Следующая пятница

Как снять прямое продолжение культовой криминальной комедии, если твой главный юмористический двигатель внезапно ловит религиозное озарение и наотрез отказывается раскуривать бутафорскую траву перед объективом? В конце девяностых студийные боссы седели от таких производственных травм за сутки. Крис Такер ударился в религию, оставив франшизу с зияющей дырой вместо второго пилота. Айс Кьюб (Ice Cube) не стал подставлять левую щеку. Он вырвал своего героя из привычного южноцентральского бетона и швырнул в стерильный пластиковый ад калифорнийского пригорода. Это было сценарное решение отчаяния. Оно сработало как грубый удар кастетом в челюсть жанровых ожиданий. «Тюремный зной — бежим к родне домой» Крейг сидит в отцовском доме, и его уютный мир стремительно сужается до размеров заточенного напильника. Городская легенда в лице местного громилы совершает дерзкий побег из-за решётки. Месть неотвратима. Отец Крейга решает проблему с грацией пьяного бульдозера. Он пакует отпрыска в мусорный пакет на заднем сиденье и отправляет в добровольную ссылку к родному дяде, сорвавшему лотерейный джекпот. Элитный район Ранчо Кукамонга встречает беглеца идеально подстриженными газонами. Здесь-то и захлопывается мышеловка. Убежище моментально оборачивается полигоном для выживания. За хлипким забором обитает картель отмороженных латиноамериканцев. Внутри роскошного особняка пульсирует концентрированное безумие нового кузена. Наживка заглочена. Крючок пробил нёбо. Вместо тихого укрытия протагонист падает в эпицентр торнадо из чужих долгов, агрессивных псов и заряженных дробовиков. «Сутенёры и жлобы — от сумы не жди судьбы» Местный пригородный паноптикум заслуживает отдельной принудительной диспансеризации. Кузен Дэй-Дэй (Майк Эппс) — это ходячая мишень с манией величия. Он носит жетон охранника самого жалкого стрип-молла в штате с гордостью пятизвёздочного генерала. Эппс ворвался в этот замес сырым, дёрганым, но с потрясающей животной энергетикой трусливого шакала. Он затыкает отсутствие Такера непрерывным словесным поносом. Дядя Эльрой (Дон «Ди Си» Карри) виртуозно отыгрывает карикатуру на нувориша. Он натянул на себя маску успешного дельца с сигарой. Этот старик остался ментальным заложником гетто. Его мнимая империя держится на просроченных кредитах и слепой удаче. Рядом с ним трётся Шуга (Кики Шепард). Она представляет собой гиперсексуализированную пародию на трофейную жену. Настоящая жемчужина этого цирка — Пинки (Кливтон Пауэлл). Владелец захудалого музыкального магазина страдает терминальной стадией комплекса бога. Его парадный выход с дробовиком — это чистый концентрат параноидальной шизофрении. «Лысый, злой и с кирпичом — ему решётка нипочём» Вражеская угроза здесь размазана тонким слоем по обе стороны конфликта. Дибо (Томми «Тайни» Листер) окончательно потерял человеческие черты. Это неумолимая природная стихия. Он закован в мышечный панцирь и фланелевую рубашку. Ему не нужны детские травмы для сложной мотивации. Его единственный двигатель — ущемлённое эго и жажда впечатать летящий кирпич в затылок обидчика. Он прёт напролом сквозь кусты и заборы. На контрасте с этим терминатором работают братья-Джокеры во главе с одноимённым лидером (Джейкоб Варгас). Эти гангстеры с тюнингованными лоурайдерами заражают пригород своей токсичной эстетикой. Они прячут дурь в автомобильном насосе. Их потуги казаться суровым картелем выглядят истерически смешно на фоне чужих пластиковых гномов. «Я написал 'Пятницу', потому что все снимали фильмы о том, как в нашем районе убивают, а я хотел показать, что мы там ещё и ржём до слёз» © Айс Кьюб — Автор сценария и исполнитель главной роли «Шутки слиты в унитаз — режиссёр не прячет глаз» Хирургическое вскрытие картины обнажает фатальные метастазы синдрома сиквела. Оригинал дышал клаустрофобной уличной аутентичностью на одном крошечном крыльце. Продюсеры из студии потребовали расширить охват аудитории. Это холодное корпоративное решение превратило суровую комедию выживания в цветастый балаган. Сценарий регулярно забывает про выстроенный саспенс. Режиссёр променивает плотное криминальное напряжение на дешёвый пердёж в постели. Хронометраж безбожно провисает в эпизодах с мстительной бывшей девушкой Дэй-Дэя. Эти визгливые разборки на парковке методично уничтожают ритм повествования. Жадность создателей растянула плотную байку в рыхлое полотно. Картину спасает исключительно первобытная химия центрального дуэта. Грязный абсурдный юмор работает как дефибриллятор для дохлого сюжета. Когда герои прячутся в шкафу от разъярённого соседа, логика выходит покурить. Сцена вербовки в элитное охранное агентство «Top Flight» — это золотой фонд отборного безумия. Ради таких бриллиантов фильму легко прощаешь сценарные дыры размером с вольер для бультерьера. «Газон подстрижен гладко, но в доме нет порядка» Культурный сдвиг рубежа тысячелетий задокументирован здесь с безжалостной социологической точностью. Картина препарирует феномен маргинала с внезапными шальными деньгами. Переезд в элитный район не обновляет прошивку мозга. Контраст между вылизанными лужайками и лающим на цепи питбулем бьёт в самую суть сломанной американской мечты. Система позволяет тебе купить особняк среди белых воротничков. Она абсолютно бессильна вытравить из тебя въевшуюся паранойю улиц. Это блестящая сатира на попытку социальной ассимиляции. Здесь налог на недвижимость пугает парня из гетто сильнее летящей пули. Сосед с громким перфоратором оказывается опаснее вооружённого дилера с родного района. «Комедия абсурда — здравый смысл бежит отсюда» Это кино работает как похмельный удар кувалдой по вылизанным голливудским шаблонам: оно кривое, местами невыносимо затянутое, но именно эта дикая, первобытная энергия заставляет твой внутренний компас морали свернуться в трубочку и тихо заскулить от восторга. 7 из 10

Сиквел гетто-истории вышел благодаря Кубику, хотя дуэта Крис Такер – Айс Кьюб больше нет. Но история продолжает события первого фильма, буквально с кадров первой «Пятницы». Герой вырос на глазах, хотя «Следующая пятница» позволит ему мыслить масштабнее. Отсутствие Такера словесно обыграли, а главный антагонист первой ленты позволяет сюжету развиваться. Это новая глава гетто-баллады, локация которой отсылает к игре «GTA San Andreas», такая ностальгия буквально затмевает ошибки ленты. В этот раз режиссёрское кресло занял Стив Карр, пока Ф. Гэри Грей снимал клипы Уилла Смита. Что удивило, новый взгляд расширил историю, добавил новые второстепенные личности, всё того же оболтуса Кубика поставил в новые рамки. Прелюдия с переездом к дяде снова отражает культ гетто: дома, традиции, война банд, работа. В этот раз затрагивается не общий быт, а внешние факторы. Для сравнения нам дают двоюродного брата Кубика – Майка Эппса, чтобы почувствовать разницу между городами и понятиями. Забавные кадры комнат, на которых висят постеры музыкантов, с которыми Кубик записал музыку. Такая культурная порция. Большую роль играет противостояние рас и банд, основной сюжет строится вокруг латиносов, полностью перемещая на экраны и исторические факты, и сюжет вышеупомянутой игры. В ленте всё также присутствуют ключевые атрибуты афроамериканской культуры: травка, попытки познакомиться с разными девушками, шутки и понятие работы и уюта. Ведь не просто прожить в спальном районе, но совпадения, чаще неудачные, доходят до финала ленты. Спокойный и уверенный в себе главный герой отражает новичка, не знающего местные понятия. Это тот элемент приезжего, пусть и правильного парня. Соответственно, нужны перемены, а любые сдвиги жизни рождают проблемы. Некоторые кадры полностью соответствовали галлюциногенным веществам, а изменения всех героев после приезда Кубика можно назвать революцией в жестоком мире. Комедийные момент скрашивали неловкие моменты и глупые ситуации, тем не менее, напряжение было от финальных эпизодов. Вышедший в 1999 году данный продукт занял первенство гетто-историй, убрав с глаз зрителей провальный эксперимент «Белая ворона», что позволило расценивать «ниггерские» комедии по разным статусам. В сиквел вернули Тома Листера младшего, хотя его линия короткая и вообще ну нужна. Но нужно было привязать первую часть, а оранжевая тюремная роба актёра отсылает к «Тёмному рыцарю» Кристофера Нолана. Видать, с парома сбежал для ловли Кубика. Музыка также отражается на настроении. Естественно, Ice Cube заделал кино под себя, со своим сценарием, со своей музыкой. «Следующая пятница» - это развитие сюжетной линии, добавление более интересных героев, а также сохранение традиционной афроамериканской культуры.