожить главного героя физически, он хочет его пережевать, переварить и выплюнуть в виде послушного винтика своей теневой империи. Келли манипулирует, очаровывает, давит авторитетом и ломает психику с улыбкой заботливого старшего брата. Это страшный, магнетический антагонист, потому что он чертовски логичен. Он транслирует жестокую правду взрослого мира: если ты не хищник, значит, ты корм. Но даже у этого механизма есть ржавые шестерёнки. Сценарий периодически спотыкается о свои же амбиции, и эти нарывы невозможно игнорировать. Глобальная проблема картины — шизофреничные скачки тональности. Когда мрачный, тягучий саспенс в духе лучших криминальных драм внезапно срывается в дешёвый фарс с физической комедией и прятками в стиле Бенни Хилла, ритм повествования получает тяжёлую контузию. Резкие переходы от тонкой психологической игры Келли к истеричным метаниям школьников выглядят так, словно студийные продюсеры периодически вырывали руль у режиссёра, чтобы напомнить аудитории о заявленном комедийном жанре. Эта жанровая дисплазия убивает напряжение, выстроенное в блестящих диалоговых сценах. Логика мира даёт осечку в те моменты, когда профессиональный криминал слишком легко поддаётся на идиотские провокации неопытных подростков. «Не лезь в чужие гаражи, там саундтрек для всей души» И всё же картина пропитана дикой, первобытной энергией, которая искупает любые сценарные колдобины. Гринфилд с хирургической точностью собирает визуальный и звуковой ряд, превращая обычный пригород в преддверие ада. Переход от солнечной, пластиковой Калифорнии к неоновому, грязному полумраку отелей мотелей работает как идеальный визуальный маркер падения героя. Картина относится к своему материалу с максимальным уважением, не скатываясь в морализаторство. Музыкальное сопровождение здесь — это отдельный полноправный участник бойни. Когда в критический момент начинает пульсировать бас Дэвида Боуи, происходящее на экране из подростковой забавы моментально мутирует в античную трагедию. Случайно забытый штатив или вырезанные на часах инициалы работают как идеальные чеховские ружья, стреляющие точно в сердечную мышцу зрителя. Здравый смысл диктует сидеть в своей уютной комнате и готовиться к экзаменам, но эта картина с хрустом ломает ему шею, доказывая: единственная правильная стратегия в жизни — это без оглядки шагнуть в кромешную бездну ради девушки, которая умеет правильно держать зрительный контакт. 9 из 10

Сексуальное просвещение 21-го века и... Потерянный где-то интерес к нулевым. И всё подростковое... от любви к красивым девушкам до желания наподдать или отомстить школьным задирам (или затусовать с ними?). Эта американская жизнь... Некоторые говорят, кто там реально жил и живёт, что она именно такая и есть, и даже лучше. Или тут нет лучше? {задумчивый смайлик кинорецензента} Да, Оранжевая, очередное 8 марта у нас с тобой. И решил я его провести с тобой отчасти, с этим фильмом в твоём онлайне, раз уж именно сегодня он к нам, как выходит, легально вернулся. А какая тут молодая ещё блонди, да и вообще. Ах, да, с 8 марта, дорогая. Да, каждый парень, наверное, мечтает о такой соседке. Но где же подвох, спросите вы. И он есть. Сюжетно нам всё распишут. И тут две стороны этого кино: юный человек заметит одно, к примеру, похоть, страсть, юношеские желания, а взрослый, наверное, подметит, что кино отчасти изобличает всё то, что коротко можно назвать грязью. Хотя, некоторые животные очень любят в грязи валяться, грязью даже как бы умываются, да и от всяких насекомых спасаются - грязь грязи рознь, как говорится. И мы часто наслаждаемся грязью, когда она нас достать не может, то есть замарать как бы. Мы любуемся ею за стеклом. Эдакое окно в мир греха. Кино на самом деле очень часто, процентов на 90 состоит из греха всякого. И вот наш парень, то есть главный герой, во многом рисуется как праведник, его кумир Джон Фицджералд Кеннеди тоже вроде праведника, но, говорят, любил и Мэрилин Монро во всех смыслах (или это только слухи?). Но что-то его прельстило сойти немного с дорожки как бы добра. Одна змея, милая, красивая, опасная. И её прям так изображают... Вы видели когда-нибудь змей? Я их очень боюсь. Но несколько раз во всяких террариумах видел. С виду очень милые и в принципе не опасные, когда за стеклом, приятно для глаза так передвигаются, кожей шершавой переливаются, изгибаются. Умные создания, знают, что за стеклом сидят, поэтому как правило в таком положении не боятся людей, и люди их не боятся. И есть как бы девушки, которые не слишком хорошей жизнью живут. И они выглядят хорошо, и на них, так скажем, многие парни смотрят... за стеклом экрана компьютера и телика. Там эти дамы порой показывают ух какое в ранге 18+. У нас что-то такое есть, но завуалированно как бы. И почему парней тянет к этому. Но вот встреть вы этих же созданий в реальной жизни, уверяю вас, ужалят в любом случае... Наш парень как-то попал в сети обольщения нашей дамы. Не скажу, что он не виноват. Нет, он как раз искал чего-то такого. Мы все чего-то ищем, и на самом деле все до единого получаем именно то, чего на самом деле хотим. А на самом деле мы все часто хотим того, чего вслух не можем сказать не то что при ком-то, а даже и самим себе. Вот это не сказанное нас порой и находит само неожиданно. Ну да ладно. Это всё лирика. Так-то прикольное кино. Штук пять-шесть актёров и актрис примечательных есть. Сюжет почти типичный для нулевых голливудских, хотя на тот момент подобное всё-таки ещё было в диковинку немного, то есть на грани чего-то там. Но все подобные фильмы, начиная с Американского пирога, были такими. А сегодня там вообще... как будто крышу вулкана сорвало и, как его, ну и это... фонтанирует. Грязь из всех фонтанов. Но, как я и говорил, грязь бывает очень полезной штукой. Многие много какой как бы грязью посредством кино, телевидения и интернета переболели в безопасной форме, бесконтактной, особенно в юности. Я не говорю, что это хорошо, но и абсолютным злом это не назовёшь. Своеобразной прививкой это всё становится для многих. А сегодня... сегодня, конечно, у нас рейтинг изменился у фильма. Стоит 18+, как и должно быть. А какой был раньше? Хотя мне всё равно... я уже перерос все рейтинги. И даже не знаю, хорошо это или ещё как. Забавно, когда есть какой-то запрет, то тебе он интересен. Когда запрет исчезает, то вместе с ним часто и интерес куда-то девается. Забавно, что, когда Голливуд легальный для нас как бы под запретом стал, то интереса к нему у меня стало больше всё-таки, даже с учётом критики. Почему в реальной жизни нет перемотки назад, как на старых видиках? Вот бы отмотать всё назад лет на 20. Или мне уже это не нужно...