Легенды перуанских индейцев

То, что в 1970-е гг Союзмультфильм обратился к легендам перуанских индейцев, конечно, радует. Мультикультурный охват студийных мультфильмов вообще был и остаётся её большим достоинством, тем более что и сценарии зачастую писались и адаптировались очень качественно. Однако что касается визуала, то здесь советские художники зашли в своих фантазиях слишком далеко. Нет, анимация здесь не кукольная и не в виде перекладки. Тогда в чём же дело? В том, что всё стилизовано под рисунки самих индейцев. Звучит интересно, но на деле перед нами постоянный жёлтый фон, очень условные растения, очень условные люди и такие же условные чудовища. При определённых методиках, уже давно достигнутых к 1978 году, движущееся изображение можно создать из чего угодно, так что ни о каком визуальном прорыве говорить не приходится. Скажу даже больше: анимация в мультфильмах 1950-х гг намного качественнее, чем здесь, да и создавать её было намного труднее. Серьёзный закадровый голос Владимира Басова позволяет предположить, что «Легенды перуанских индейцев» рассчитаны на аудиторию 6+ или даже 12+, но проблема в том, что старшая аудитория воспримет мультфильм как слишком детский (чтобы рассказать зрителям интересные сведения, превращать рисунки в мультфильм в принципе не обязательно). Более младшей аудитории стилизованные персонажи с широкими ртами и длинными клыками тоже покажутся неинтересными, но уже потому, что однообразные жёлтые тона быстро приедаются. Не обращать внимания на такие визуальные странности очень тяжело, тем более что в сюжете немало чудовищ, страдающих из-за своей карикатурности. Если же сконцентрироваться исключительно на сюжете, то история выглядит недосказанной. Непонятна мотивация старшего из двух братьев, и какая в итоге участь постигла младшего. Кроме того, мультфильм слишком мало рассказывает о небесных существах, хотя их разнообразие даже выше, чем в наземном мире. Умело используя такое своё качество как пафос, мультфильм крайне слаб во всём остальном. 5 из 10

Сюжетная керамика Северного побережья Перу, несущая столь богатую информацию об идеологических представлениях, отчасти заменяет письменность и тем самым отводит мочика уникальное место в ряду древних культур. © Советская анимация чаще любой другой обращалась к изобразительному наследию народов мира. Да и российская анимация черпает вдохновение оттуда же; в принципе, русская помешанность на сказках идёт от советского наследия, когда выходили «Говорящие руки Траванкора», «Келе» «Загадка сфинкса» и другие. «Легенды перуанских индейцев» стоит немного особняком и выделяется даже на таком пёстром и разнообразном фоне: дело в том, что изобразительное решение мультфильма основано не просто на народных рисунках – круче, культуре дописьменного периода конкретного южноамериканского народа мочика. Это совершенно потрясающий визуальный материал: живопись и художественная роспись глиняных изделий мочика сильно отличаются даже от культурных традиций соседей-инков; это фантастическая феерия образов, воплощённых так, как нигде более. И вместе с тем изобразительное искусство мочика создаёт сложность для адаптации в рамках нарративного повествования или воссоздания всей их сложной мифологии: очень важно, что это часть именно дописьменной культуры. Т.е. не существует никакого почти никаких объяснений, что же изображено в этих сюжетах, кто эти персонажи, что вообще происходит… Впрочем, кое-какие объяснения есть, в основном пересказы испанцев-колонизаторов и миссионеров, которые, естественно, надо делить на два, если не на три, но режиссёр «Легенд перуанских индейцев» Владимир Пекарь подошёл к этой проблеме примерно как Кун – если понимаете, о чём я. Не то чтобы в этих историях изменено что-то существенно (ну, насколько вообще можно говорить о верности первоисточнику в отношении штуки, у которой нет никакого повествования), просто подход к действиям божественных братьев, злых духов, взбунтовавшихся вещей и коварной Сороконожки выбран с позиций марксизма-ленинизма: т.е. главные герои трактованы как защитники простого люда, борцы с классовой системой и вообще со всех сторон позитивные ребята. Опять же, никаких сохранившихся данных о мифологии мочика нет, поэтому их сюжеты в живописи можно трактовать как угодно… но, после некоторого знакомства с культурой Мезоамерики, появляется большое сомнение в подобной позиции, а особенно – в поспешном заявлении, что «все народные сказки говорят о победе добра над злом». Нет, не все. Герои в сказках очень часто бывают неприятными персонажами, хитрыми, злыми, мстительными и не выбирающими средств для достижения цели. И особенно это касается мифологических сюжетов; вот пример от ацтеков: «Поэтому, для того чтобы создать землю, Кетцалькоатль и Тецкатлипока превратились в двух гигантских змей. Одна змея обвилась вокруг левой руки и правой ноги Тлальтекутли, а другая — вокруг его правой руки и левой ноги. Потянув в разные стороны, змеи разорвали монстра на две части. Верхняя половина стала землей, а нижнюю половину Кетцалькоатль и Тецкатлипока подбросили вверх, и она превратилась в небеса». Или каким образом герои сказок науа решали проблемы: «…в следующий раз Т. стал котом, стащил у нее один из бананов, которые она пекла; перестрелял много птиц; бабка пожаловалась, что он убил их цыплят; он их оживил; дед Т. предложил бабке съесть его; Т. велел летучей мыши убить деда; с чердака закапала кровь, бабка решила, что это кровь внука, начала пить; позвала мужа, нашла его мертвым; Т. принес воду, сказал, что не убивал деда, ибо ходил за водой; бабка хотела сварить Т., он сам бросил ее в котел; кости сжег вместе с трупом деда…» Конечно, снижение градуса жести в народных сказках – это неизбежно, в противном случае их нельзя будет рассказывать детям (хотя излишний трепет над детской восприимчивостью в итоге более вреден, чем потенциальные триггеры страха), и речь идёт не о том, что пересказ получился безопаснее оригинала – опять же, оригинала нет, не существует. Казалось бы, бери и твори. Но проблема в том, что сюжет вообще ни разу не специфичен для этого региона. Подобный «комикс» можно сочинить с какими угодно изобразительными традициями – и ведь сочиняли, только «Говорящим рукам Траванкора» повезло, и мультфильм вышел аутентичным… Конечно, все истории одинаковы и на свете существует не более 28 сюжетов, однако у них всё равно есть различия, которые и делают их уникальными – и, грубо говоря, «причёсывать» сюжет до такой степени, что он лишится всякой самобытности… такое себе достижение. Не стоящее потери индивидуальности. С другой стороны, недостаточная сценарная выразительность с лихвой искупается анимацией. Конечно, это связано и с оригинальностью исходного материала, но многое зависит и от того, как именно привести в движение эти причудливые фигуры, какой выбрать темп, как передать особенности линий каждого из этих рисунков? И творческая группа во главе с Татьяной Колюшевой находит эти решения – и выглядит они ну просто потрясающе! Те, кто думал, что советские аниматоры не создавали ничего похожего на андеграундную американскую анимацию 60-70х – просто посмотрите «Легенды перуанских индейцев» и возьмите свои слова обратно. Каким бы скучным ни был сюжет, то, что происходит на экране, скучным ну точно не назовёшь: незавершённые фигуры героев трансформируются, превращаются в других персонажей, снова трансформируются, находятся в постоянном движении, и всё такое яркое, цветное… Немного очень похоже на эксперименты Ишу Пателя – и характерно, что у них в целом схожие источники для вдохновения; но «Легенды» всё-таки слишком особенная вещь, чтобы говорить о преемственности или перекличке – хотя, конечно, не надо думать, что советские аниматоры жили в вакууме и не слышали про иностранных режиссёров. В любом случае «Легенды перуанских индейцев» достойны просмотра: может быть, это не слишком интересная история (и то – для детей её архетипическая простота может показаться привлекательной), но это совершенно необыкновенный мультфильм, каждую секунду доставляющий удовольствие от просмотра. И – спасибо ему большое: культура мочика такая, оказывается, интересная!..